Коммуналка (СИ)

Он улыбнулся в темноте, ласково поглаживая волосы у неё на висках.
— Что ты знаешь о ней? — спросил он полунасмешливо.
— Я знаю, что это такое. Я бы не шутила над чьими-нибудь чувствами.
— Да, это глупо, — согласился он. — И это так просто понять. Но до многих доходит не сразу. Вот, я сказал тебе, и мне стало немного легче. Я знал, что ты меня поймёшь.
— Можно мне тоже кое-что сказать тебе? — тихо, но звучно произнесла она своим приятным глубоким голосом.
— Конечно, Лен, — шёпотом согласился он.
— Я никогда ни с кем не встречалась до тебя, никого не любила и меня никто не любил. Я не знаю, хотел ли ты соблазнить меня ради развлечения или нет, но я знаю, что испытываю к тебе чувства намного более сильные, чем просо влечение. Я хочу знать тебя, чувствовать тебя, жить с тобой. Я люблю тебя.
Денис потрясённо молчал, таких сильных слов ему не говорила ещё ни одна женщина. Они могли скандалить и плакать, обвиняя его в чёрствости, ненавидеть и презирать, нахваливать его внешность, но на этом обычно девушки иссякали.
— Значит, никого? — спросил он с нотой удовлетворения в голосе. — Раньше я никогда не был первым, это так приятно.
Лена погладила его подбородок, покрытый жёсткой щетиной, обвила пальцем губы, двинулась к скулам, потом провела по бровям, и наконец поцеловала.
— Я не буду говорить тебе громких слов, — сказал он после глубокого поцелуя. — Но я никогда не чувствовал ни к одной из девушек ничего подобного. Только к тебе. Не могу это пока объяснить. Мне хорошо с тобой.
— Спасибо, — прошептала она, зажмуриваясь от счастья. Всем своим существом она понимала, что он честен с ней, и что у неё появилась надежда.
Когда пришли затяжные дожди, город покрыла сверкающая серость. Она отражала свет фонарей, превращая их в яркие жёлтые шары, висела в воздухе и искрилась в свете фар. Подобно красивой осени не было давно, а после удушающего лета она казалась по-настоящему долгожданной.
Света ходила из института домой пешком, с удовольствием закинув голову под зонтом и вдыхая влажный воздух. Тяжкое летнее время прошло, и теперь ей оставалось только удивляться, как же глупо и смешно она себя вела. А всё потому, что не была честна с самой собой.
Она встретила человека, который ей был интересен, а не его положение, гражданство и деньги. Но ей не хватило времени и сил понять это и так глупо всё сложилось.
Нет, Света не жалела. В душе уже всё улеглось, и девушка понимала, что не будь этого, не известно, как бы жизнь повернулась. Она слишком хорошо себя знала, до каждой мелочи ей необходимо было дойти последовательно и самостоятельно. Тогда она принимала решения. Может быть, и те, которые меняли судьбу.
Но сгоряча она выкинула его визитку, и это было проблемой. Подходил октябрь, а девушка не знала, как найти Юру.
Продолжая работать журналисткой, она стала разговаривать с фотографами, спрашивать, и пока никаких результатов это не давало.
Девушка не помнила улицу и даже район, где он живёт, ей показалось, что это где-то на самой окраине.
Человек потерялся, но она не отчаивалась.
Постоянно думая о нём, Света всё отчётливее понимала, что влюбилась.
Слякоть и быстро опадающие желтые листья не разочаровывали её. Впервые в жизни она подумала об осени, как о начале чего-то нового, живого, настоящего, что возникло в душе и цвело, как будто вокруг парил сладкими цветами май.
Девушка шла под зонтом, почти никого не замечая вокруг. Она знала, что Юра найдётся, что она найдёт его сама, и всё обязательно будет хорошо. Она ведь не могла быть ему безразлична, и это правда.
Замечтавшись, девушка рассеянно подняла голову, скользя взглядом по потоку машин, стоящих в пробке на Ворошиловском. Бесцельно разглядывая блестящие от воды крыши, она вдруг заметила мужчину, смотрящего на дорогу за рулём огромного «Мерседеса GLS». Он был мрачен и с кем-то ругался по телефону, но она узнала его — это был Юра.
Не думая ни секунды, девушка бросилась на проезжую часть, часто стуча высокими тонкими каблучками. Двигатели машин вокруг работали, водители молчаливо злились и ждали, когда удастся проехать хотя бы на метр. Дождь бил по стёклам, остервенело работали дворники и включались системы охлаждения двигателя.
 
Света подбежала к шикарному чёрному внедорожнику, рванула на себя ручку двери и села на пассажирское сиденье рядом с Юрой, буквально взлетев наверх, настолько высокой была машина.
Мужчина странно уставился на неё, бросив в трубку: — Подожди, я перезвоню.
— Ты когда успел купить себе такую машину? — спросила, запыхавшись Света и обворожительно улыбнулась.
Умело управляя своим лицом, она могла добиваться очень впечатляющего эффекта.
Вот и сейчас Юра с огромным интересом разглядывал её, как будто впервые.
— Девушка, вы кто? — спросил он абсолютно серьёзно.
— Я — кто? — рассмеялась Света. — Не поверю, что ты меня не помнишь.
— Представьте себе, я вас не смог бы забыть, но мы не знакомы.
В глубине прекрасных голубых глаз девушки мелькнула отчётливая боль понимания.
— Ты сердишься, что я так и не позвонила? Я…
— Нет, — пресёк любое продолжение разговора мужчина, — подождите. Скажите — кто вы?
— Я — Света, — неуверенно, тихо произнесла девушка, потухшим взглядом смотря на него.
— Это отлично, откуда я могу вас знать?
— Ты фотографировал Стаса Рогожина, а потом у тебя украли материал. Я спасла тебя, когда тебя били в подворотне, — еле слышно говорила Света, уже понимая, что он вычеркнул её из своей жизни и кто знает, может быть сразу и навсегда.
Ей не захотелось продолжать разговор, и только мысль о том, что она должна, придавал сил.
Мужчина красиво улыбнулся, отчего его синие глаза осветились, и покачал головой.
— Всё ясно, — сказал он.
Тут впереди тронулись с мест, и ему стали яростно сигналить. Он поехал, всё ещё улыбаясь.
— Значит, Стас Рогожин, — задумчиво покивал он. — И как он поживает?
— Не знаю, мы не общаемся, — пожала плечами Света.
— Всё дело в том, Света, что я вас действительно не знаю, а вы — меня. Вы знакомы с моим бесшабашным братом — Юрой, мы, так случилось, близнецы, и меня часто принимают за него. За что я не раз и не два получал по голове. Есть даже несколько швов.
Света замерла, не верящим взглядом смотря на мужчину, и не сразу пришла в себя от его слов.
— Извините, — вырвалось у неё вместе с воздухом, когда всё же удалось вздохнуть.
— Да ничего страшного, мы с ним уже привыкли. Такие дела. Вас отвезти куда-нибудь? Сами видите — город остановился.
Девушка замялась, сжимая сложенный мокрый зонтик коленями и сумочку.
— Я могу сама, спасибо. Только… не могли бы вы дать мне телефон вашего брата? Я потеряла, а связаться с ним очень надо.
Мужчина перестроился в крайний правый ряд и остановился, включив «аварийку».
— Его сейчас нет в городе, он в Москве. Наверное, надолго, — с сожалением произнёс он.
Света не смогла себя сдержать и пристально разглядывала брата Юры, подмечая, что он очень хорошо одет, в дорогом костюме, галстуке; волосы аккуратно и коротко пострижены и уложены, на руке — тяжёлые часы «Tissot». Она сейчас поняла, что на Юру он был похож только лицом, всем остальным мужчины сильно отличались.
— А как-нибудь связаться с ним нельзя? — потерянно спросила девушка.
Он посмотрел на неё совершенно открыто, точно такими же ясными глазами, как у брата.
— Вы его плохо знаете, да? — спросил мужчина. — Связаться можно, но это будет тяжело. Давайте сделаем так — я сейчас отвезу вас домой, дам вам его телефон и на всякий случай свой. Если у вас не выйдет ему позвонить, тогда буду разыскивать его я, о’кей?
Света согласилась, немного расслабившись.
Она узнала, что брата Юры зовут Николай. Он рассказывал о нём и почти ничего — о себе. Девушке было приятно послушать мнение родного человека о Юре, и она с интересом запоминала подробности. Каждое слово о нём сильно волновало.