Первый маркграф (СИ)

Окончания разборок между дирижаблем и лагерем «любителей древностей» Бахал и Эрем ждать не стали. Удрали при первой удачной возможности. И правильно сделали! С людьми императора островитяне не церемонились. Забросали лагерь бомбами и заклинаниями, а затем высадили отряд зачистки и добили выживших, если кто-то вообще выжил.
Особого сопротивления не было. Либо император отправил в эту экспедицию не таких сильных магов, либо островитяне перестраховались и взяли кучу своих, продавив оборону преобладающей мощью.
  
Интересно, островитяне сумели узнать, что перебили не людей железного маркграфа, а императора? Хотя, им-то все равно. Это для фольхов стало бы проблемой. Особенно когда остались свидетели.
Эх, такая интрига сорвалась! Будь это фольхи, с этими знаниями я мог бы взять данный род за яйца. Император очень не любит, когда убивают его людей. Особенно если это делают представители древних, постоянно оспаривающих его власть фамилий.
Милостиво разрешая старым родам пускать друг другу кровь — главное чтобы хотя бы внешне все приличия и законы были соблюдены, либо чтобы виновные не попались — Его Величество не терпит, когда эти разборки хотя бы краем задевают его людей. А ссориться с императором — не лучшая затея. Он, конечно, всего лишь первый, среди равных, но несколько равнее прочих. И может сильно осложнить жизнь любому зарвавшемуся роду.
Змейки появились где-то часам к восьми. Парой, как это обычно и бывало. Две гибкие фигуры возникли в конце улицы, подходя со стороны биржи.
— Приготовиться, — тихо приказал я, с трудом удержавшись, чтобы не положить ладонь на рукоять револьвера.
* * *
Все было, вроде бы как всегда. Но вместе с тем, что-то было не так, неправильно.
Первая не могла объяснить, что ее так настораживает. Но смутное чувство близкой угрозы не отпускало. А она привыкла доверять своему предчувствию. Один раз она его проигнорировала, когда ее люди похитили ничем не примечательного столичного журналиста, оказавшегося очень даже не журналистом, а магом железного маркграфа.
Вот и сейчас она испытывала что-то похожее. И с каждым шагом к снятому «Черными фениксами» дому это необъяснимое, но нехорошее предчувствие только усиливалось.
Что же ее так настораживает?
Охрана?
Латники у ворот слегка напряжены, но это можно списать на Галноса Рограна, который с утра пораньше решил выгулять своего «Карателя». Словно боится, что кто-то его отберет, пока он будет заниматься делами городской стражи.
Что еще? Куда-то подевалось пять оруженосцев. Гарн отослал пажей? Но и это объяснимо, хоть и несколько странно, что он сам, Раншил Толдокар или Илет Гойр не присматривает за мальчишками. А они не присматривают — все рыцари на месте. Низкий забор не мешает их пересчитать.
Рыцари! Вот оно!
А почему «Крабов» опять два? Неужели Бахал вернулся? Как-то слишком рано. Первая не рассчитывала его увидеть раньше конца следующей декады. Разумеется, если он и правда отправился в Серый Берег.
А куда еще он мог отправиться, если она лично присутствовала при отправке телеграммы с контрактом на отряд наемников для его сопровождения?
Есть одно место, подсказал внутренний голос, заставив Первую насторожиться еще больше.
Неужели… Да нет, не может быть!
Слегка замедлив шаг, она приотстала от подруги-соперницы. Вновь скользнула равнодушным взглядом по воротам, стоявшим за стеной паро-магическим големам и выкрашенному в грязно-желтый цвет дому с местами покрытой ржавчиной железной крышей.
Рука Первой машинально легла на непримечательный браслет, сковавший левое запястье ее руки. Острая, практически невидимая глазу игла впилась в кожу, напитав альвский артефакт столь необходимой ему кровью.
Небольшая страховка, на тот случай, если предчувствия ее не обманывают.
В отличие от потраченного при побеге от железного маркграфа стилета, браслет не был одноразовым, но и на появление чемпиона ликанов можно не рассчитывать — обычный артефакт, защищающий от направленного магического воздействия, пусть и несколько более сильный, чем человеческие поделки.
Проклятый железный маркграф стоил ей доброй половины лучших ее игрушек! Теперь приходилось довольствоваться жалкими остатками былой роскоши. Но этим «жалким остаткам» мог позавидовать иной наследник старшей ветви древнего рода.
Хорошо дружить с альвами. Особенно когда есть против кого.
А небольшое неудобство от проколотого пальца можно и потерпеть. Тем более заживить его не составит труда. С такой задачей любой одаренный справится, и адептом тут быть ненужно.
— Ты идешь? — недоуменно оглянулась на нее подруга-соперница.
— Да, — мягко улыбнулась Первая. — Кажется, камешек попал в ботинок.
Она сделала несколько быстрых шагов вперед, практически догнав подругу.
Удар был выверен, быстр и практически незаметен. Все тело на короткий миг онемело, а затем запястье обожгло огнем сработавшего защитного артефакта. Было больно, но эта боль изгнала болезненное онемение паралича из тела, заставив Первую действовать.
Её раскрыли! Почему и как — неважно. Этим вопросом можно озадачиться позже, а пока что следует уносить ноги.
* * *
Не смотреть в сторону змеек. Не смотреть!
Мы все сильно заняты. Все как обычно.
Шаг и еще шаг. И с каждым шагом все ближе та невидимая граница подготавливаемого магами удара.
Проклятье! Она остановилась. Незаметно, но тревожно озирается. Слава богам — опять пошла вперед!
Замерла! И в этот момент с ее лица словно бы слетела маска напускного спокойствия. Взгляд сделался встревоженным, хищным.
Поздно, дорогая. Заветная черта пересечена — маги нанесли слаженный удар. Три адепта, это далеко не малый круг. Но такой внезапный, объединенный удар свалит и магистра… но не Элле Вилод! Или как там ее зовут на самом деле?
— Онилия, падай! — рявкнул я, машинально прижав подбородок к груди, чтобы быть ближе к амулету-связи, и выхватил из кобуры револьвер.
Реакция у шпионки императора из Третьего Отделения была отменной. Я не успел закончить, а она уже летела на мостовую. Приоткрывая сектор атаки на замершую в недоумении Элле.
Насчет недоумения я поторопился. Элле явно что-то заранее почувствовала и подготовилась. Иначе, почему она еще может двигаться?
Более не прячась за стеной, маги выскочили из ворот, нанося новый удар. Не слишком слаженный, но три мага — это три мага. В девушку полетели две ослабленные молнии и водяной бич. Похоже, они позабыли про приказ, взять шпионку живой. Или решили, что живой не равно целой и здоровой.
Полупрозрачный щит, выросший перед Элле за мгновение до удара, поглотил все заклинания, подтвердив мои худшие опасения — она маг. Хороший маг! Ведь незамедлительно нанесла ответный удар. Никаких тебе ярких, зрелищных эффектов, но один из двух начавших движение вперед «Черных драконов», покачнулся и начал падать… прямо на троицу магов!
Не упал. Кто-то из магов, но явно не оглянувшийся на шум падения и застывший в ужасе Эрем, сумел мягко оттолкнуть рыцаря в сторону. И тот упал набок, разворотив стену справа от ворот.
А стену слева от ворот разломал второй «Черный дракон», решивший не устраивать давку в проходе. Из казармы на улицу высыпали остальные латники и сержанты. Раздались первые выстрелы.
Онилия сообразила, что внезапно оказалась в центре боя, да еще и прямо на линии огня, и несколько раз перекатилась по мостовой в сторону, подальше от теперь уже бывшей подруги.
Правильно оценив собственные силы в противостоянии с тремя магами, рыцарями, сержантом и кучей латников, Элле бросилась бежать. Но перед этим что-то кинула на мостовую.
  
Яркая вспышка резанула по глазам, заставив зажмуриться. Когда удалось проморгаться, Элле исчезла.
Отвод глаз? Артефакт? Просто убежала?
Демоны! Неужели упустили! Амулет? На него смешно рассчитывать. Так и есть, чувствуется чуть дальше по улице и не двигается.