Прежде чем нас разлучат (ЛП)

— Тебе следовало сказать мне.
— Следовало. — Я открываю посудомоечную машину и начинаю разгружать ее. — Просто не хочу, чтобы ты волновался.
— Вы — моя семья. Конечно, я буду волноваться. Как мой племянник?
— Привыкает, но он в порядке.
— Бл*ть! — взрывается он. — Я убью Боуи.
— Как твои дела? — спрашиваю я, игнорируя его комментарий, потому что он меня пугает, и я знаю, что он, вероятно, мог бы выполнить свою угрозу без угрызений совести. — С кем-нибудь встречаешься?
  
— Да, встречаюсь. Она стюардесса, — отвечает он, и с моих плеч будто спадает груз.
— Серьезно?
Честно говоря, я хочу, чтобы он остепенился, женился и ушел с этой работы, и я знаю, что наши родители думают так же. Не то чтобы я не горжусь им за то, чего он добился, просто постоянно беспокоюсь, что с ним может что-то случиться, и я больше никогда его не услышу и не увижу.
— Да, вообще-то, она из Теннесси.
— Как тесен мир.
— Точно. — Он выдыхает. — А теперь скажи мне правду. Как ты?
— Счастлива, — тихо говорю я. — Знаю, что не должна так себя чувствовать, учитывая случившееся, но мне кажется, мы с Боуи расстались до того, как у него начался роман. Просто я была слишком занята, чтобы понять это.
— Тебе что-нибудь нужно? Я могу послать тебе денег.
У меня першит в горле. Я скучаю по брату. Было тяжело, когда он уехал сразу после школы и оставил меня. Дома только он воплощал в себе надежность и стабильность, а после его отъезда я всего этого лишилась.
— Я в порядке. Мы в порядке.
— Точно?
— Точно, — тихо подтверждаю я.
— Ладно.
— Как думаешь, ты сможешь вернуться домой этим летом? Уверена, родители рассказали тебе о купленном автофургоне. Они собираются навестить меня.
— Да, сказали. В данный момент я не знаю, смогу ли приехать. Все пока неопределенно.
— Хорошо, сообщи мне, когда будешь знать точно, надеюсь, у тебя получится приехать вместе со своей девушкой.
— Посмотрим, — бормочет он, но звучит отвлеченно кем-то, кто разговаривает с ним на заднем плане. — Прости, малышка. Я должен идти. Скоро созвонимся.
— Хорошо, люблю тебя.
— Я тоже люблю тебя. — Он заканчивает разговор, и я безмолвно молюсь о том, чтобы он оставался в целости и сохранности.
***
— Ты уверена, что это топ? — спрашиваю я Эмму, входя в свою спальню, где она развалилась на кровати, пока я одевалась в ванной.
— Уверена.
Она поднимается и подходит ко мне, вставая передо мной, затем поправляет чашечки черного кружевного корсета-боди, которое она подобрала для меня, пока днем бегала по делам. Оно сидит на мне как вторая кожа, область груди прикрыта чашечками, а сверху прозрачным кружевом.
— Такое ощущение, будто я в нижнем белье.
— Это не нижнее белье. Это боди и полностью в тренде. Кроме того, ты выглядишь в нем чертовски сексуально.
Я поворачиваюсь к зеркалу и разглядываю себя. Она права. Вид сексуальный, и я чувствую себя в нем сексуально. И все же…
— Мне кажется, для первого свидания это слишком.
— Ничего и не слишком, а с джинсами и блейзером, который ты наденешь поверх, будет походить на маленький сексуальный секрет, который ты раскроешь в конце вечера.
— Я не собираюсь сегодня спать с Такером.
— Ты не знаешь будущего. Всякое может случиться. — Она подходит к моему шкафу и открывает дверцы. — Вот, надень.
Она протягивает мне черный ремень с золотой пряжкой в форме буквы «О», который представляет собой подделку ремня Gucci, виденного мною у одной из моих клиенток. Просунув его через петли джинсов, хватаю с кровати черный блейзер и надеваю его, затем беру туфли на шпильке, которые она мне протягивает.
— Черт, а я хороша. — Она улыбается мне, как только я встаю перед ней во всем облачении.
Подойдя к зеркалу, я откидываю назад волосы, которые Эмма помогла мне завить, и вглядываюсь в свое отражение. С блейзером боди едва можно разглядеть, но виден намек на кружево и небольшое декольте. А в джинсах и туфлях я выгляжу так, будто могу либо поехать в «Target», либо пойти на модный ужин. И так как я понятия не имею, куда Такер меня ведет, наряд подобран идеально.
— Что думаешь?
— Мне нравится. — Я поворачиваюсь к своей лучшей подруге и обнимаю ее. — Спасибо.
— Ты же знаешь, что я всегда прикрою твою спину. — Она смотрит на часы. — Ладно, я пошла, тебе почти пора уходить.
— Позже я позвоню тебе.
Я провожаю ее до двери и прощаюсь, потом возвращаюсь в спальню, чтобы взять другую сумочку. Без пяти шести в дверь стучат, и в одно мгновение у меня сдают нервы. Весь день я была занята, поэтому на раздумья времени не оставалось. Но когда я вижу Такера в глазок, у меня сводит желудок и потеют ладони.
— Привет.
Я открываю дверь, и мой взгляд скользит по щетине, все еще покрывающей его челюсть, темно-синему свитеру толстой вязки под курткой, темным джинсам, красивому ремню из коричневой кожи и ботинкам в тон. Он — воплощение класса, и мне интересно, знает ли он, насколько красив. Уверена, что знает, но в то же время он не похож на человека, который упивается знанием этого, или на того, кто использует это как оружие против женского пола.
— Выглядишь великолепно. — Он сокращает расстояние между нами, нежно целуя в щеку, аромат специй и его запах обволакивают меня, вызывая головокружение. — Это тебе.
Между нами появляется красивый букет цветов, и я не понимаю, как не заметила их раньше.
— Спасибо. — Я подношу их к носу и встречаюсь взглядом с Такером поверх букета. — У меня есть время поставить их в воду?
По его кивку я поворачиваюсь и иду к гостиной, слыша, как он закрывает дверь.
С трепещущим сердцем снимаю блейзер, вешаю его на спинку стула, чтобы не намочить, затем беру стоящую под раковиной вазу и наполняю ее водой. Перемещаясь по кухне, я чувствую на себе его взгляд, но слишком нервничаю, чтобы оглянуться.
Как странно. Находясь рядом с ним раньше, я чувствовала в глубине живота трепет волнения и учащенный пульс, но это нечто большее. Жар от его взгляда и моя нервозность заставляют меня чувствовать себя почти опьяненной. Как только цветы подрезаны и стоят в воде, я поворачиваюсь к нему, чтобы спросить, готов ли он идти, но вопрос застревает у меня в горле при виде почти первобытного желания на его лице.
Глядя на его сжатые челюсти и горящие глаза, я понимаю свою ошибку. Я также понимаю, что никогда еще мужчина не смотрел на меня так, как сейчас смотрит Такер. С голодом, страстью, словно хищник.
— Это не нижнее белье, — выпаливаю я, как идиотка, а затем бормочу: — Эмма уверяла, что это топ и он в тренде.
Откашлявшись, он кивает, подтверждая, что услышал меня, и я быстро подхожу к блейзеру и надеваю его. Когда снова поворачиваюсь к Такеру, его руки сжаты в кулаки по бокам, будто он сдерживается, и мне становится немного любопытно узнать: что нужно сделать, чтобы сломить его контроль, заставить чувствовать себя не в своей тарелке.
Наш поцелуй был страстным, и по его последующей реакции было очевидно, что он не хотел, чтобы это произошло. Честно говоря, мне интересно, что потребуется, чтобы он снова вышел из себя и действовал исключительно инстинктивно. Я хочу этого — вероятно, даже больше, чем следовало бы.
Глава 19
Такер
Пялясь на задницу Миранды, пока она садится на пассажирское сиденье моего грузовика, я сдерживаю ругательство и хватаюсь за ручку дверцы, чтобы не облажаться. Я никогда не терял контроль над собой, но знать, что на ней под этим проклятым блейзером, все равно, что держать спичку рядом с очень коротким запалом. Мне плевать, что Эмма уверила ее, что это топ; вне всяких сомнений, это нижнее белье и самая сексуальная вещь, которую я когда-либо видел в своей жизни. И если бы дела между нами обстояли иначе, я бы усадил ее на кухонный стол и взял, одетую только в черное кружево.
— Ты в порядке?
Выбравшись из своих мыслей, обнаруживаю, что Миранда пристегнута и смотрит на меня.