Под знаком Альбатроса (СИ)

Впрочем, вонь остается и дальше, ближе к центру, тут уж ничего не поделаешь. Спасибо, зима, пусть и не морозная, зато без жары, а то дышать бы пришлось и вовсе через раз, пока не привыкнешь. Особенно после свежего морского воздуха.
Да, вонь неизбывна, зато чем ближе к центру, тем лучше дома. Уже надежные, основательные, крытые черепицей, с застекленными окнами и каминными трубами. Мощенные булыжником дороги, на которых весело звенят подковы и стучат колеса.
  
Наверное, в самом центре города стоит императорский дворец, который просто обязан поражать окружающих роскошью и изяществом, но до него путешественницы не доехали, экипаж остановился у трехэтажного дома. Мощного, без колонн и барельефов, серо-угрюмого, навевающего мысли о крепости, всегда готовой выдержать осаду.
Если бы не окна. Большие, не перечеркнутые квадратами реек, а забранные сплошными листами стекол, стоивших, очевидно, баснословных денег. Ясно, что такие окна сделаны недавно, и даже у очень богатого хозяина денег хватило на переделку не всех — многие по-прежнему больше походят на бойницы.
У темной, почти черной массивной двери дежурили двое слуг. При шпагах, у каждого на разбойничий манер заткнуто за пояс по два пистолета. Б-р-р! Однако слуги подтянуты и смотрят на выходящих из экипажа женщин вполне дружелюбно.
Но служба есть служба. Один из них сделал шаг вперед.
— Уважаемые дамы, вы к кому и по какому поводу?
Графиня оценила изящество вопроса, после которого можно как вежливо попросить в дом, так и дать от ворот поворот, при случае добавив пинка. Для убедительности.
— Мадам де Ворг графиня де Бомон со служанкой. Имею письмо к маркизу Галифаксу от лорда Баттенберга.
Короткий взгляд, мгновенная оценка визитерш и точное решение.
— Его светлость сейчас отсутствует, но о вашем визите мы предупреждены. Для вас выделены комнаты, о багаже не беспокойтесь, о нем позаботятся. Прошу следовать за мной.
Кратко, четко по сути и безупречно по форме.
Женщин провели по сумрачному, отделанному темным деревом коридору в две смежные комнаты. Одна раза в два больше, но в каждой стояли кровать, шкафы, где было удобно повесить одежду. На столики слуги поставили вазы с фруктами, открытые бутылки с вином.
Затем седой, но ловкий коренастый слуга в ярком желто-зеленом камзоле поинтересовался, когда гостьи желают отобедать и что именно предпочитают на обед. Вопросы графиня восприняла как должное, а Жюли неожиданно растерялась, оставив ответы на усмотрение госпожи.
Как выяснилось, возвращение хозяина дома ожидалось поздно вечером. Его, конечно, известят немедленно, но это вряд ли что изменит — императорская служба, сами понимаете, ваше сиятельство.
Зато дома была хозяйка. Маркиза Галифакс оказалась невысока, полна, но не толста, круглолица и румяна, эдакая пятидесятилетняя пышечка. Она ворвалась в комнаты гостей и сразу взяла дело их благоустройства в свои заботливые руки. Разумеется, прежде всего — госпожи.
— Ах милочка, мой супруг так ждал вашего приезда! Вы знаете, он даже подобрал вам дом, недорого и с оплатой в рассрочку. Или в аренду, как вам будет угодно. Это так ужасно — быть изгнанной из страны, от семьи и друзей! Ничего, муж вам обязательно поможет, у него такие связи, такие связи! Он часто помогает попавшим в беду. Вот, располагайтесь, отдохните с дороги, через час будет готов обед, я уже приказала, чтобы и вашу служанку накормили! Все-все-все, ухожу, отдыхайте.
И, едва выйдя из гостевых комнат, твердой рукой схватила за шиворот ожидавшего у двери мальчишку-слугу.
— Передай на кухню, чтобы через час обед был готов, пусть будет что-нибудь галльское, на усмотрение повара. Потом зайдешь ко мне, получишь записку для господина маркиза, отнесешь в казначейство, секретарю. И избави тебя господь отвлечься или задержаться хоть на минуту! — Перед лицом юного слуги замаячил крепкий и вполне увесистый кулак. Вовсе не в шутку, молодой человек не раз испытал его на собственной шкуре.
Резиденция контрразведки Островной Империи
— Благодарю вас, сквайр. — Мужчина средних лет, удобно развалившийся в кресле напротив, лениво протянул руку, взяв со стоявшего рядом ажурного столика банан, неторопливо очистил кожуру и откусил подчеркнуто маленький кусочек, словно получал удовольствие не столько от еды, сколько от демонстрации перед собеседником изысканных манер. — Отчет вы написали подробный, удержавшись от ненужных комментариев, что, к сожалению, не часто удается вашим коллегам. Однако сейчас я прошу вас дать собственную характеристику мадам де Ворг. Итак?
— М-гм… кх-м… — Гиллмор сидел в мягком кресле напряженно выпрямив спину, словно глотатель шпаг в цирке.
Господин улыбнулся, встал, небрежным жестом прервав попытку собеседника вскочить, подошел к столику, небрежно плеснул в один из стоявших на нем бокалов немного вина.
— Выпейте, сквайр. И успокойтесь, ну что вы, право. Прекрасно поработали, головой рисковали, а здесь вдруг растерялись. Здесь-то вам чего волноваться?
На самом деле причина была очевидной — Гиллмор впервые оказался в этом кабинете. Том самом, где, как справедливо считали его коллеги, и решаются судьбы таких вот гиллморов. Отсюда можно взлететь в облака власти и денег или скатиться в болото к мелким агентам, обреченным вечно рисковать головой за скудные подачки с сытного стола контрразведки. Ну что же, парень, шанс тебе дан. Воспользуешься?
Вино сквайр выпил залпом, но докладывать стал четким размеренным голосом.
— Извините, сэр. Итак. К сожалению, цельного мнения у меня так и не возникло. С одной стороны, графиня — типичная светская дама. Опытна в общении, умеет поддерживать пустую болтовню, но лишь на некоторые, часто встречающиеся в ее кругу темы: мода, погода, сплетни. В остальном производит впечатление женщины неумной, легкомысленной. Даже игра в шатрандж…
— Она действительно умеет играть?
— Я бы сказал, что знает, как ходят фигуры. Мы сыграли три партии, и главное, о чем я беспокоился, — как не поставить мат в три хода. Особенно пришлось постараться в третьей партии — очень уж хотелось дать ей выиграть, но графиня умудрялась не замечать самых очевидных победных ходов. Слава Спасителю, поездка как раз окончилась, и я смог признать поражение по позиции.
— Вот как? Интересно, продолжайте.
— Пожалуй, все. Если не считать любви к верховой езде, причем в мужском седле. Спокойно ехала верхом четыре часа под зимним мокрым снегом. Кажется, ей эта поездка даже доставляла удовольствие.
— Как она вела себя в стычке с пиратами?
— Этого я не видел, для меня тогда главным было самому живым остаться. Но когда все кончилось, графиня была вся в пороховой гари. Знаете, как выглядят канониры после боя? Так вот она от них не слишком отличалась. Да и перед дракой, когда пираты готовились к нападению, в панику не впала. Волновалась, да, побледнела как полотно, но не более. А уж после боя, когда ее на тот свет только исцеляющий амулет не пустил, у нас было мало времени для общения.
Господин средних лет возвратился в свое кресло и кивнул, но скорее своим мыслям, чем одобряя сказанное. Неужели блестяще задуманная и красиво исполненная операция, для успеха которой пришлось пожертвовать жизнями пусть мелких, но все же своих людей, оказалась бесполезной? Неужели они ошиблись?
Месяц назад все казалось таким очевидным — графиня по молодости и вопреки воле родителей выскочила замуж за мелкого дворянчика. Дворянчика обвинили в измене, после чего тот пропал, исчез без следа, скорее всего кончил жизнь в застенке, в руках неудачливого палача.
  
Что делать вдове? Ясно что — возвратиться к королевскому двору, где ее даже приняли. Сработали связи и титул? Или леди присягнула королю? Точнее, его первому министру, этому пройдохе в епископской мантии? Вот это казалось скорее похожим на правду, иначе почему после общения с заговорщиками ее отправили не на плаху, а в изгнание? И тогда именно мадам де Ворг графиня де Бомон — тот самый шпион, о приезде которого сообщила парижская резидентура. Как там было? «В ближайшее время в Лондон будет направлен галлийский агент. Его задача — установить связь с предателем, занимающим высокую должность при императорском дворе и располагающим информацией стратегического значения. Агент будет действовать самостоятельно, не вступая в контакт с другими сотрудниками галлийской разведки. Возможностями уточнить его личность не располагаем, известно лишь, что кандидатура была одобрена лично премьер-министром Галлии епископом дю Шилле.»