Последняя надежда (ЛП)

– Это не ее вина, приятель. Она не несет ответственность за получение этой информации. Без нее у нас не было бы ни малейшего шанса вернуть Дэвидсона.
У меня нет сомнений, что если бы мы потерпели неудачу, Дэвидсон получил бы пулю в лоб. Смерть Гарсии принадлежит только мне. Он был моим человеком, и эти удары я должен принять, но мы все будем оплакивать его.
– Может, нам стоит остановиться в Майами? Найдем ему партнершу на ночь, напоим, а потом отпустим на острове.
– Решение за тобой.
Если бы Ава ждала меня, я бы послал все к черту и первым же самолетом вылетел бы домой. Но она не ждет. Я дал Беннито инструкции забрать ее оттуда по первому требованию – когда она будет готова. Не уверен, хочу ли я, чтобы она ушла, когда я вернусь.
– Не хочешь возвращаться домой? – спрашивает Норс, оценивающе глядя на меня.
– Для меня там ничего нет, – мне удается соврать с невозмутимым лицом.
Правда в том, что если Ава уедет, мне придется отправиться в Нью-Йорк. Даже если она не хочет, чтобы я был там, достаточно просто быть рядом с ней. Чтобы видеть ее на улице. Наблюдать за ней издалека и знать, что она в безопасности.
Она для меня, даже если я не для нее.
Норс поднимает бровь, показывая, что он не верит мне ни на секунду, но время для новых вопросов прошло.
– Выходит, – бормочу я.
Норс выпрямляется и лезет рукой в карман куртки. У нас обоих на лице появляется гримаса от понимания, что карман пустой. Нам тяжело не быть вооруженными.
Дэвидсон хорошо выглядит. Бледный, будто три недели не видел солнца, но он ходит без хромоты и не имеет видимых ран.
По обе стороны от него идут двое головорезов в ветровках, одетых в хаки. Я не совершаю ошибки, полагая, что они безоружны, как Норс и я.
– Парень слева носит бейсболку с надписью «Нэшнл». Он мой связной, – тихо говорю я Норсу.
Кивнув, он скользит в сторону и убеждается, что двое охранников Дэвидсона расходятся, чтобы следить за нами.
– Раф, рад тебя видеть.
Агент Паркер протягивает руку, широко и фальшиво улыбаясь. Паркер ростом ниже шести футов, его макушка едва доходит до уровня моих глаз. Он жилистый парень – скорее борец, чем громила. Он не сравнится ни с Дэвидсоном, ни со мной.
– Я тоже рад тебя видеть, Паркер.
У него расширяются глаза от удивления, что я знаю его имя.
– Да, я знаю твое имя. Знаю про блондинку, которую ты любишь видеть по вторникам, о ней не знает твоя жена, и знаю про женщину, с которой ты спал прошлой ночью, она не блондинка и не твоя жена. Я могу ненавидеть шпионское дерьмо, но должен сказать, твое правительство обратилось ко мне, потому что не существует миссии, которую я не мог бы выполнить, включая выяснение всего о твоем панковском «я» вплоть до того, что ты любишь есть мороженое вилкой.
– Это странное дерьмо, – доносится из-за спины Паркера голос Дэвидсона.
Схватив его протянутую руку, я притягиваю Дэвидсона к себе. Пара сильных шлепков по спине обнажает кобуру, висящую под левой рукой. Обхватываю друга сильной рукой за спину, крепко прижимая его к себе одной рукой, а другой вытаскиваю пистолет из кобуры. Дэвидсон забирает у меня оружие, засовывая его под рубашку. Я убираю приемник, флешки и рулон бумаги в кобуру. Дэвидсон отступает назад, передавая кобуру Паркеру, и мы заканчиваем.
Практически.
Повернувшись, к выходу, я останавливаюсь. Отталкиваю агента Паркера и впечатываю свой жесткий стальной носок ботинка в его кожаный. Он не уходит далеко.
– Мы уже уходим, – сообщаю я ему.
Он задыхается, как выброшенная на берег рыба, у него открывается и закрывается рот, не выдавая ни звука.
– Ты получил то, что хотел.
Кивнув Дэвидсону, мы направляемся к выходу, но тут Паркер хватает меня за руку.
– Вы читали информацию?
– Нам ведь не платят за это, верно?
Он качает головой. Я легонько похлопываю его по щеке, и гнев из-за смерти Гарсии делает меня немного безрассудным.
– Тогда убери от меня свою гребаную руку, пока я ее не оторвал.
 
 
 
Дэвидсон ждет, пока мы не выйдем из музея и не окажемся на краю Национального торгового центра, прежде чем спросить.
– А где Гарсия?
Мрачное выражение его взгляда показывает, что он уже знает. Просто ждет подтверждения.
– Не выбрался из Перу, – резко отвечаю я. – Мы устроили перестрелку посреди ночи. У снайпера были очки ночного видения. У нас их не было.
Гарсия предусмотрел все непредвиденные обстоятельства, кроме этого.
– За чем ты гнался?
– Хит-лист. Это список людей, которых главы государств убили за последние несколько лет.
– Иисус.
Дэвидсон качает головой. Отвернувшись, он смотрит на поверхность зеркального бассейна, похожую на стекло.
– Не думаю, что ты будешь против, если я вернусь, и выбью все дерьмо из этих федеральных агентов?
– Нет.
Интересно, что же Дэвидсон видит в воде? Как нас троих обосрали в Берлине после того, как мы уничтожили террористическую ячейку, или когда мы были в Таиланде, вытаскивая Гарсию из борделя для девочек. Или, может быть, это было еще тогда, когда мы были пленниками в пустыне, брошенными умирать и решившими, что если мы когда-нибудь доберемся до безопасного места, то станем капитанами собственных судеб. Я прокручиваю в голове последнее воспоминание о Гарсие – то, где он рассказывает мне о своей потерянной любви, и о том, что готов снова быть с ней. Я предлагаю это маленькое утешение Дэвидсону.
– Он сказал мне, что готов ехать. Что «Слезы Господа» не утешали его.
Дэвидсон отвечает, казалось бы, все еще загипнотизированный водой.
– Девушка, верно?
Я киваю в подтверждение, но Норс, который не знает историю Гарсии, вмешивается.
– Какая девушка? Ава?
– Кто такая Ава? – спрашивает Дэвидсон в замешательстве.
– Его Ава, – тычет норвежец большим пальцем в мою сторону.
– Твоя Ава, – недоверчиво повторяет он. – С каких это пор у тебя есть Ава?
– Подобрал ее в джунглях, – объясняет Норс. – Мужик не может оторваться от нее.
К своему удивлению, чувствую жар на щеках от внезапного интереса Дэвидсона.
– Пора уходить.
Я иду к станции метро, чтобы поймать такси.
– Мне нужно побольше узнать об этой Аве, – говорит Дэвидсон, догоняя меня.
– Они хорошо к тебе относились? – спрашиваю я, отчаянно пытаясь сменить тему. – Я не вижу никаких ран.
– Это было чертовски скучно.
– А как тебя вообще поймали?
– Приманка, – отвечает Дэвидсон, сжимая губы. – Я был в Джорджтауне и проверял ситуацию. Казалось, студентка нуждалась в помощи. Я помог ей.
– Своим членом? – перебивает Норс.
Дэвидсон грубо обхватывает себя руками.
– Это самый лучший вид комфорта. Достает их изнутри и снаружи.
Норс издает негромкий смешок. Я даже не даю вежливого ответа, потому что в голосе Дэвидсона слышится боль.
Подъезжает такси, и я направляю водителя к Даллесу. Норс забирается на переднее сиденье, позволяя Дэвидсону и мне сесть сзади.
– А где она сейчас? – тихо спрашиваю я, когда мы выходим.
– Даже не знаю.
– Ты вернешься за ней?
Он пристально смотрит на меня.
– Возможно.
– Убить ее или похитить?
– Это может произойти одновременно?
Это заставляет меня смеяться.
– Да, черт, а почему бы и нет?
Дэвидсон издает слабый смешок.
– Что это с Авой? Я думал, ты отдал женщин в жертву вечному посту.
Только Гарсия и Дэвидсон знали, что у меня никогда не было секса. Остальные мужчины думали, что я просто очень разборчив и сдержан. Конечно, теперь, когда я трахнул Аву, им трудно сопоставить это с моим прошлым. И так как я – гребаный беспорядок, трудно прояснить вещи для кого-либо, когда я не разобрал все это в собственном уме. Мне нужна Ава. Она нужна мне, но я не могу ее удержать.
 
– Я все еще проклят, если ты об этом спрашиваешь. В конце концов, Гарсия мертв.