Прежде чем нас разлучат (ЛП)

— Я твоя, — шепчу, и он с глубоким вдохом откидывается назад.
— Достань меня и покажи.
Закусив губу, я стаскиваю халат с плеч, откидываюсь назад и вытаскиваю его член из боксеров. Сидя на коленях, провожу головкой члена по клитору, и мою кожу покалывает от того, как глаза Такера темнеют. Подавшись бедрами вперед, прижимаю член к своему входу и хнычу, когда принимаю первый дюйм. Неделю назад у нас состоялся целый разговор о контроле над рождаемостью и тестировании, и с тех пор печать «без презерватива» сломана, что сделало секс с ним еще лучше, хотя это и не должно было быть возможным.
  
— Такер, — хнычу я, опускаясь ниже и вбирая его целиком — каждый дюйм.
— Задержись на секунду.
Он хватает меня за бедра, останавливая.
— Как такое возможно, что твоя киска стала более горячей и узкой? — стонет он, и я вонзаюсь ногтями ему в плечи.
Знание того, насколько он возбужден, что у меня есть власть заставить его потерять контроль, — само по себе является своего рода эйфорией. Я двигаю бедрами, просто чтобы посмотреть, что он будет делать, а потом всхлипываю, когда его ладонь резко опускается на мою задницу.
— Я велел подождать.
— Я не могу.
— Можешь.
Он притягивает мои губы к своим и поворачивает мою голову именно туда, куда хочет, лаская языком мой рот и пожирая меня. Не в силах больше сдерживаться, начинаю медленно двигаться на его бедрах. Он не останавливает меня; вместо этого встречает толчками. Потерявшись в ощущениях, я охаю, ощутив его пальцы на клиторе.
— О, боже.
— Трахни меня жестко, — требует он мне в рот, и я делаю, как мне велено или… пытаюсь это сделать.
Кожу головы начинает покалывать, затем это ощущение распространяется ниже, прежде чем осесть между ног. Я начинаю сжиматься вокруг него, и когда его движения становятся беспорядочными, скачу на нем все сильнее и быстрее, а потом падаю ему на грудь, слушая, как он стонет, кончая в меня.
— Думаю, мне понадобится еще один душ, — с трудом выдыхаю я, и Такер крепко обнимает меня.
— Позже, — бормочет он, натягивая на нас одеяло.
— Я скучаю по тебе, — тихо говорю я через мгновение, и его мускулы напрягаются. — Знаю, это глупо, но я не могу дождаться, когда ты получишь ответы, которые ищешь, и вернешься ко мне.
— Господи, детка.
— Не хочу, чтобы ты чувствовал вину, я понимаю, что это твоя работа и дело сложное. Я…
— Я буду работать над этим, — прерывает он, проводя рукой по моей спине и волосам, потянув за них, чтобы я посмотрела на него. — Нет ничего важнее для меня, чем ты и Кингстон. Я буду работать над этим.
— Я просто хотела бы знать, как помочь тебе справиться со стрессом.
— Вот так. — Он обхватывает мое лицо. — Просто быть с тобой, возвращаться домой к тебе, трахать тебя и знать, что ты меня любишь, — вот как я с этим справляюсь.
Я прикусываю губу, мои глаза наполняются слезами.
— Хорошо.
— Хорошо, — тихо говорит он, притягивая меня для поцелуя. Когда он отстраняется, прижимает мою голову к груди и делает глубокий вдох. — Я люблю тебя, детка.
Я закрываю глаза, слушая звук его сердцебиения.
— Я тоже тебя люблю, — шепчу в ответ, все еще не уверенная, что этих слов достаточно, чтобы осознать мои чувства к нему. Но так как других слов у меня нет, придется довольствоваться этими.
Стоя на кухне с кружкой кофе, я наблюдаю, как Винтер нетерпеливо ждет у двери появление Кингстона. Пять минут назад Такер спустился вниз, чтобы забрать его у Пэтти, а через две минуты после его ухода в дверь постучала Винтер, будто знала, что ее друг вот-вот вернется домой.
Забавно, насколько они сблизились за последние несколько месяцев, но чем больше они сближались, тем больше ссор между ними нам приходилось прерывать.
— Тетя Миранда?
— Да, дорогая? — откликаюсь я, когда она идет ко мне.
— Вы с Кингстоном будете жить здесь или где-то в другом месте, как раньше дядя Такер?
Я ставлю кружку на столешницу.
— Не знаю. Мы пока не говорили об этом, — тихо отвечаю я.
По правде говоря, хотя я знаю, что у нас с Такером все серьезно, и что, в конце концов, нам придется обсудить этот вопрос, пока он еще ни разу не всплывал. На самом деле, до настоящего момента я даже об этом не думала.
— Я хочу, чтобы вы жили здесь.
— Буду иметь в виду. — Я улыбаюсь.
— И я скажу об этом дяде Такеру, — решает она, когда дверь открывается.
— Скажешь мне, что? — спрашивает Такер.
Но Винтер так увлечена объятиями Кингстона, что даже не обращает внимания на своего дядю.
— Что она хочет мне сказать? — спрашивает он меня, подходя ближе, но именно в этот момент мимо него пробегает Кингстон и врезается мне в ноги.
— Привет, милый. — Я поднимаю его на руки и прижимаю к своей груди. — Я так сильно скучала по тебе.
— Я тоже по тебе скучал. — Он обвивает руками мою шею.
— Тебе было весело с бабушкой и папой?
— Да. — Он улыбается.
— Дядя Такер, — зовет Винтер, и я смотрю на нее. — Я думаю, вы должны жить здесь.
— Ты о чем, жучок? — спрашивает он, и она закатывает глаза.
— Я не хочу, чтобы вы жили в другом доме. Я хочу, чтобы вы жили здесь.
— О. — Такер смотрит на меня, и я пожимаю плечами, потому что, честно говоря, не знаю, что сказать в этот момент.
— Я хочу жить здесь. — Глаза Кингстона расширяются, будто он только что осознал наличие такого варианта. — Пожалуйста! Мы можем жить здесь с тобой?
Он складывает ладошки в молитвенном жесте.
— О, боже, — шепчу я, когда дети в унисон начинают умолять.
— Мы это обсудим, — мягко урезонивает их Такер.
— Зачем вам это обсуждать? — спрашивает Винтер, и Такер смотрит на меня.
— Потому что взрослые должны принимать такие решения вместе, и я не знаю, готовы ли мы уже жить вместе.
— Но вы и так всегда вместе. — Винтер смотрит на меня и Такера как на идиотов.
— Ну, да. Но… жить вместе — это очень важный шаг.
— Взрослые такие странные, — бормочет она, и я поджимаю губы, чтобы не рассмеяться. — Можно Кингстон пойдет ко мне? Я хочу показать ему новую игру, которую мне подарили.
— Конечно, но только на час, хорошо? — Обычно это максимум, сколько им удается провести вместе без ссор. Затем они делают перерыв и снова все хорошо еще на час.
— Ладно. — Винтер улыбается и вместе с Кингстоном выбегает за дверь.
— Итак, где ты хочешь жить? — спрашивает Такер, прижимая меня к столешнице, когда дверь за детьми закрывается.
— Мне нравится у тебя, — признаюсь я, и его лицо смягчается.
— Значит, вы переедете сюда?
— Ага.
— Хорошо, и сколько нужно времени, чтобы это произошло?
— Не знаю. Год?
— Слишком долго.
— Восемь месяцев?
— Слишком долго.
— Когда ты хочешь, чтобы мы переехали? — спрашиваю я, потому что очевидно, мы можем гадать еще долго.
— Когда заканчивается твой договор аренды?
— Примерно через полгода или около того.
— Отлично, — бормочет он, обхватывая ладонью мою шею. Наклоняет голову, и мои ресницы опускаются, предвкушая поцелуй.
— Нам нужно идти, — врывается в тишину голос Майлза, и мои глаза распахиваются. Посмотрев за плечо Такера, я вижу в дверях Майлза, который смотрит на брата. — Наконец-то пришли результаты. У нас есть совпадение.
От этой новости у меня сжимается желудок, а тело Такера сдувается, будто все сдерживаемое разочарование и гнев, которые он сдерживал неделями, покинули его.
— Можешь присмотреть за детьми? — спрашивает меня Майлз.
— Конечно, — шепчу я, и он кивает.
— Встречаемся внизу через десять минут, — бросает он Такеру и исчезает.
— Я должен идти. — Такер поворачивается ко мне, и я приподнимаюсь на цыпочках, обхватывая его лицо.
— Арестуй этого парня.
Я касаюсь губами его губ и отпускаю его. Через несколько минут он выходит из спальни уже одетый, с пистолетом на бедре.