Под знаком Альбатроса (СИ)
Логично? Весьма. Несчастная изгнанница вызовет жалость, а высокий титул раскроет двери в дома самых знатных придворных. Идеальная кандидатура. Опять же, единственная из изгнанников, кто после объявления королевской воли начал искать убежище в Империи, этом, по мнению галлийцев, рассаднике ереси.
Потому и была разыграна операция с Гиллмором, в жертву принесены жизни своих людей. Мелких, безродных, но все же своих.
Игнорируя вероятность невеликого ума этой самой мадам. Но глупышка для галлийского престола не опасна и просто не стоит того, чтобы из-за нее ссориться с графами де Бомон, контролирующими всю Пикардию. Однако ее изгнали, причем навечно.
Да и глупость ли это? Или хитрая игра старого лиса в епископской мантии? Плохо играет в шатрандж, говоришь? А о том, что умный человек может по стилю игры многое узнать о сопернике, не подумал? И кто из вас кого изучал? То-то. Так что решение принимать пока рано. Как и отводить своего человека от с таким трудом полученного контакта.
— Продолжите общение, сквайр. Обходительность, мужское обаяние…
— Нет-нет, — осмелился перебить начальника Гиллмор. — Поверьте, любые мои ухаживания она отвергнет сразу, без вариантов. Да, она благодарна за спасение дочери, но я лишь сквайр, а она графиня. Поэтому общими у нас могут быть только дела.
И общий заработок. Естественно. Наша информация, плюс корабль доченьки, плюс возможности ее папочки, благодарного за «спасение» внученьки. Неплохая компенсация за гибель твоих людей. От твоей же руки, между прочим.
— Хорошо, дела так дела. Но помните, я должен знать обо всех ее друзьях и любовниках. Да-да, и любовниках. Молодая красивая женщина без них точно не обойдется, если уж вы эту роль не потянули.
Дернулся! Едва заметно, но дернулся! И поделом, сидишь тут весь из себя такой щепетильный, скромный такой. Ничего, потерпишь. Ради тех денег, что сам же на кон и поставил, потерпишь.
— И еще. Особое внимание к ее контактам с кастильцами. Муж графини работал на их разведку, не думаю, чтобы они не попытались привлечь к своим делам и нашу клиентку. В общем, мадам де Ворг графине де Бомон отныне будем уделять самое пристальное внимание. Мы — со своей стороны, а вы со своей. И не дай вам бог уделить его недостаточно. Что? О, нет-нет, в вашей преданности я не сомневаюсь ни секунды.
Куда ж тебе теперь деваться, родной.
Глава 5
Известие о прибытии гостьи маркиз Галифакс получил через полчаса. Прямо во время заседания Совета Имперской канцелярии, на котором рассматривались такие важнейшие вопросы, как финансирование нового императорского выезда, приобретение в Зеландии фрегата для морских прогулок его величества и приобретение в той же Зеландии двух картин, от стоимости которых у господина казначея свело скулы. Чтобы не показать уважаемым коллегам свое отношение к таким тратам, пришлось упереть пальцы в лоб, скрывая скривившиеся словно от проглоченного лимона губы и изображая глубокомысленные размышления.
Все как всегда: император сорит деньгами, ближайшие советники восхваляют его гениальность, а откуда возьмутся деньги, должен придумать он — казначей. С недавних пор лорд-казначей. Звучит грозно, но суть та же — давай деньги и никого не интересует, откуда ты их возьмёшь.
А откуда взять? Золото и серебро магией не наколдуешь, нет таких заклинаний в природе. Вот было бы прекрасно — вошел маг в пустое хранилище, колданул от души и пожалуйте! Берите, тратьте на здоровье сколько пожелаете.
Увы. Пополнять казну можно либо налогами, либо войной. Но на войну тоже нужны деньги, которых нет. Проблему могли бы решить доходы с колоний, если бы империя не опоздала к разделу пирога. Кастилия, ее западный сосед Лузитания и Зеландия. Эта троица успела отхватить лучшие куски. А мы опоздали. Галлия тоже опоздала, но не слишком переживает по этому поводу, сосредоточившись на расширении своих европейских границ.
Только имперской метрополии расширяться некуда. Остров, господа, однако. Что-то удалось урвать, но не очень много. Мало, если честно. Причем невеликий доход от колоний надо еще и довезти в метрополию. Шесть лет назад кастильцы перехватили золотой караван из Нового Света! И ничего. Все знают, что их рук дело, но доказать невозможно. Океан, он тайны охраняет надежно. Пришлось стерпеть, даже улыбаться, даже в союзники пойти, на безденежье-то. И сейчас у нас мир, черт бы его побрал!
Но ничего, дайте только повод. Придет время — сочтемся, все припомним.
Но пока главный, почти единственный доход — налоги. Не хватает? Вводи новые, император все подпишет. Богатенький сирота? Плати за то, что не можешь служить. Богатый землевладелец? Плати за титул, ибо нечего простолюдину землей владеть. И так далее, и так далее….
Не нравится? Не беда! Есть в империи правый суд, который тебя быстро убедит. Перед повешением. Или после, тут уж как получится.
В последнее время нашли новый доход — обирать жителей Гибернии. Зеленого острова, имевшего несчастье расположиться рядом с метрополией. В самом деле, раз правильную веру упорно не принимаете, нагло молитесь по заветам старой римской церкви, так платите. Пока с голоду не подохнете.
Только ведь нельзя из коровы выдоить молока больше, чем у нее в вымени. Иначе помрет корова. Или взбесится, и тогда мало не покажется никому из доярок.
Но это когда еще будет… а пока… встал глава Совета — герцог Фицуильям, чтоб его кондрашка хватила.
— Лорд-казначей, вам слово.
Все как обычно — придворные насмерть грызутся за благосклонность молодого императора, готовы оплачивать любую его прихоть, но не из своего кармана — за него они как раз удавиться готовы. Нет, оплачивать должен казначей, он же и ответит в случае чего, мол, не уберег, не сохранил, не отстоял. Вот как сейчас — все «за», а ты попробуй возразить.
Ну-ну, мы тоже не первый год во дворце, нас тоже веревкой не накормишь.
— Безусловно, господа, деньги выделить надо! Ибо желание его величества — закон для всех нас, его верных слуг. И деньги найдем, разумеется, найдем. Я предлагаю сократить расходы на флот. Всего полпроцента, они погоды точно не сделают. Ну заложим мы боевой фрегат не сейчас, а через полгода — невелика беда.
Вот вам мой первый выпад. Не самый опасный, скорее отвлекающий. Уж лорд-адмирал предложенного точно не потерпит, ибо четверть стоимости того фрегата уже заложена в ремонт его родового замка и остановить оба процесса никак невозможно.
Ну? Так и есть.
— Даже думать об этом не смейте! Фрегат должен войти в новую эскадру, которой предстоит сопровождать корабли к побережью Чайны!
Во как загнул! Флот, еще недавно лучший в мире, на глазах приходит в упадок, после недавнего разгрома в галлийской компании держится на плетях и роме, экипажи забыли, когда получали довольствие. А он эскадру создает, для походов в Чайну, ну-ну. Так его зеландцы туда и пустят. Да эскадра разбежится через месяц, голодные моряки в вольный разбой пустятся.
Но мы об этом не знаем, мы здесь всему верим, потому что и нам верят.
— Никак, да? Тогда… может быть, опять налоги поднимем? Не везде, только на севере. Например, акциз на их виски увеличим? На пару процентов всего. Как, согласны?
Согласятся они, как же. Особенно старый лорд-протектор Севера, которому совсем не улыбается подавлять мятеж горцев, держащих монополию на это пойло. Бунт принесет слишком много крови и слишком мало денег.
Так и есть, ножками засучил, кулачками замахал, слюнками забрызгал. Не помер бы от волнения. А уж слова-то, слова какие! О верных, но бедных слугах его величества, о суровой природе и нищете гордых северных рыцарей.
Нищие-то они нищие, а деньжатами лорда снабжают исправно, чтобы, значит, их интересы отстаивал. Ну он и отстаивает, отрабатывает платы как честная шлюха. Во-во, еще и про охрану северных рубежей ввернул! От кого охранять? От тюленей, что ли?
М-да, пора наносить главный удар, с которого в другой обстановке следовало бы и начинать.