Первый маркграф (СИ)
Мой взгляд машинально прилип к длинному рыжему хвосту одной из прелестниц.
Интересно, как эта штука держится. Стоп… не хочу знать. Мне это не интересно! Совершенно неинтересно!
Да и вообще, я на важную встречу пришел… в бордель. Энно что не мог просто в моем номере поговорить?
Однако, вынужден признать, отдыхают фольхи с размахом. На все деньги. Ну а то, что они те еще извращенцы, для меня и вовсе не новость. Даже из борделя умудрились сделать какой-то карнавал.
Хотя… местами это выглядит довольно мило и забавно. Но все равно извращенцы!
Мое появление, а скорее надетая маска, не осталось незамеченным. Нет, гости-то не обратили никакого внимания. Оно и неудивительно. Но те, кому надо, явили себя во всей красе.
Передо мной появилось чудесное создание в маске белого кролика. Одетое… раздетое… сложный вопрос. Да и неважный. Портить такие совершенные формы лишней одеждой — настоящее кощунство.
Белый кролик шаловливо поманила меня пальчиком и скрылась за дверью ближайшего номера.
Что же, как и гласила записка, последуем за белым кроликом. Но извращенной фантазии «черных» можно только позавидовать.
Зайдя следом за кроликом, я первым делом щелкнул поворотным механизмом замка. Несмотря на веселый шум и музыку оркестра, в отдельном кабинете было тихо. Все окна оказались завешаны плотными, светонепроницаемыми шторами. Магические светильники горели не в полную силу, даря легкий полумрак. А красные стекла, в которые поместили рунные камни, делали этот полумрак каким-то не столько интимным, сколько зловещим. Или всему виной мои личные предпочтения — недолюбливаю я красный цвет.
Кролика в номере не оказалось. Исчез, словно в одной детской сказке, которую я читал когда-то давно в детстве. Кстати, там такой кролик заманивал детей в домик злой колдуньи-людоедки. А сказки, как известно, адаптированные под детей поучительные жизненные истории.
И все же, где кролик? Надеюсь, это хотя бы не переодетый Энно под чарами иллюзий? В мире и так слишком мало прекрасного.
— Боги? Зачем эти игры в секретность? — раздраженно проворчал я вполголоса, пройдя в центр уютно обставленного номера.
— Чтобы спокойно спать и еще более спокойно действовать, — раздалось у меня за спиной.
Отлично, тут еще и тайные проходы. Нет, я решительно что-то пропустил и каким-то странным образом переместился на страницы бульварного романа. Слишком уж избитые пошли клише с таинственными встречами с таинственными людьми в таинственных местах.
Разворачиваюсь. Дверь в кабинет все так же закрыта, и характерного щелчка замка я не слышал, но это не помешало маркграфу Александру Ранку как-то оказаться внутри. Причем стоял он у все той же двери. Но вошел явно не через дверь.
Нет, белый кролик мне нравился решительно больше. Да даже Энно был бы лучше маркграфа.
— И это нужно не мне, мальчик. Это нужно в первую очередь тебе, — продолжил Александр Ранк. Пройдясь по комнате, он устроился в одном из кресел, указав длинной тростью на соседнее. — В столице слишком много чужих, ненужных глаз и ушей.
— Поэтому бордель? — поинтересовался я, следуя этому предложению.
— Прекрасное место, чтобы избавиться и от первых, и от вторых, — пожал маркграф плечами. — Все знают, что «Красный Шар» сохраняет строгую конфиденциальность своих клиентов. Но не все знают, что его хозяйка работает на меня.
— Сохраняя тайны своих клиентов? — не поверил я.
— Ай, оставь, — раздраженно махнул он тростью. — Тоже мне, большой секрет. То, что кто предпочитает мальчиков, вместо девочек, курит шафрановый дурман или любит, когда его хлещут плеткой и унижают, способно взбудоражить столичное болото лишь на день-другой. Но не более того! По сравнению с некоторыми развлечениями фольхов древности, все это, — набалдашник трости проделал полукруг, — не более чем невинные шалости скучающих детей. Да и раскрытие этих «тайн» приведет только к тому, что «Красный Шар» потеряет свою репутацию, а я лишусь прекрасного места для организации таких вот встреч.
Ну да, так я и поверил, что железный маркграф не использует скрытые пороки посетителей «Красного Шара» в свою пользу.
Впрочем, это не мое дело. Хотя от походов по столичным борделям придется воздержаться. Кто знает, сколько в столице таких вот «Красных Шаров». И кто на самом деле контролирует эти почтенные заведения.
Демоны, я себя монахом чувствую. Причем из самого строгого ордена, практикующего полный целибат. У меня слишком давно не было женщины. Что самое обидное, похоже, что до возвращения в Степного Стража и не будет. После таких-то открытий! Хоть со змейками начинай спать, потому что сразу понятно, что шпионят.
— Так что там за история с титулом маркграфа Вольной марки? — поинтересовался Александр Ранк. — Это тебя третий принц надоумил?
— У меня и своя голова есть! — резко ответил я.
Не люблю, когда меня подозревают в чем-то постыдном, особенно во всяких там связях с принцами. Вот еще одна причина, по которой я не спешу открываться тому же железному маркграфу. Александр Ранк то же фольх, да еще и бывший глава Корпуса Хранителей. Вот и привык, что все перед ним стоят по струнке либо в позе «чего изволит Ваше Сиятельство». Давит своим авторитетом и властью, довлеет.
— Возможно, все возможно. — Поняв, что давление на меня не действует, маркграф решил отступить, смягчив свои слова очередной сухой улыбкой. — Но зачем тебе этот титул?
— Власть, — пожал я плечами, словно удивлен глупостью подобного вопроса. — Влияние, богатство.
— Голос в фольхстаге?
— Я же говорю — власть, — вновь пожал я плечами. — Даже такая малая возможность влиять на решения фольхстага дорогого стоит.
— Дорогого, — согласился маркграф. — Похоже, ты просто не представляешь, насколько дорого тебе это встанет. Фольхи не просто взбесятся. Они будут в ярости! Ты станешь для них вечным фактором раздражения — врагом номер один. Нет, возможно, делая уступку третьему принцу, северяне тебя даже поддержат. Но потом постараются так или иначе утопить. Не скрывая своих замыслов даже от принца. И это я не говорю про южан и первого принца, которые начнут топить тебя еще до знакового заседания.
— С первым принцем я планирую договориться. Возможно, он не станет мне помогать, но и мешать не будет.
— Хотелось бы мне знать, как это у тебя получится, — скрипуче хохотнул маркграф, а затем посерьезнел. — Хотя, именно у тебя-то получится.
Он задумался, продолжая буравить мое лицо внимательным взглядом.
— И все же, — сухие губы вновь разомкнулись, нарушив затянувшееся молчание, — кто из принцев получит твой голос. Разумеется, если ты протянешь до будущего голосования за кандидатуру нового императора.
Не дождетесь! — мрачно подумал я, прикидывая шаги, по усилению собственной безопасности.
Спасение утопающих — дело самих утопающих, особенно если их топят. Мне потребуются свои люди в столице.
Бахала звать нельзя, он с отрядом разбирается.
Змейки? Да, скорее всего, они на кого-то шпионят. Но после бегства Бринны это не так опасно. По сути, больше звать и некого. Они зло, но знакомое. Если новых людей набирать, то это вовсе не значит, что число шпионов в моем окружении уменьшится. Скорее, ровно наоборот! Особенно если титул получу.
Да и Онилия с Элле если и работают на сторону, то это две разные, возможно, что и противоположные стороны. А значит, станут друг за дружкой приглядывать. Особенно если я поставлю перед ними такую задачу. Сделаю вид, что доверяю им больше, чем следует. Да и с Суманом Энно их познакомить не будет лишним. Поделюсь с ним своими сомнениями, пусть проверяет, как опытный «змеелов».
Даже если Элле или Онилия работают на Железную марку, то это можно будет вычислить по деятельности новоиспеченного барона пограничья.
Признаться, история с Бринной не идет у меня из головы. Что-то в ее исчезновении сильно смущает. Но пока что не могу понять, что именно. Скорость и ловкость, с которой она это проделала? Причина?