Синдзи-кун. Тетралогия (СИ)
— Трахаться. — сказала Майко. У Акиры дернулся глаз.
— То и указанные мероприятия должны пройти в соответствии с правилами…
— Трахательными правилами…
— Чтобы все были вовлечены в равной степени и не возникло отторжения или наоборот — зависимости.
— Чтобы все потрахались. — Майко заложила руки за голову и с удовольствием посмотрела на Акиру. Акира закрыла глаза и выдохнула.
— Эй, она опять это делает! — весело сказала Майко: — она опять дышит как раненный морж!
Я вздохнул и немного переместился вбок, так, чтобы быть у Майко, так сказать под рукой.
— Что еще хочешь? — спросила она, взглянув на меня испытующим взглядом.
— Да нет. Так… просто.
— А. Соскучился по моей теплоте и ласке. Ну иди сюда. — она обняла меня за плечи и прижала к себе.
— Все-таки грудь у тебя, Майко… — сказал я уперевшись в ее мягкие полушария.
— А? Жалобы?
— Не, не. Хорошая у тебя грудь. Прямо произведение искусства. С тебя скульптуры лепить можно и фото твои в журналах размещать. Без одежды, конечно. Это вызовет фурор в мире, все забудут про работу, дом, хобби и увлечения и будут только целыми днями пялится на твои сиськи. Мировая экономика рухнет, заводы и фабрики встанут, самолеты попадают на землю, корабли собьются с курса… так что наверное и хорошо, что ты ими лишний раз не светишь. — сказал я прижимаясь к теплой Майкиной груди.
— А Акирины тебе как? — лениво спросила Майко, медленно болтая ногами под водой. Поднявшиеся волны отнесли поднос с сакэ на другой конец купальни.
— Ну во-первых мы не обсуждаем накама за спиной… а во-вторых вполне себе даже. Такие упругие холмики… — я вспоминаю, как все начиналось.
— Итак! — произнесла Акира во время ужина, поднимая в своей руке пачку анкет: — у нас есть проблема!
— Да, конечно, как иначе. — пробормотала Майко. Читосе погладила ее по спине, успокаивая. Ужин, кстати был просто отличным — мы пожарили мясо, не просто мясо, а именно вырезку, филе на открытом огне не пожаришь, станет жестким как подошва, разве что мариновать его надо, а у нас времени не было. Там же, на гриле приготовили и морепродукты, большинство — едва-едва, так чтобы запах костра был. Было открыто любимое Майкино пиво и уже распита бутылочка сакэ. Я закончил стоять у гриля и присоединился к девчонкам как раз вовремя — Акира начала свою речь. Или она это меня поджидала?
— Проблема… ик! — все-таки Акира не умеет пить. Малокапельная, как говорит Майко. Выпила всего ничего, а уже раскраснелась и кимоно на груди распахнулось больше чем приличному человеку дозволено.
— Заключается в том, что на самом деле я не лесбиянка. Вот! — и Акира потрясла анкетами: — одна у нас на все готова, а другая всего боится. А ты, Син — психопат, поэтому все, что ты там написал — отметается. Вы, психопаты, умеете следы запутывать… ик!
— И что это такое я там написал?! — удивился я.
— Неважно! — махнула рукой Акира: — важно то, что нам тут всем надо потрахаться… то есть — как там, Майко?
— Провести мероприятие по тим-билдингу? — подсказала веселая Майко.
— Именно! — Акира торжествующе подняла вверх палец и некоторое время на него смотрела. Потом перевела взгляд на Майко.
— А вот тебя бы я трахнула. — сказала она. В наступившей тишине это прозвучало особенно громко.
— Ик! — икнула от неожиданности Майко и выпучилась на Акиру.
— У меня и дилдо есть. — поделилась с нами Акира: — не то, чтобы я прямо планировала, Майко, но тебя надо трахнуть. Будешь знать, вот. — она села и задумалась.
— Эм… теперь моя очередь тост говорить, нет? — Читосе поднялась и не глядя на нас, подняла фарфоровую чашечку с сакэ: — ну, я тоже не лесбиянка. Вот. И, Син, ты мне очень нравишься. Но я … не могу так сразу. Мне надо чтобы… ну вот. Но я вас всех люблю. — она покраснела и села на место.
— Ну хорошо. — встал с места я. Поднял эту смешную посудинку с сакэ.
— Дорогие мои. — сказал я: — хочу сказать несколько важных вещей. Во-первых, я все-таки, наверное, лесбиянка. Потому как люблю женщин и все такое.
— Браво! — подняла свою чашку Майко.
— Во-вторых, хотелось бы отметить, что вы все мне очень сильно нравитесь и я, конечно хотел бы со всеми вами переспать.
— Класс! Оргия! — неорганизованные выкрики из зала. Майко, кто ж еще.
— И если таково ваше взвешенное и продуманное решение, если вы хотите того же — я только за. Но! Никто никого тут не заставляет, и я лично уверяю вас, что мое отношение не измениться вне зависимости от принятого вами решения. Ваше здоровье! — я поднимаю чашку и под дружное «кампай!» — выпиваю ее.
— Теперь — в купальню! — кричит Майко и мы дружной толпой идем сперва в душевую. Душевая тут, к моему невнятному сожалению раздельная и я моюсь через стенку, слушая невнятную возню за стенкой и сдавленное хихиканье.
— Син… — раздается голос сзади, я поворачиваюсь и вижу Читосе, которая прижимает к груди большое белое махровое полотенце.
— Д-да? — в горле сразу пересохло и голова стала неожиданно легкой.
— Знаешь Син… я ведь так и не сказала тебе спасибо… как следует. — и полотенце упало на пол, а совершенно голая Читосе легко перешагнула через него босыми ногами. Я сглотнул.
— Если ты из-за … то ты ничего мне не должна. — сказал я, глядя как она приближается ко мне во всем своем великолепии, как при каждом шаге ее небольшие, упругие груди качаются из стороны в сторону.
— Иногда ты умный, Син, а иногда такой дурак. — сказала Читосе, подойдя вплотную и я вдруг почувствовал вкус ее губ у себя на губах. И запах. Легкий, цветочный запах свежести. Плюнув на приличия (какие сейчас могут быть приличия?!) я притянул ее к себе. Читосе простонала что-то тихое и мы погрузились в негу поцелуя. Сколько мы так стояли, я не знаю, душ лился на нас сверху, а мы все стояли, слившись воедино и только одна часть меня чувствительно давила Читосе на бедро. Наконец она оторвалась от меня и улыбнулась, посмотрев вниз.
— Эм… естественная реакция молодого организма на … тебя. — сказал я.
— Это я вижу. Что же, раз я вызываю у тебя такую реакцию, то наверное я должна принять эту ответственность… — и Читосе медленно опускается передо мной на колени. Нет, гордится тут нечем, но я же еще подросток! Потому Читосе, едва опустившись на колени, уже с удивлением разглядывает «мое все», разбрызганное по ней, по ее плечам, лицу, грудям и рукам. Да что там, по-моему я всю душевую забрызгал. Из-за двери высовываются две любопытных моськи. Майко свистит, Акира хлопает в ладоши.
— Есть! — кричит Майко: — вишенка сорвана!
— Технически. — поднимает палец Акира: — акта не было. То есть пенетрации, ик! Прррнокновения! Ик!
— Так, все, Читосе, закончила — моя очередь — в душевую входит Майко, конечно же без полотенца. Вообще без всего. Встает так, чтобы я мог видеть ее всю и проводит руками по телу.
— Нравится? Вижу, что нравится. У тебя… барометр встал в положение «буря!».
— А я какая в очереди? — озадачилась Акира: — я ж первая должна была быть! Мы ж жребий бросали!
— Пойду-ка помоюсь. — Читосе встала с колен и подмигнула мне уходя: — ты был великолепен.
— Ну да. Целых пять секунд. — бурчу я. Половой гигант! Флэш «Молния» Гордон! Вы и не узнаете, что у вас был секс!
— Ладно, это ж твой первый раз. — наставительно поднимает палец Акира, потом наклоняет голову вниз: — отстань ты от него, Майко. Моя очередь. Эта вертихвостка Читосе и так встряла вне очереди…
— Мммм! — ответила ей снизу Майко. Ее рот был занят, что не помешало ей проворчать что-то в адрес Акиры. Зная Майко — ничего хорошего она не сказала.
— Ах так. — сказала Акира, поцеловала меня в губы, да так, что, казалось я почувствовал ее язык на своих гландах. Оторвалась, вытерла рот рукой и вышла из душа.
— Ааах. — сказал я: — Майко, а мы ее не обидели случайно?
— Ой, да какая разница, хах. Задавака. И сиськи у нее мелкие. — тут дверь в душевую снова распахнулась и снова появилась Акира. На этот раз на ней не было полотенца вокруг бедер, на ней были надеты какие-то кожаные ремни, похожие на сбрую лошади. Спереди эта конструкция удерживала подробную анатомическую модель (разве что слегка увеличенную) мужского достоинства. Да, даже вены сбоку были видны.