Первый маркграф (СИ)

Интересно, о чём же это должен был написать Константин, чтобы я бросил все дела и помчался в Тирбоз?
Услужливого и всегда улыбчивого швейцара на входе в «Тайный уголок» сменила четверка хмурых типов, пусть и не бандитской, но весьма угрожающей наружности. Судя по воинской выправке, бывшие латники. На поясе у каждого открыто висела толстая деревянная дубинка и кобура с длинным армейским «Вепрем», разом отсекая от гостиницы всех любителей что-нибудь отнять и поделить. Численность оных сильно возрастает во время любой смуты.
  
Скользнув по мне подозрительными взглядами, останавливать меня они не стали. А один был так любезен, что открыл дверь.
До номера я не столько дошел, сколько добрел. Пытаясь определиться, чего же мне хочется больше — плотно пообедать или поспать. И неожиданное появление почтенного Загима, поджидавшего меня возле двери, вырвало из моей груди нечто среднее между стоном и рыком. Похоже, сон опять откладывается.
С другой стороны, что мне мешает пообедать?
— Плохо выглядите, Ваше Сиятельство, — с нескрываемой иронией заметил магнат. — Трудный день?
— А еще ночь и предыдущий день, — не стал спорить я. Да и сложно спорить с очевидным.
— Мне тут как раз принесли обед. Возможно, Ваше Сиятельство пожелает разделить скромную трапезу?
У меня все желания на лице что ли написаны? Но с другой стороны, зачем отказываться? Почтенный Загим знает толк в хорошей кухне. Не самое дурное увлечение, особенно когда оно тебе по карману. Мне бы такое вместо вынужденной страсти влипать в истории и неприятности!
Скромная трапеза полностью заняла немаленький такой стол, за которым без особых проблем можно было усадить человек шесть, а то и восемь. Да и для них количество еды было избыточным.
Будем считать это моей законной компенсацией за скомканную, сокращенную и не такую торжественную церемонию получения титула маркграфа. Как я уже упоминал, я несколько тщеславен, а «мастеровые» порядком подпортили момент моего триумфа. Вот что им стоило взорвать фольхстаг дней на десять позже? Можно с императором, железным маркграфом и любым из принцев, но только одним, я не против.
Некоторое время почтенный Загим не лез ко мне с вопросами, позволив отдать дань уважения стараниям поваров. Да и сам не стеснялся — поесть почтенный магнат любил.
— Так что же произошло в фольхстаге? — спросил он, когда мы покончили с обедом и сидели перед растопленным камином, потягивая легкое вино. — Слухи по столице ходят самые разные: взрыв, нападение мятежных магов, бомба с дирижабля.
Мое богатое воображение тут же нарисовало все три картинки разом, от чего я против воли поежился. Иногда только оказавшись в безопасности, когда все уже закончилось, ты начинаешь понимать, насколько близко разминулся с безносой.
— Третье отделение крупно… промахнулось, — слегка смягчил я определение провала. Хоть мы и одни, но из головы все никак не идет «Красный Шар». Где гарантия, что «Тайный уголок» умеет хранить тайны своих постояльцев? И нас не слушают чьи-то внимательные уши? — «Мастеровые» как-то сумели провести минную галерею под здание фогльхстага. Но что-то не рассчитали — фольхстаг устоял, император и фольхи Верхней палаты не пострадали. Среди членов Нижней палаты есть раненые и убитые. Но кто и сколько, мне неизвестно.
— А «мастеровые»? В городе в последние дни очень шумно.
— Скоро станет тихо, — успокоил я магната, отчаянно борясь с сонливостью. — Их бессмысленный мятеж практически подавлен… А тут как дела?
Почтенный Загим неопределенно махнул рукой.
— Тихо. В «Тайном уголке» знают толк в безопасности. Ты же видел тех мордоворотов у входа? Да и у меня хорошая личная охрана. А после того случая, стала еще больше и лучше.
Про какой случай он вспоминает, догадаться несложно — похищение Ланиллы. Ее выкрали прямиком из поместья, причем еще и меня сумели прихватить!
— Именно поэтому Ланилле удалось сбежать в Вольную марку, — не удержался я от легкой колкости. Боги, как давно и недавно это было! Теперь все наши злоключения после крушения «Буревестника» и пережитые опасности кажутся не более чем интересной прогулкой.
— Именно поэтому, — в тон мне отозвался магнат, — ее охрану я увеличил еще больше. Даже в Академии кое-кого подкупил, чтобы девочка не оставалась без присмотра.
— А это не слишком? — удивился я.
На мой взгляд, забота и опека — разные вещи. И почтенный Загим Ланиллу именно что опекает. А она и сама способна отвечать за свои действия и поступки… по большей части.
— Тебе про нападение ликанов напомнить? Нет, не слишком! — горячо возразил Загим, едва не опрокинув бокал с вином. — Вот будут свои дети, тогда меня поймешь.
Справедливое замечание. Кто я такой, чтобы учить его, как воспитывать дочь?
— Да, — внезапно вспомнил магнат. Степенно встав с кресла, он подошел к рабочему столу, щелкнул ключом, открыв один из ящиков, и достал из него внушительную пачку писем. — Твоя корреспонденция за два дня. Взял на себя смелость забрать и доставить ее лично. Эта толстая, — он бросил мне на колени запакованную в бумагу и перевязанную бечевкой бандероль, в которой на ощупь чувствовались все те же бумажные конверты, — из Степного Стража прилетела. Бахал прислал курьерским дирижаблем.
— Письма? — Взвесив бандероль, я решительно разорвал бумагу.
В другое время я бы не обратил на послания внимания. По крайней мере, отложил бы их разбор. А то от усталости и приятной тяжести в животе глаза сами собой закрываются. Но в голове тут же всплыл разговор с железным маркграфом. Александр Ранк почему-то был уверен, что я обязательно приму его предложение лететь в Тирбоз.
Что он имел в виду?
Нужно поискать в этой пачке запоздавшее письмо от Константина.
Нужное письмо отыскалось довольно быстро. Вскрыв конверт, я не обнаружил послания. Вместо него из конверта выпала карточка оформленного по всем правилам пригласительного билета. Титул указали неправильно, обозвав меня сквайром, но откуда Константину было знать об изменениях моего статуса, а все остальное расписано как полагается.
Карточка как карточка. Но почему меня не отпускает ощущение, что это какой-то скрытый крик о помощи?
Вот значит, что имел в виду железный маркграф, внимательно наблюдая за моей реакцией? Интересно, чего он ожидал? И зачем все это затеял? Ни секунды не сомневаюсь, что это его рук дело!
— Есть что-то интересное? — У почтенного Загима хватило такта не пытаться прочитать текст на карточке.
Неужели не знает? Или все думают, что я уже в курсе и просто искусно играю в неведение?
— Старые друзья пригласили меня на свою свадьбу, — ровно отозвался я, чувствуя, как сон и усталость уходят куда-то на второй план, а им на смену идет легкая обида и раздражение от внезапности и неправильности происходящего. — Будет невежливо отказать им в столь малой просьбе.
И ведь ни единого намека не было! Или я был так слеп, что ничего не замечал?
Хотел изменить будущее? Поздравляю, кое-что тебе удалось. Но с чего ты взял, что это обновленное будущее тебе сильно понравится?
  
Глава 15
 
Взрослые игры
 
Железный маркграф Александр Ранк не любил летать, впрочем, как и ездить на паровозе, да и в целом покидать небольшую, но такую хорошо защищенную Железную марку. Да и сложно любить поездки, если тебя во время этих самых поездок не раз и не два пытались убить. Два взрыва железных дорог в детстве, еще во времена отца. И не меньше трех попыток подорвать дирижабль уже в более зрелые годы, когда дирижабли распространились по империи. Это только самые громкие, почти удавшиеся покушения. Сколько покушений «черные» предотвратили на стадии подготовки либо скрутив исполнителей, прежде чем они попытаются привести планы в жизнь он уже и не помнил. Перестал в какой-то момент считать.
  
Сколько бы не был безжалостен к врагам его отец, да и он сам, всегда находятся готовые проверить род Ранк на прочность.
Правда в этот раз ситуация была другой… неоднозначной.