Последняя надежда (ЛП)

Когда девушка падает на кровать, тяжело давит ногами мне на плечи, но я в восторге от того, потому что она первая – и единственная – женщина, которую я когда-либо пробовал. Что ее голос – единственный, кто когда-либо выкрикивал мое имя.
Чувствую, как улыбка расползается по моему лицу, и растягивается от уха до уха, потому что я заставил ее кончить так сильно, что она не могла стоять на собственных ногах, и кричала мое имя так громко, что вероятно, мальчики в деревне слышали эхо.
Но я еще не закончил. Я поцеловал только одну часть ее тела. Мне нужно еще многое исследовать.
Я легко поднимаю ее, бросая на кровать. Она приземляется на спину с раздвинутыми ногами, и ее большие груди трясутся. Я мог бы легко скользить своим членом между этими двумя пышными подушками с долиной, влажной от ее сока и моего оргазма.
У нее скользкое тело от пота.
– Войди в меня, Раф. Я хочу твой твердый член внутри меня.
Я поднимаю одну руку, чтобы схватить ее за сиськи, а другой рукой парю над ее набухшей киской.
– Нет, – качаю я головой. – У меня на тебя другие планы.
Я не испорчу эту ночь болью.
Она хочет меня, несмотря на размер моего члена, который заставляет проституток убежать с криком. Не говоря уже о шрамах. Не понимаю, как она меня хочет, но с меня хватит вопросов.
Я ползу вверх по ее телу, целуя небольшой подъем живота к нижней части груди. У нее потрясающие сиськи. Полные и спелые с красными, как ягоды, сосками. Провожу языком вдоль изгиба, и долину между ними. Я передвигаю пальцами по складкам ее лона, влажным от моей слюны и ее оргазма, пока снова не скольжу в нее. Она приветствует меня крепким объятием.
– Я могу заставить тебя кончить снова, – говорю я ей, наклоняясь, чтобы потереться носом о ее шею. – Я изучаю тебя. Знаю, тебе это нравится.
Ава извивается под моей рукой, когда я нахожу горячую точку в ее влагалище.
– Когда закончу сосать и лизать каждый дюйм твоего тела, я буду трахать тебя языком и пальцами, пока не высосу каждую унцию из твоей киски.
– Я хочу это.
Она хватает мой член рукой, которая кажется нежнее шелка, но удивительно сильной. Или может быть, от её рук я просто превращаюсь в пластилин.
– Нет, Ава, мы не можем.
Но мое тело предает меня. Оно реагирует на ее прикосновение, а девушка смеется низким знойным звуком, который пахнет сексом.
– О, Раф, мы можем. Я сейчас такая влажная.
Она тянет меня за запястье, и я неохотно отстраняюсь. Ава решительно направляет мою мокрую руку к стволу и хочет член внутри нее. Черт.
– Могу я привести Гарсию?
В ее взгляде вспыхивает интерес, который она пытается скрыть. Ради этой женщины я готов на все. Меня убьет, если я увижу другого мужчину у нее между ног, но если это единственный способ удержать ее, смогу ли я это сделать?
– Я могу привести кого-нибудь другого...
Она наклоняет ко мне бедра, и мой влажный член трется об ее воспаленные половые губы, и я задыхаюсь от слов.
– Черт, милая. Ты убиваешь меня.
Она обхватывает руками мое лицо, и ее прекрасные глаза впиваются в меня.
– Мне не нужен никто, кроме тебя, Раф. Только ты. Я знаю, что могу взять тебя. Дай мне попробовать.
Обхватив ногами мою талию, она отталкивается вверх, так что едет на гребне моего члена. Я крепко сжимаю основание члена. Это не делает меня менее твердым. Ничто из этого не делает меня менее твердым. Я только становлюсь больше, толще и длиннее. Каждый вздох в моем ухе, и каждое прикосновение ее кожи к моей сводит меня с ума.
Я вскакиваю на ноги, подтягивая ее тело к краю кровати.
– Я заставлю тебя кончить снова.
Используя головку моего члена, я втираю его в ее распухшие губы до клитора и обратно. Ее дырочка такая узкая и маленькая, что я никак не могу войти в нее, но могу вставить только кончик.
– Ты в безопасности, Ава? Ты принимаешь таблетки, или тебе сделали укол, или что там еще женщины делают в эти дни? У нас есть презервативы?
Она похлопывает себя по животу.
– Думаю, презерватив не нужен. У меня есть ВМС15. Но меня не проверяли целый год.
 
– Плевать.
Я никогда ни с кем не буду заниматься сексом. Мой член и я всегда будем хотеть только Аву.
Держу свой член у входа в ее маленькое отверстие, ожидая ее разрешения. Она втягивает нижнюю губу.
– У меня не было секса целый год, вот, почему меня не проверяли.
– Для меня достаточно.
Мы знаем, что я в безопасности. Я девственник. Тридцатипятилетний девственник, который убил больше людей, с кем Ава когда-либо спала.
Направляю широкий кончик внутрь нее, вытягивая смазку, распространяю ее по всем губам и влагалищу. Повторяю это действие снова и снова, погружаясь чуть-чуть, и отступаю. Мой член кричит для большего действия и более глубокого проникновения, а я должен сжать его до боли.
Яйца наливаются и плотно прижимаются к телу, когда желание окрасить ее тело моим семенем проносится в моей голове. Но я не кончу, пока не услышу сладкие звуки ее освобождения.
Я обвожу ее клитор головкой члена и шлепаю по дерзкой плоти Годзиллой.
– Подними свои сиськи для меня, милая. Мне нужно пососать их.
У нее остекленевшие глаза, но она делает, как я приказываю. Ава кладет руки под эти спелые холмики, складывая их вместе. Не нарушив привычного ритма погружения, круга и надавливания, я наклоняюсь и использую все основные мышцы, чтобы держать свое тело над ней. Втягиваю один сосок в рот, а затем другой, двигаясь взад и вперед между ними.
У нее голова бьется об матрас.
Ей нужно больше давления. Ей нужно сильнее.
Она обвивает рукой вокруг моей шеи, и слышу, как она хрипло шепчет мне на ухо.
– Да, милая, – говорю я сквозь стиснутые зубы. – Это лучший способ.
– Ты нужен мне внутри.
Схватив ее за задницу, я притягиваю к себе. Она кончает, и я кончаю, не зная, откуда берется вся эта скользкость, но между нами все мокрое. Девушка впивается пятками мне в спину и скачет по твердой жесткой длине. Я грубо двигаю ее на себя, используя всю силу, чтобы дать ей то, чего она так отчаянно хочет.
– Я хочу, чтобы ты кончила со мной, Ава. Сейчас же, – приказываю я, отрываясь от ее сосков.
Она знает. Девушка крепко прижимает меня ногами к ее телу, когда оно выгибается над кроватью. Чувствую, как она кончает, смачивая мой член, и я почти теряю контроль. У меня дергаются бедра, а огромная головка моей эрекции проскальзывает в ее влажную горячую дырочку, и этого небольшого контакта достаточно, чтобы возбудить меня.
С ревом я отступаю назад, хватая свой член. Несколькими резкими толчками я вытягиваю оргазм из основания позвоночника. Он вырывается наружу, извергая длинные молочные струи на ее голый холмик, живот и изгибы груди.
Ава лежит подо мной, тяжело дыша и широко раскрыв глаза.
Я смотрю на беспорядок, который сделал, и нисколько не жалею об этом. Нет. У меня в голове есть только одна мысль, только одна концепция, которая идет по замкнутому кругу в моем мозгу. Я опускаю руку на ее живот в вязкую жидкость и размазываю ее повсюду. Даже провожу двумя пальцами по ее лобку и в ее горячую киску, запихивая свою сперму внутрь этого узкого канала.
Весь мой мир сужается до трех букв. Моя.
 
Глава 24
Ава
 
Что ж...
Я тяжело дышу, пытаясь вернуть воздух в легкие. Только что я кончила так сильно, что мой мозг чувствует, как он должен вытекать из моих ушей. Между моих скользких бедер Раф скользит пальцами внутрь меня, толкая снова и снова. При каждом движении его пальцев по моему телу пробегают толчки, но я не говорю ему остановиться.
Мне хорошо. Вообще-то чувствую себя потрясающе. Но я все еще ощущаю пустоту глубоко внутри, и это то, что даже его накачивающие толкающие пальцы не могут удовлетворить. В самых грубых выражениях, это пустая боль, которая может быть удовлетворена только хорошим глубоким толчком.
 
И мы даже близко к этому не подошли.
– Раф, – бормочу я, когда снова могу дышать, и скольжу руками по его плечам. – Как ты?