Берсерк 4 (СИ)

— Молодой человек, неприлично заставлять даму ждать. Напоминаю, что вы обещали мне танец! — хищно улыбнулась мне княжна, подойдя ближе, и перевела взгляд на Нарышкину, — Прошу прощения, дорогая, что вынуждена украсть твоего кавалера…
  
Глава 3
 
— А вы, я смотрю, приглянулись девушке. Если бы она могла поджигать людей взглядом, то я была бы уже испепелена, — хрипло рассмеялась мне на ухо княжна, пока мы кружились в танце.
  
— Вы преувеличиваете, — поморщился я, невольно принюхиваясь к её духам, силясь уловить знакомый запах, но сегодня он определённо был другим, и тяги к ней у меня не было, — Во-первых, мы только-только познакомились, а во-вторых, вряд ли ей так уж сильно будет интересен безродный сверх.
— О, а вот тут ты ошибаешься, милый, — проворковала Шантарская, теснее прижимаясь ко мне, — Сейчас ты интересен очень многим родам, которые не упустят возможность прибрать тебя к рукам, так что готовься к осаде. Ведь самый лучший способ привязать человека к роду, это женить или выдать замуж его.
— И вы тоже хотите прибрать меня к рукам? — прямо спросил я, скривившись в усмешке, — Поэтому использовали вчера на мне магический афродизиак, что, вообще-то, незаконно?
— А вот тут ты меня слегка разочаровал, — укоризненно покачала головой она, — Не проверяешь информацию, прежде, чем кидаться столь серьёзными обвинениями. Незаконны приворотные зелья, а магические афродизиаки вполне законны. И да, естественно, ты мне интересен, но… В род свой я тебя затаскивать не собираюсь, не переживай. Да и муж подобного не поймёт. Я просто люблю разгадывать загадки, которыми ты просто переполнен. Вот как ты смог распознать афродизиак, не имея при себе никаких артефактов? Весьма любопытно, знаешь ли…
— Ничего сложно, — небрежно ответил я, — Обычные внимательность и логика. Уж простите меня, княжна, но я буду говорить прямо. Вы намного старше меня, и, хоть и привлекательны внешне, не в моём вкусе, а значит, бурная реакция моего тела на вас была неестественной. Дальше я просто включил логику. Вряд ли это было приворотное зелье, так как я ничего не пил перед этим. Только шампанское, но оно было из закрытой бутылки, и пил его я не один, значит, оставался вариант только с афродизиаком. Видите, всё просто.
— А вы хам, молодой человек, — тихо рассмеялась Шантарская, — Любая другая девушка обиделась бы на вас за такие слова, и прервала бы с вами всякое общение. Не всегда стоит быть столь откровенным с дамой, и говорить ей, что она не в твоём вкусе. Поверьте, женщины бывают весьма злопамятны, и не прощают подобного.
— Прошу прощения, если мои слова задели вас. Не хотел вас обидеть, — соврал я, так как именно на это и надеялся. Что она психанет, и отстанет, наконец, от меня. Надоели мне её хороводы вокруг меня.
— Ничего страшного, дорогой, я не обижаюсь на детей, — мило улыбнулась она, явно постаравшись уколоть меня.
— Я рад, — ухмыльнулся я, ничуть не задетый сравнением с ребёнком, — Но всё же не вполне понимаю ваш интерес к моей скромной персоне, помимо не вполне понятного желания разгадать меня. Ничего особенного во мне нет, уверяю вас. А даже если бы и было, не думаете же вы, что я вот так взял бы, и вывалил вам все свои секреты? Мы не настолько хорошо знакомы для этого.
— Так давай познакомимся поближе? — промурлыкала она, опять теснее прижимаясь ко мне, и моё молодое тело и без всяких афродизиаков вполне определённо отреагировало на это. Проклятые гормоны. И, кажется, она почувствовала мою реакцию. Вон как торжествующе улыбается.
— Спасибо за танец, но сейчас я вынужден откланяться, — поклонился я ей, тихо радуясь, что этот казавшийся бесконечным танец, наконец, закончился.
— Я пока отпускаю вас, но напоминаю, что вы мне должны ещё два танца, и я обязательно спрошу с вас этот долг. Через два танца мы встретимся. Не теряйтесь, — улыбнулась она напоследок, отвернулась от меня, и протянула руку для поцелуя какому-то офицеру.
* * *
— Да ты сегодня, смотрю, пользуешься успехом у дам, — подначил меня Демидов, когда мы снова увиделись с ним, спустя где-то часа полтора после нашего прихода сюда.
Я уже успел ещё раз потанцевать с княжной, всё также сыпавшей непонятными намёками, от которых я уже прилично устал, но вот с Настей мне пока больше ни потанцевать, ни пообщаться не удалось, хотя мы и пересекались периодически взглядами, и всё внутри меня сжималось, когда я тонул в её бездонных глазах, а волосы на затылке вставали дыбом при виде каждого нового кавалера рядом с ней. Увы, но график танцев у неё был плотно расписан, да и мне не давали прохода девушки, кружившие вокруг меня как стая акула вокруг тонувшего тела.
— Ну нафиг такой успех, — проворчал я, перехватывая у официанта бокал с минералкой, — Я уж взопрел весь и ноги отваливаются. Столько, сколько сегодня, я никогда в жизни не танцевал, даже в школе танцев! Идиотское какое-то увлечение, честно говоря. Не понимаю я такого. Ладно бы ещё два-три танца, но я уже раз десять станцевал, и еле вырвался сейчас! Там ещё сразу две девушки рвались пригласить меня, я еле-еле сбежать успел!
— Ничего ты не понимаешь, — бросил он на меня снисходительный взгляд, — Танцы — это же язык тела! Великолепная возможность дать понять понравившейся тебе девушке, какие чувства ты к ней испытываешь, и наоборот, девушка тоже в свою очередь может намекнуть тебе, что ты ей понравился. Где ещё ты сможешь прикоснуться к той, кто тебе нравится? Приобнять её, дотронуться до кончиков её пальцев…
— Ого, да ты романтик, я так смотрю, — ухмыльнулся я, — Вот только что-то не видел я, чтобы ты хотя бы пару танцев с одной и той же девушкой протанцевал, каждый раз новая была. И кто же та, кто смог пробудить в тебе столь романтические чувства?
— Ну, я пока в поиске, — смутился он, — Тут столько красивых девушек, вот как среди них можно одну выбрать? С одной танцуешь, смотришь в её глаза, ощущаешь трепет тела, сердце начинает бешено колотиться, думаешь, вот она — та самая! Единственная! Неповторимая! А потом танец заканчивается, приглашаешь другую, и всё повторяется… И так раз за разом!
— Нет, ты не романтик, ты — кобель! — осуждающе покачал головой я, и рассмеялся.
— Сам такой! — ухмыльнулся он, — Думаешь, я не вижу, как ты на Нарышкину заглядываешься, а танцуешь при этом с другими?
— Но-но-но, не путай горячее с тёплым! Я бы и рад только с ней танцевать, но сам же знаешь, что тут нельзя так. У каждой из дам целый список с расписанием составлен, где за каждым танцем закреплён определённый человек. Я только понять не могу, почему другие девушки в любой момент готовы со мной танцевать? Тоже кого-то сдвигают в очереди? Идиотская какая-то система. И так это чудо какое-то, что Настя мне целых три танца компанию составляла, наверняка обидев этим кого-то…
— Да пусть обижаются. Пустые личности. Только и могут, что о себе любимых рассказывать, — насмешливо фыркнул вдруг за моей спиной голос Насти, я медленно повернулся, и увидел её, стоявшей под руку с какой-то брюнеткой, по-видимому, подругой.
— В остальном же я с тобой полностью согласна, — доверительно в полголоса произнесла она, улыбнувшись, от чего на её щёчках опять появились так понравившиеся мне ямочки.
— Тупая система. Я тоже понять не могу, почему я должна танцевать с какими-то незнакомыми людьми, а не с тем, с кем мне нравится. Не поверите, господа, но мне этот список сам дедушка составлял. Мол, нужные люди, какие-то! Сам бы тогда и танцевал с ними, раз они ему так нужны. Впрочем, за одно имя в этом списке я ему всё же благодарна, — лукаво улыбнулась она мне.
— Я ему тоже благодарен за одно имя в вашем списке, уж не знаю, об одном и том же имени мы говорим, или нет, — рассмеялся я, и мельком глянул на её молчаливую подругу, а потом на своего приятеля, — Дамы, позвольте представить вам своего друга, Сергея Демидова. Сергей, познакомься с самыми прекрасными девушками в этом зале Анастасией Нарышкиной, и… — замялся я, вопросительно глянув на подругу Насти.