Пастыри чудовищ (СИ)

— Ему б у нашей кухарочки поучиться, — ухмыльнулся я, перемалывая зубами тушёное мясо. — Если, конечно, голова не сгорит после третьей дегустации.
Связного Гильдии слегка передёрнуло от уровня моей безмятежности (или от количества перца). Но сдаться он — не сдался и мужественно выкашлял вопрос:
— Значит… внедрился нормально?
— Свой парень, доверяют больше, чем себе, — Почти что правда, если учесть, что Арделл радостно взвалила на меня не только переговоры с особо рьяными заказчиками, но и дела с кормами. — Никаких проблем, я ж говорю. А, да. И совсем необязательно было посылать за нашим устранителем тех типчиков — Джерк и как бишь его… вечно забываю его дружка с арбалетом. Баки, Барни, Бекки…
— Берти.
— Да, я же и говорю, дурацкое имя, — я подцепил славный ароматный кусок говядины, отправил в рот и потушил пожар добрым глотком пива. — Думаю, до вас уже дошли слухи, насколько феноменально они облажались. Джерк никогда умом не отличался, но чтобы уж так… Серьезно, эта парочка чуть мне проблем не создала — не говоря о том, чем с ними кончилось. Кому в Гильдии вообще в голову стукнуло послать их за нашим «клыком»?
Вообще-то, Найджи и не должен был знать ответ — я на него и не надеялся. Так, возмущался, попутно расточая восторженные улыбки смуглому хозяину по поводу его стряпни.
— Стольфси поручил это мне… Кажется, ты говорил, что был бы благодарен, если бы он куда-то исчез. Эти двое как раз были свободны…
— Я такое говорил? — удивился я сквозь пиво. — Ну, я же не в том смысле. Давай-ка договоримся, парень: если я решу убрать кого-нибудь из коллег — я обозначу это прямым текстом. Что-то вроде: «Этот Нэйш мне мешает, и ему нужно как можно скорее подохнуть от чужих рук. Желательно бы избрать вот какой способ». Уж ты поверь, я обрисую всё как следует.
Связной малодушно глотнул воды со льдом и наконец-то вернул свой цвет лица.
— Так значит, нужно всё-таки убрать этого Нэйша?
— Его?! — поразился я, в негодовании взмахнув пивной кружкой. — Да о чём ты, вообще? Я же как раз талдычу — не говорил я ничего такого!
— То есть, у тебя нет с ним проблем?
— Ни-ка-ких, — заверил я по слогам, — сам удивляюсь, сработались просто на заглядение. Оказался отличным парнем. Можно сказать — мы с ним теперь лучшие на свете друзья. Может статься, он даже подсобит мне в моём маленьком дельце — конечно, не зная, о чем идет речь. Просто по дружбе. К слову, не слышно — что там за задание?
Связной мотнул головой — нет, мол, никаких новостей. Внедряйся дальше и не смей хныкать о том, что ты уже два с лишним месяца как в питомнике, твоя бляха — в столе у Стольфси, а твое задание даже на горизонте не маячит.
— Но зачем-то же вы мне назначили встречу в этом чудном местечке? Не затем ведь, чтобы расспросить про внедрение — припоминаю, я отчёт-то сдавал ещё в прошлом месяце, на Луне Целицельницы, а сейчас уже время Мечника к концу подходит. Что, мне наконец сообщат, какое задание я должен сорвать? Или Гильдия просто осознала мою важность и решила угостить чудной кухней? — парнишку передёрнуло, и он опять закашлялся. Хотя может — он это от нестерпимых ароматов специй. Или дымов водных трубок, которые в низком, полутёмном зальчике сплетались в единую непроницаемую завесу с запахом сладкого дыма и перца.
«Потеря активов, — наконец разобрал я сквозь перхание. — Джерк и Берти».
Само-то собою, Гильдия лишилась аж двух пар рук (не слишком ценных и не слишком чистых, но всё равно). Гильдии хочется узнать — в чём там дело.
— Идиоты, — любезно дал я ответ родной организации. — Полезли куда не надо не вовремя. Чуть было дело мне не запороли. И сами поплатились. Еще что-то?
Кокетливо стреляющая глазками смуглянка поставила на столик водную трубку. Хозяин из-за стойки сделал широкий жест: от всей южной души — для дорогого клиента, способного с таким аппетитом поглощать его стряпню.
— Подробнее, — придушенным голосом попросил Найджи. — Гильдия хочет знать — что там случилось.
Я кивнул — подробнее так подробнее. Неспешно взял с подставки причудливо изогнутую трубку с водным резервуарчиком посередине. Щипцами приложил к табаку алый уголёк из маленькой жаровенки, здесь же, на подставке. Затянулся, услышав ободняющее бульканье воды, впустил в себя ароматный дым…
 
Почти заглушил неистовый визг внутренней крысы.
* * *
Это дельце на меня свалилось в обилии цифр.
— Шесть пропавших, — сказала Арделл, принесясь в питомник с выезда в компании Мел и Хааты. — За трое суток. Хозяин платит двадцать золотниц за расчистку территории. Земли Вольной Тильвии, и в четырёх милях там — портал, который держат контрабандисты. Гнуснейшая перевалочная база. Всё истыкано их тавернами, и меня там в лицо каждая собака знает. Да ещё там куча всякой швали — так что дело может оказаться слегка криминальным.
Пауза, которая показывает, что вариантов у нашего «тела» при таком раскладе не особенно много.
— Кейн…
Я-то уж думал, Луна Мечника пройдет слишком спокойно — подумаешь, спятивший феникс, так то в начале месяца.
— Запросто. Можно сказать — я там в лицо каждую собаку знаю.
— Отлично, идёшь с Рихардом.
Для кого бы это отлично, позвольте спросить?!
— Но ты же не в этом туда пойдешь?! — возопил я, когда увидел Нэйша в привычном белом костюме модели «три недели кройки, два месяца подгонки, портной когда-то шил для королевского двора».
Нэйш пристально изучил состояние брюк, разгладил почти невидную морщинку на лацкане сюртука и принялся за оценку моего походного варианта (модель «заслуженная», тщательно собранная из различных коллекций — от «слёзы портного» до «рвота раскройщика»).
— В белом. Ты собираешься туда в белом?
Физиономия устранителя говорила, что проблем он не видит в упор.
— Оставим то, что ты выглядишь, будто хоронить кого собрался — это по профессии, но ты понимаешь, что в тавернах контрабандистов толчется самый разный народ? И там не очень жалуют тех, кто хоть чем-то выделяется? В особенности если кто-то заваливается к ним в костюмчике за полторы сотни золотниц.
— Лайл. Я польщён. Ты в курсе цен на таллею? — осведомился устранитель и смахнул с костюма невидимую пылинку.
— Я вообще удивительно осведомлённый человек, — Потому что мне пришлось разорять портняжный бизнес, но об этом не будем. — Знаю, например, что все модницы мечтают о свадебном платье из такого материальчика. Правда, не белого цвета. Ещё знаю, что на землях Тильвии уж наверняка найдется эксперт покруче меня. И через десять минут, как ты там появишься, с тебя захотят твой костюмчик снять — уж ты поверь мне, не чтобы пригласить тебя на развесёлую вечеринку нагишом. Доступно?
В ответ устранитель осведомился, мне-то какое дело до его гардероба.
— Потому что ты же не расстанешься с сюртучком по-доброму и влезешь в драку, а с тобой прирежут и меня — просто потому что мы знакомы.
Нэйш еще секунд пять делал вид, что размышляет.
— Так сделай вид, что мы незнакомы, Лайл. Пожалуй, это звучит даже излишне привлекательно, а?
Это звучало, как мечта моей жизни, что я тут же и озвучил вслух.
Цифры продолжали кружить над моей бедной головушкой — наподобие стаи горевестников. Готовых ежеминутно гадить на голову.
К месту прибывали порознь и разными способами — как истинно незнакомые люди. Моя цель была до умиления привычной — порыскать, поспрашивать, побеседовать с заказчиком. Нэйш должен был заниматься трупьём и следами.
Встречу назначили около двух часов пополудни в местном средоточии еды и ночлега «Семь рыбок».
Я прибыл в половину второго, потрёпанный и хмурый.
Нэйш заявился без пяти два, свеженький и невозмутимый, в сияюще-белом.
Драка вспыхнула минут через пять.
А закончилась где-то через тридцать секунд.
* * *
«А я и говорил!» — подумал я с некоторой гордостью, когда милые любители здешней выпивки (контрабандисты, торговцы, воры, размалёванные девицы) дружно этой самой выпивкой подавились. Явление Премилосердной Целительницы Тарры в разгар обеда вряд ли произвело бы такой фурор.