Он. Она. Другая (СИ)

Ожидание любви стоило того. Но теперь мне мало встреч украдкой, потому что я зависим от этой женщины. А без нее начинается ломка.
Сабина осторожно обнимает меня за талию, а я кладу ладонь на ее бедро, сжимаю сильно и забрасываю на себя. Хихикает, прячет лицо в волосах. А мне смешно и грустно одновременно. Грустно, что завтра она снова уедет к себе.
-Я хотел бы, чтобы вы переехали ко мне, - прошу, гладя ее по спине.
-Как? - удивляется и отстраняется. Место, где только что покоилась ее голова, тут же сиротливо холодеет.
-Вот так. Тебе же понравилась моя квартира, - улыбаюсь, вспомнив, с каким восторгом полчаса назад она ходила здесь, как по музею и все рассматривала, даже в шкафы на кухне разглядывала. Там же экскурсия резко закончилась, а потом плавно переместилась в спальню, откуда мы уже несколько часов не выходим. На улице уже ночь, дочка осталось у своей бабушки, а Сабина до утра - только моя.
-Очень понравилась, - хвалит она. - Такая большая, стильная, светлая. Только пустая, будто здесь никто не живет.
-Так и есть. Я приезжаю поздно вечером, вожусь час-два, а потом спать. Этой квартире нужна хозяйка.
-Ммм, только поэтому предлагаешь переехать? - дразнит меня, проводя ладонью по груди. Накрываю ее своими пальцами и веду вверх, а потом целую их - каждый по отдельности. Она смеется и это лучший звук в моей жизни. В нем и есть сама жизнь.
-Глаза закрой, - прошу и целую в кончик носа.
-Зачем? - улыбается.
-Так надо.
-Ну хорошо.
Знаю, что надолго ее не хватит, поэтому сажусь на кровати, быстро тянусь к тумбочке, открываю полку и вытаскиваю бархатную коробку. Нервничаю, боюсь уронить и налажать. Пальцы не слушаются, но я все-таки достаю кольцо, которое купил этим утром и надеваю на изящный палец. Она сразу же открывает глаза и несколько секунд смотрит на него в шоке.
-Нариман? - переводит восторженный взгляд на меня.
-Не будем тянуть, Сабина. Хуже я не стану, а лучше - только с тобой, - точно такую же фразу мой дед сказал бабушке, когда сделал ей предложение после комсомольского собрания. - Поэтому я хочу тебя спросить: выйдешь за меня?
Сабина все еще смотрит так, будто не верит, но когда ее губы вытягиваются в счастливую улыбку, я выдыхаю.
-Я согласна! - отвечает любимая и, осмелев, перекидывает одну ногу через меня и садится на мои колени. -Да! Да! Да!
Обнимаю ее, к себе прижимаю, а она, моя маленькая, моя нежная, обнаженная и разгоряченная берет мое лицо в ладони и покрывает его короткими поцелуями.
-Люблю тебя, - шепчу в ее губы. 
-И я тебя люблю. 
***
На следующий день мы не спеша встаем, завтракаем и на час сдвигаем время выхода из дома. Сегодня я хочу поговорить с родителями, а Сабине надо забрать Нафису от матери бывшего мужа. Мы решили, что заходить я туда не буду, потому что малышка снова бросится ко мне с криками “папа”, а ее бабушке это не понравится. Поэтому оставив Сабину у ворот, я разворачиваюсь и еду к своей матушке. Слышал, что уйгурское радио уже доложило ей, что я с кем-то встречаюсь. Каким же шоком для нее ставит новость о моей скорой свадьбе.
Мои родители живут в большом доме с младшим сыном Пархатом, снохой Наргиз и маленьким внуком. Средний сын Камалжан давно женат на Алиям - дочери маминой подруги, у них трое детей. Сестра Саниям замужем за военным и живет в Таразе (город на юге Казахстана - прим.авт.). Сегодня в нашем родовом гнезде только мальчики с женами. Племянники бегают во дворе и, увидев меня, обступают и тянут играть.
-Ай, дети! Оставьте чон-дада в покое. Пусть в дом заходит, - велит мама с крыльца.
-Привет! - поднявшись на крыльцо, целую и обнимаю ее.
-Привет, балам! Проходи.
Батя и братья встречают в прихожей, из кухни доносятся волшебные запахи и голоса снох. Заглядываю внутрь, здороваюсь с каждой. В больших семьях детям накрывают стол в отдельной комнате, чтобы они не мешали общению взрослых, но в этот раз малышню, похоже, покормили еще до моего приезда и выпроводили во двор.
-Балам, проходи за стол, - просит мама. Вижу, что она озадачена и напряжена. Догадываюсь, что причина во мне.
  
Во время обеда говорим на разные темы, обсуждаем какие-то незначительные новости, мою поездку в Китай. В последнее время я часто туда летаю, поэтому для всех это не ново.
-Ака, еще чай, - Наргиз - жена младшего брата протягивает руку, а в другой держит чайник.
-Нет, я все, - прикрываю ладонью пиалу в знак того, что мне больше не наливать.
В зале воцаряется молчание. Я бы сказал, неловкое. Братья переглядываются с женами, отец прочищает горло и хмурится, мама сметает со стола невидимые крошки.
-Что-то не так? - перевожу взгляд с отца на мать.
-Дети, - обращаясь к другим сыновьям и келинкам говорит апа, - Выйдете, нам поговорить надо.
Открываю рот от удивления, когда мужики послушно встают и отодвигают стулья своих жен. Те робко взглянув на меня, уходят за ними, а я остаются один на один с родителями.
-Это что еще за показательное выступление? - недоумеваю и хмурюсь.
-Балам, мы слышали, ты встречаешься с девушкой, - начинает спокойно отец.
-Тааак, -усмехаюсь я, но глаз не прячу. -Встречаюсь, дада. И пришел вам сказать, что я сделал ей предложение.
-Как?! - охнув, мама прикрывает рот ладонями. - Абдулла! Что он говорит?!
-Что говорит? - папа ухмыляется, приподняв уголок губы. - Ты же этого хотела, Зайнап! Все переживала, что старший не пристроен!
-Ее зовут Сабина, ей 28. У нее есть дочь Нафиса. Ей четыре, - начинаю рассказывать, но мама перебивает.
-Я хотела для него чистую, неиспорченную девушку! - причитает она . - А он! Он хочет привезти домой разведенку с ребенком.
Кхм-кхм, - рычу я, еле сдерживая себя. - Апа, я не ожидал такого от вас. Но если вас так это волнует, то Сабина - еще и мой бухгалтер и женщина, которую я люблю. И дочь ее - моя.
-Что значит твоя? Неет! - мама роняет голову в трясущиеся руки. - Она что тебя приворожила? Знаю я таких: с одним не получилось, так другого решила извести. Еще и ребенка чужого на тебя повесить хочет!
-Апа! - делаю то, чего в нашей семье делать категорически нельзя - повышаю голос. За такое поведение меня бы не мешало высечь, но молчать и соглашаться я не могу. - Вы ее в глаза не видели! Лучше остановитесь, потому что я могу сейчас встать уйти.
-Ой, как я буду людям в глаза смотреть! Разведенная, да еще и ребенком.
-Чон-апа ее знает. Можете спросить у нее. Сабина - прекрасная женщина. Лучшее, что было со мной когда-нибудь.
-Как знает? Зухра знает эту…женщину? - переспрашивает мама.
-Да. Сабина жила напротив их дома, когда была замужем. Чон апа, Лейла и Ислам очень хорошо знают эту семью.
-Вот значит как? - маму же несет. - И что же она такая прекрасная развелась, а? А ты знаешь, что от хорошей жены мужья не уходят!
-А ну хватит! - отец стучит кулаком по столу. - Не пойму тебя, женщина! То ты днями напролет ворчишь, что он не женат, то не хочешь принимать его выбор, - рявкает дада. - Ты не видишь, как у него глаза горят, когда он про нее говорит. Да я его не видел таким никогда! Все только работа, работа, работа.
-Абдулла, ты на его стороне? - возмущается мама. - Аллах-Аллах! Это все твое воспитание! Вот он и вырос так, что меня не слушает! Я же добра ему желаю. Как он будет чужого ребенка воспитывать?
-Во-первых, она мне не чужая. Она - дочь моей любимой женщины, а значит, моя. А во-вторых, хорошо воспитаю.
Мама встает, но тут же хватается за спинку стула и касается пальцами виска.
-Давление! Ох, Нариман. И куда тебя потянуло? Вот была Рузанночка. Такая девочка хорошая, красивая, врач.
-Апа, -тоже встаю из-за стола. - Рузанна замуж выходит.
-Это потому что ты прошляпил! Проморгал такую девушку.
-Да что за бред?! Она меня никогда не интересовала как женщина. И все вот эти ваши уловки, - бурно жестикулирую, - на меня не действуют.
Смотрим друг на друга и тяжело дышим. Мама насупилась, обиделась, я уперся рогом. Наш первый большой скандал. До этого мама только журила меня, что одинокий, предлагала кандидаток и сокрушалась, что отказывался сходить на свидание с очередной дочерью или племянницей ее подруги. И вот теперь, когда я, наконец, нашел ту самую, она не хочет ее принимать.