Лекарь 9

Вид у моего соседа становится ошарашенный, он просит показать еще что-нибудь такое, но я отказываюсь:
– Сила не бесконечна, придется ее копить, чтобы она могла лечить по-настоящему…
Молчу и добавляю:
– Я еще горячие камни специальные использую, они помогают правильно силу распределять на больные места, очень помогают в лечении.
– Тогда точно приходи завтра к шестнадцати часам, будет разговор серьезный. Только никому ни слова, – предупреждает меня новый приятель.
– Что я – маленький, что ли? Все понимаю, – успокаиваю я его и вскоре ухожу домой.
Ну, как ухожу? Все тот же таксист забирает и отвозит меня в мое новое место жительства по расписанию, теперь почти постоянному.
 
Глава 4
 
На следующий день опять приезжаю в ту же баню, в сумке на плече пара артефактов, все остальное в рюкзаке под кроватью осталось лежать под магическим замком и скрытом.
Осталось лежать кроме золота и украшений, монеты и камни я прикопал под кустом рядом с полянкой, на которой загораю. Остался Палантир и камни непонятного назначения, еще магический глаз и камень поиска, постоянно с собой все добро таскать не хочу. Побаиваюсь, что сопрут из ячейки в раздевалке, защищенной несерьезным замком, когда я начну проявлять свои умения. И пойдут деньги немалые, как я думаю.
В доме отношения со всеми налажены, Софико оказывается тянет одна троих внуков, сын сидит где-то на Севере, невестка умерла от кровоизлияния в мозг и деньги на самом деле ей очень нужны. И внуков тянуть, и сына поддержать, поэтому мои деньги у нее сразу разлетаются, большей частью старые долги раздает. Я теперь тоже приношу постоянно из бани и рынка рядом с ней что-то вкусненькое, чем щедро делюсь с внуками и женщиной.
И сам радуюсь деликатесам щедрой земли и хозяев балую редкостями и вкусностями.
Еще учу их играть в шахматы и шашки, рассказываю про Ленинград, где я часто бываю. Но не живу постоянно, такова моя официальная версия. Не удержался все же, чтобы не рассказать, пусть и станет это таким моим следом.
Маленький Ипполит таскает мне газеты и постоянно мороженное для меня. Так то он приносит на всех домой, но сейчас с ним ходит пара друзей, пока не посещающих школу, я добавляю еще полтинник на угощение для них и рубль для меня. Теперь у мальчишек праздник ежедневно, каждое утро по делам важно спускаются вниз к ларьку, где их уже хорошо знают и оставляют газеты специально, затем заходят в магазин по дороге.
Я обычно прошу большой брикет пломбира за сорок восемь копеек и пару трубочек из вафли, сам что-то очень подсел на недоступное прежде лакомство. Недоступное конечно в Черноземье и Сатуме.
В бане сижу в парной, набираюсь маны, которую умеренно трачу по ночам, ожидая вероятного появления милиции с собакой. Позже назначенного времени появляется мой знакомец и зовет меня выйти на минуту. Оказывается, что он привез своего дядю, сильно мучающегося спиной и хочет, чтобы я помог.
Дядя очень полный человек и почти не может ходить, такого толстяка и массажисту здоровому трудно прощупать, но для моего артефакта не должно оказаться проблемой. Не должно, но посмотрим, как получится ману потратить.
– Едва уговорил его попробовать твое лечение, не хотел ни в какую ехать. Намучился он очень за последние годы со спиной. Ты уж не подведи, помоги ему, он меня вместо отца вырастил, – очень серьезно просит приятель и прямо в глаза мне заглядывает.
Пока с дяди снимают одежду и ведут почти под руки в душевую, где нужно помыться, потом прогреться, как следует и вытереться насухо перед сеансом. Проходит минут двадцать, пока Саша с помощниками справляются с больным человеком.
Клиента с огромным трудом укладывают на широкую скамью на живот, он постоянно стонет от боли в пояснице и спине. Уже не совсем рад, что согласился приехать, что послушал своего непутевого племянника, как он называет Сашу. Ему и правда ходить, сидеть и ехать в машине – мучительное испытание, случай сильно запущенный и я сам сомневаюсь, что смогу за один сеанс помочь радикально. Но это мне и не требуется, хорошо бы облегчить боль и снять воспаление для начала.
 
Я выхожу из раздевалки, где охлаждался, разминаю кисти рук и достаю один из магических артефактов, который лечит переломы и всякие внутренние воспаления, как я понимаю. Еще задумываюсь о том, что все должно выглядеть так серьезно, как будто я отдаю часть своей жизни и здоровье ради излечения больного.
Это действо, прямо как на сцене театра или в оперной партии, немного трагизма и ария с самопожертвованием не помешают для привлечения благодарных зрителей и повышения уровня представления.
Приходится стоять над пациентом, положив руки с предметом ему на спину, я пускаю ману в артефакт, который сразу теплеет в моих ладонях. Стою пару минут неподвижно, потом начинаю очень медленно и планомерно водить над его спиной и поясницей, едва касаясь кожи. Пациент лежит, завернутый в простыню до середины ягодиц и оголенные места я тоже прохожу камнем. Проходит десять минут, когда на вопрос моего приятеля дядя отвечает, что чувствует легкое тепло, а боль пропала, сейчас он ее не чувствует.
– Вообще не чувствую, – радостно провозглашает мужчина, пытаясь повернуться в сторону племянника.
– Не отвлекайтесь, уважаемый, сейчас, когда воспаление снято, я должен успокоить нервы, – придерживаю я его за плечо и он послушно замирает на скамье.
Мне лучше произвести впечатление, что я все контролирую и понимаю, как работает моя сила в приложении на тело больного человека. Хотя, конечно. понимать особо я ничего не понимаю, просто пускаю ману и передвигаю с умным видом магическим предметом.
Артефакт на самом деле ест ману в большом количестве, я использую ее только на пару минут, остальные десять просто вожу руками с важным и поглощенным в лечение видом, не обращая внимания на всех тех зрителей, кто собрался рядом. А народу собралось не мало, все, кто оказался в бане, уже немного знакомые мне люди через неделю постоянных посещений. И кассир, и банщики, и пожилой грузин, который продает пиво и закуски на входе, впрочем, как и крепкие напитки, но те из-под полы и только своим. Ну и посетители бани.
Потом я откидываюсь на стул, как бы в изнеможении и делаю взмах рукой, что все – я пуст и выжат до конца.
– Пациент пусть полежит полчаса минимум, лечение должно полностью усвоиться организмом, – отгоняю я помощников, готовых начать ставить больного на ноги.
Сам ложусь на скамью и замираю, показывая, что мне тоже требуется отдых. Время тянется медленно, я контролирую пациента, который очень нетерпелив и своеволен. Приходится сурово прикрикнуть на него и Сашку, чтобы не лезли в процесс излечения со своими копытами и грязными лапами.
Я прямо чувствую, что с такими невероятными для этого мира способностями к излечению, мне необходимо вести себя более жестко, не терпеть малейшего непослушания от людей, которых я лечу чудодейственной магией.
Когда проходит установленное время, контролируемое мной по часам в бане, разрешаю пациенту встать и полный мужчина начинает сам очень осторожно подниматься, постоянно замирая и ожидая болевых ощущений. Он еще не верит в лечение, но уже спокойно садится на скамью и потрясенно говорит:
– Я не чувствую боли, я вообще ничего не чувствую.
Он опирается на руку и оказывается в полусогнутом положении, держа руки на скамье, потом он поднимает туловище, выпрямляется и говорит:
– Нет боли, боли нет…
Его племянник смотрит с восторгом, как дядя проходит между рядами, наклоняется вперед, пытаясь достать носки шлепок руками. Не достает конечно, но и не чувствует болезненных ощущений и возвращается ко мне:
– Уважаемый Олег, на сколько хватит вашего лечения? Я готов посещать вас каждый день.
– Давайте посмотрим, уважаемый. Это только опытным путем можно проверить, на сколько именно. На неделю, месяц или год.
– Даже на год? – пациент потрясен. – Я сколько ни лечился, больше чем на пару недель мне не помогало. Мучился на массаже по паре недель и столько же времени потом ничего не болело, только все начиналось заново каждый раз.