Невеста брата. Будешь моей (СИ)

Разговоры?
Не нужны они никому.
Здравый смысл?
Он тоже не нужен.
Лишь Он…
Один-единственный.
Других быть не может. Ни до него. Ни после.
— Ярослав, — повторила.
Сомкнутую в кулак на рубашке ладонь потянула на себя вместе с мужчиной. Чтобы ощущать больше его тепла. Чтобы больше не думал оставлять одну. Даже если я снова сотворю глупость, попросив его об этом. Хоть тысячу раз. Пусть не слушает. Сделает всё по своему. Ведь разве не видно, как я отчаянно нуждалась в нём? Сказал, я ломаю в нём что-то? Не так. Это меня саму ломало. Наизнанку выворачивало. Уничтожало. Хоть сколько тянись навстречу, прикасайся губами к его губам, пей жадно, голодно, так ненасытно, как в последний раз, лишаясь последних крох собственного кислорода. Задыхайся. Погибай. Всё равно ничтожно мало.
— Ты должна знать, — проговорил Ярослав, разрывая поцелуй и заглядывая в мои глаза. — В этот раз я не смогу остановиться.
Он почти дрожал от нетерпения. В расширенных зрачках разверзлась настоящая бездна. Голодная. Жаждущая. Неподконтрольная. И я падала в неё. Пропадала. Вместе со всеми тлеющими на дне разума сомнениями. И всё, что могла произнести:
— Не останавливайся.
Последовал шумный выдох, на мгновение прикрытые веки, а затем новый поцелуй. Он лавиной обрушился на моё сознание, разметав осколки некогда цельных мыслей в клочья. Вынудил со стоном выгнуться навстречу мужскому телу. Сильные руки тут же одним рывком стащили с меня платье, отшвырнув более ненужную вещь куда-то в сторону. Синий с фиолетовым отливом взор сканирующе прошёлся по моему едва прикрытому тонким кружевом телу, отчего стало невозможно горячо, как в аду. На губах Ярослава расплылась победная усмешка.
— Джекпот, — прохрипел и отошёл на шаг.
И если сперва я решила, чтобы получше разглядеть меня, то затем… вовсе перестала мыслить. Почти задохнулась. Ярослав продолжил раздеваться сам. Медленно, не отводя от меня своего хищного взгляда, расстегнул оставшиеся пуговицы на своей белоснежной рубашке, позволяя вдоволь рассмотреть своё скульптурное тело. Под смуглой кожей от каждого движения перекатывались тугие мышцы. Его могучие плечи стали казаться ещё шире. От желания прикоснуться к нему растущий во мне голод становился по-животному лютым, и я покрепче стиснула зубы, из последних сил сдерживая порыв застонать от такой несправедливости. Рубашка полетела прочь, а Ярослав взялся за застёжку на брюках. Невольно сглотнула и вжалась в стену за спиной. Ноги почти не держали. А мой любовник также неспешно стянул их с себя вместе с боксерами, позволяя лицезреть внушительную эрекцию. Разглядеть себя ещё больше тоже не позволил. В один шаг оказался рядом, плотнее вжимая меня собой в стену, а пальцы принялись рисовать на моих бёдрах невидимые узоры, постепенно приближаясь к краю трусиков.
— Я мог получить от тебя всё и сразу ещё в нашу первую встречу, но не стал, — принялся нашёптывать едва слышно мне на ухо, перемежая свои слова с поцелуями вдоль шеи и скул. — Не желал торопиться. И теперь… я тоже не буду. Буду наслаждаться тобой долго. Очень долго. Надеюсь, ты выдержишь, куколка.
В отличие от него, я ни на что не надеялась. Не выдерживала уже здесь и сейчас, едва он прикусил кожу в районе пульсирующей жилки на шее, а его пальцы проникли под ажурную ткань нижнего белья, грубо и с лёгкостью толкнувшись в меня, растягивая изнутри, единственно верно надавливая на нужную точку, разрушая жалкие остатки моей личной реальности.
— Ох… — сорвалось с моих уст громко и протяжно.
Тягучий мучительный жар во мне моментально превратился в ошеломляющую волну оргазма, стоило ему согнуть свои пальцы. Пришлось схватиться за сильные плечи, ведь самостоятельно стоять уже не получалось.
Реальности просто не стало…
— Хорошая девочка. Моя девочка.
Ярослав подхватил меня на руки и отнёс на кровать. Сам навис сверху. Внимательно вглядывался в мои глаза, пока его руки медленно очерчивали контур моего лица. Он коснулся губ, чуть сильнее нажав на нижнюю, и с шумом втянул в себя воздух, когда моя ладонь обхватила его твёрдый стояк. Едва ли моим пальцам удалось полностью сомкнуться, а при мысли о том, как же это будет ощущаться, когда его плоть окажется глубоко во мне, сознание захлестнула новая волна возбуждения.
 
— Тише, куколка, не торопись так, — простонал хрипло, склоняясь ниже.
Едва ли запомнила. Его губы коснулись моего подбородка, проложили дорожку через шею к груди, оттянули лиф и принялись ласкать вершинки. Сперва одну. Затем другую. Ровно до тех пор, пока не стало казаться, что это сумасшествие никогда не закончится. Чистое безумие. Я выгибалась, стонала, умоляла, проклинала. Позабыв о стыде и нравственности, сама шире раздвинула ноги в откровенном приглашении.
Которое оказалось проигнорировано…
Ярослав вёл одну ему известную игру с моим телом. Снова и снова мучил меня своими поцелуями, изводил ожиданием, попутно лишая последних крох одежды. И когда его пальцы вновь легли на истекающую влагой плоть, меня накрыло второй волной оргазма.
— Громче, куколка…
То ли правда сказал, то ли мне послышалось. Но я действительно вскрикнула, когда его бёдра вклинились между моих ног, а он вторгся в моё тело. Грубо. Беспощадно. Глубоко. Нет, боли не было. Совсем. Если только её жалкие отголоски. Неважные. Ненужные.
Ярослав замер надо мной на дрожащих вытянутых руках. По его виску стекала капелька пота. Но он терпеливо ждал, когда я расслаблюсь.
— Куколка? — пробормотал почти невнятно.
— Ещё, — отозвалась.
То ли приказ, то ли мольба с моей стороны. Без разницы. На красивых губах расплылась хищная ухмылка. Ярослав медленно вышел, чтобы тут же податься вперёд вновь. Так глубоко и правильно, что я снова не сдержала вскрика. Как и во все последующие разы. Только и могла, что кусать губы и хныкать, извиваться под ним и вкрикивать от очередного глубокого проникновения.
— Господи… — выдохнула, ощутив как меня накрывает очередной волной наслаждения.
— Нет, всего лишь я…
Всего лишь он, да. Но сейчас для меня он был именно богом. Тем, кто дарил столько блаженства, что я захлёбывалась в нём, распятая под ним, покорённая, принадлежащая только ему одному. И пусть весь мир катится в преисподнюю. Только бы всё это никогда не заканчивалось. Он сам так ещё ни разу не кончил. Перевернул меня на живот и поставил на четвереньки. Одна из его ладоней легла на моё бедро, зафиксировала в таком положении, другая обхватила за волосы, чуть оттянув назад, вынуждая прогнуться в спине. Новое проникновение — неторопливое, с мучительно-медленно-нарастающим темпом, и я уткнулась лбом в мягкую поверхность постели, сжимая кулаки, что-то невразумительно мыча, пока приближалась к ещё одному пику растущего удовольствия. А потом по-жестокому неторопливо ускоряющийся темп стал наказанием. Стоны перекрывали звучные шлепки мужских бёдер о мои ягодицы. Это было куда грубее и жёстче, нежели прежде. Окончательно сводило с ума. А ведь думала, ярче оргазма испытать просто невозможно.
— Моя куколка, — донеслось издалека, а плеча коснулся ласковый поцелуй. — Только моя.
И где-то тут я всё-таки вырубилась…
  
Глава 11
 
Василиса
Спальню окутывала темнота, когда я открыла глаза. Нет, не потому, что выспалась. Будто внутренняя установка сработала, меня буквально вышвырнуло из сна. Бедро сдавливала тяжёлая мужская ладонь, поэтому аккуратно отодвинула её в сторону, чтобы слегка иначе устроиться в согревающих объятиях. Ага, не тут-то было. Вместо руки на меня тут же закинули ещё и ногу, придвинув к себе поближе, нагло сжав в ладони грудь.
— Ну да, как нет-то, — вздохнула беззвучно.
Невольно улыбнулась и обняла своего мужчину в ответ, продолжив наслаждаться исходящим от него теплом. Какое-то время так и лежала, раздумывая о том, что будет с нами дальше.
Быть может, он прав?
И мне стоит ему просто довериться.
Доверие — штука очень сложная, особенно в нынешних условиях жизни, но вся моя суть тянулась именно к этому. К Ярославу. И очень хотелось надеяться, что оно того стоит. Ведь он — точно стоит. Мне ведь не обязательно сразу рассказывать об этом Жанне, мы с ним можем договориться и сделать всё иначе. Если он готов помочь мне, может быть вдвоём нам удастся найти способ, как не допустить того, чтобы вопрос моего замужества с Игнатом Орловым отразился на моей младшей сестре?