Первый маркграф (СИ)

— Держите, маркграф. Теперь никто не усомнится в вашем праве повелевать.
Маленькая бумажка и всего несколько строк «Маркграф Гарн Вельк действует по моему приказу и во благо империи», но сколько в них власти и силы. С такой печатью я с этой бумажкой могу таких дел наворотить, что мало не покажется.
А в условиях охватившей столицу смуты открываются такие заманчивые возможности… вплоть до смены династии.
  
Так, отставить ненужные мысли. Никогда не рвался к власти. Да и захватить власть мало, куда сложней ее удержать. Я пытаюсь предотвратить войну, а не стать ее причиной.
Выделенными мне оруженосцами оказался уже знакомый ласс Овелат, отправленный в погоню за угнанным «Красным драконом» и ласса Фатал, так же участвовавшая в погоне.
Следом за оруженосцами подошли и маги. Несмотря на невысокие звания, лейтенанты Райар и Фоган оказались немолодыми мужчинами с посеребренными сединой висками. Впрочем, если я не путаю, лейтенант гвардии в переводе на армейские чины это майор. Есть у «пурпурных» такие привилегии.
— Слушайте сюда, гвардейцы, — начал я, сожалея об отсутствии амулетов связи. Огромным удивлением стал тот факт, что в гвардии их нет. А ведь почтенный Загим говорил, что людям императора отгружалась партия амулетов. И ни одна! Куда все делось — вопрос интересный, но сейчас маловажный. — Моя машина будет ведущей, — продолжил объяснять я тактику действия рыцарских копий в условиях города. Сейчас эти знания — настоящее откровение. Малые войны, столь любимые фольхами, не затрагивают города. Так что рыцари слишком привыкли действовать на равнинной или слабопересеченной местности. — Ласс Овелат, вы идете сразу за мной и внимательно следите за левой половиной улицы. Особое внимание верхним этажам. Ласса Фатал, все тоже самое, но на вас контроль правой стороны. Сержантов и латников делим на две группы. Первая идет по левой стороне улицы и контролирует правую, вторая — по правой и контролирует левую. Лассы Райар и Фоган сами решите, кто какую группу возглавит. Сержантам и латникам взять двойной боезапас. Выступаем через десять минут. Постарайтесь не опаздывать.
Вежливо улыбнувшись этой несмешной шутке, оруженосцы и маги разошлись готовить отряд и големов к выходу.
Я прошелся вокруг «Черного дракона», погладил могучую машину по ноге — привычный ритуал перед тем, как забраться в кабину. Выслушал короткий доклад техника «пурпурных» и полез наверх, будить спящую машину.
Запуск прошел привычно и гладко. Короткий миг полной темноты, а затем ни с чем не сравнимый момент слияния с тяжелой машиной. Странное раздвоение сознания, когда ты чувствуешь себя и паро-магическим големом и слабым человеком, закованным в плоть стальных бронеплит. Прилив эйфории от переполняющей тебя мощи.
Проверка двигательных функций, начиная с манипуляторов и заканчивая ногами.
Взяв из заботливо распахнутого, длинного оружейного ящика рунную глефу, обильно украшенный позолотой и большим императорским гербом рыцарь сделал первый шаг по улицам пылающей столицы.
* * *
Покачивая длинными стволами взятых на плечо «слонобоев» замыкавшие разбившийся на две части отряд сержанты смело перешагнули через остатки шлагбаума.
— Что, старый лев. Вот мы и стали таким же как он — отправляем детей в пекло, а сами остаемся в безопасности, — тихо прокомментировал выступление небольшого отряда император, полуповернувшись к железному маркграфу, стоявшему у соседнего окна.
— Можно подумать, ты только сейчас это заметил, — недовольно поморщился Александр Ранк. — Мы дети своего отца — одно воспитание, одна кровь.
— Кстати, насчет крови, ты ведь сразу понял, да? — спросил император у старого друга… врага… брата. Человека, которому можно доверить жизнь и которому доверять не стоит. Простыми словами не объяснить весь этот узел связей и противоречий, что так причудливо переплелся за эти годы дружбы и противостояния. Да и нет в мире подобных слов.
— Что тут понимать? — усмехнулся железный маркграф, наградив императора нечитаемым взглядом. — Он очень на неё похож. Внук или правнук. И мы всегда знали, что ведьма успела дать потомство. Да она и не скрывала, желая перед смертью больнее укусить отца.
— Твоему отцу просто следовало хотя бы иногда вытаскивать… — недовольно процедил император.
— Так тогда бы и ты на свет не появился, — издевательски улыбнулся краем губ Александр Ранк. — Может оно и к лучшему?
Император против воли почувствовал, как ломается маска напускного спокойствия. Давно он не сталкивался лицом к лицу с железным маркграфом, отвык. Ох уж эти тайные родственники по линии тайного отца. Главная опора его трона и они же вечный источник большинства проблем.
— Со мной-то все ясно, а кем он там тебе приходится? — не без легкой издевки добавил Александр Ранк, словно угадав мысли Сумана Второго.
Император подавил просящийся наружу гнев, задумался. Вопрос был интересным и в чем-то увлекательным.
— Так сразу, без закапывания в дебри генеалогии нескольких родов, и не скажу, — признал он. — Род ведьмы еще до ее рождения породнился с половиной старейших родов империи. Там и крупица императорской крови есть. Впрочем, как у все той же половины старых родов. И не совсем ясно, кто был его отцом. Среди возможных вариантов опять же не самые последние фамилии, а это новое хитросплетение кровных…
Император осекся, наградив железного маркграфа гневным взглядом. Опять этот никак не желающий сдохнуть горный лев с легкостью им манипулирует. Пусть и в подобной мелочи.
— Я удивлен, что ты так легко согласился дать ему титул, — сменил тему железный маркграф.
— А я удивлен той бездарной комедии, которую ты пытался разыгрывать перед заседанием фольхстага, — император вернул издевательскую полуулыбку единокровному брату. — Совсем старым стал? Думал, я на это куплюсь? Поверю, что ты против награждения мальчишки титулом?
— И почему же не стал все переигрывать?
— Зачем? Мальчишка не твоя марионетка. Для меня этого достаточно. А прошлое… на то оно и прошлое. Забавно, этот мальчик так не любит фольхов, но сам настолько фольх, что многие семьи могут только позавидовать. Так что его титул можно считать восстановлением исторической справедливости.
— Но мы ведь ему об этом не скажем? — железный маркграф не столько спрашивал, сколько утверждал.
— Хоть в чем-то наше мнение полностью совпадает, — согласно кивнул император. — Многие знания — многие печали.
  
Глава 11
 
Злые улицы
 
Как же я не люблю действовать на рыцаре в городах… Особенно в старых городах с массой узких улиц, совершенно непредназначенных даже для оруженосцев, что и говорить о более крупных машинах… Особенно в крупных городах с высотной застройкой!
Два этажа — неприятность, три — настороженность, четыре — опасность, пять — смертельная угроза.
С общей любовью строителей к высоким потолкам, пятиэтажный дом может возвышаться не только над рыцарем, но и над паладином. А это еще одна слепая зона, губительная для любой машины.
Может затея с наблюдателем в кабине рыцаря не так дурна? Это неудобно, спору нет. При синхронизации создается неприятное ощущение, словно тебе под кожу насекомое пролезло. Но если речь идет о выживаемости машины, а значит и пилота, то некоторое неудобство можно потерпеть.
Но хватит ненужных размышлений, стоит сосредоточиться на поставленной задаче.
Что я там говорил про свою нелюбовь к старым городам? Ну так вот, столица относится к промежуточному типу. В Эдане хватает старых районов с узкими кривыми улочками, на которые не только оруженосец, но и самобегающая коляска не сунется. Но хватает в нем и прямых широких бульваров и проспектов, больших площадей, построенных специально под паро-магические големы.
  
В свое время столица сильно пострадала — паладины первого железного маркграфа постарались. А при восстановлении, остатки старых районов просто снесли, перестроив внушительную часть города на современный лад.