Мир первый: Деймос (СИ)

А ведь у всех друзей есть имена.
Это уже камень в мой огород. Поначалу я не знал, что делать со щенком, потом было как-то не до него, а теперь… теперь пора. Я посмотрел на пса, и он сразу же задрал морду, встретившись со мной взглядом. Харизматичный, темный и безжалостный.
— Ниган. — Сказал я гарму. — Теперь ты Ниган.
— Странное имя, — Катерина покосилась на меня. — Отец называл гармов иначе. У него был Призрак, Тень, Голод, Ночь.
— А я назвал своего Ниганом. — Я погладил гарма по голове. — Ему подходит.
Я вспомнил персонажа из одного сериала, который смотрел в прошлой жизни. И вот, та моя жизнь закончилась, а сериал, вроде как, еще нет. Не знаю, что случилось с героем, в честь которого мой пес получил свою кличку, и теперь уже не никогда не узнаю. Но, надеюсь, Ниган из Деймоса проживет хорошую жизнь. Ну, хотя бы по меркам гарма.
— Ты и сам странный, — вздохнула Катерина и снова уставилась вдаль.
— Какой есть.
На этом разговор прервался. Мы просто стояли на стене под дождем и смотрели, как из леса показываются первые ряды армии паладинов. В сверкающей броне, освещенные золотым светом, они ступили на выжженную землю и начали выстраиваться ровными рядам.
Под замком защитники поспешили к возведенным временным укреплениям. Люди строили их с момента прибытия, ведь рассчитывать на старые стены не приходилось — слишком сильно они пострадали при прошлой осаде. Но, уверен, если придется туго, то войска отступят во внутренний двор и обрушат костяной мост.
Пока же приняли решение встретить врага на земле, а крепостные стены освободить для лучников и колдунов. Стрелки людей предпочли остаться внизу, так что рядом с нами сейчас выстраивались скелеты с потертыми колчанами и некроманты в черных рясах.
Но Катерина не спешила уходить. Она задумчиво осмотрела выжженное поле и произнесла:
— Последний раз, когда я видела этот замок, мы с паладинами штурмовали стены. — Она погладила холодный камень. — Сейчас же я приняла решение, но до сих пор не могу разобраться, правильное ли. — Взгляд девушки опустился на готовящихся к бою людей.
Они будут сражаться за нее. И умирать за нее. Это тяжкое бремя. Если честно, не представляю, как можно жить с таким.
— А какой у тебя оставался выбор? — вопросом на вопрос ответил я. — Оставить все как есть? Плясать под дудку Алого и смотреть, как твой народ делят между собой паладины и некроманты?
Катерина не ответила, и я продолжил:
— Ты сама сказала, что у простых людей не хватит собственных сил, чтобы победить некромантов или паладинов. Значит, Орден и колдуны воевали бы до последнего жителя Деймоса. Как по мне — лучше рискнуть, чем всю жизнь жалеть, что не воспользовался шансом.
— Думаешь, я справлюсь? — Катерина приблизилась и заглянула мне в глаза.
— Мы справимся. — Уверенно ответил я. — Ты больше не одна.
— Спасибо, — девушка сделала шаг ко мне.
Мы стояли так близко и…
Над выжженной землей тревожно запели рога паладинов. Им вторили барабаны некромантов. От ритмичных звуков мне стало не по себе. Некроманты изготавливали мембраны для барабанов из исписанной письменами человеческой кожи, чтобы каждый звук вызывал у всех живых чувство страха.
Катерина вздрогнула и отступила, опустив глаза.
— Нам нужно идти, — сказала она. — Я… мы должны бить внизу, с воинами Деймоса.
Я кивнул.
Мы поспешили спуститься со стены и присоединиться к защитникам замка. Войско паладинов пошло в атаку.
Битва вот-вот начнется. Судьба Деймоса решится здесь и сейчас, как и моя собственная.
* * *
Броня приятно холодила тело. Я стоял в первом ряду, вместе с обычными бойцами. Катерина хотела пойти следом. Пришлось настоять, чтобы она осталась в тылу — оттуда ее магия принесет больше пользы. Нигану я приказал охранять девушку. Пес, вымахавший уже до размеров матерого волкодава, немного «поворчал», но подчинился.
Но я не остался в одиночестве. Мне выделили четырех рыцарей со щитами в качестве личной охраны. Не уверен, что они смогут защитить меня от какого-нибудь Стража, но уходить они отказались. Все как один заявили, что готовы встретить грудью любую опасность.
 
Мне оставалось лишь позавидовать их холодной решимости. Сам я волновался. Никогда прежде мне еще не приходилось участвовать в столь масштабном сражении, так что чувства меня одолевали весьма противоречивые. С одной стороны, хотелось оказаться отсюда как можно дальше, а с другой — я с нетерпением ждал начала сражения.
Скорее всего, виной тому адреналин, подстегиваемый звуком боевых рогов и барабанов, а может короткая, но пламенная речь Катерины:
— Воины Деймоса! — голос Катерины звенел от напряжения. — Грядет битва. Сегодня мы встретим свою судьбу. Сражайтесь отважно! Бейтесь до самого конца, каким бы он ни был. Помните, мы защищаем не только свою честь! Мы здесь, чтобы сражаться за свой дом! За своих близких! За будущее нашей родной земли! За наших предков! За наших потомков! За нашу свободу!
Больше половины из того, что упоминала в своей речи Катерина, было для меня чуждо. Это не мой мир. Не мои предки. Не мой дом. Но я здесь. Я здесь, чтобы выковать свое будущее огнем и мечом.
Я поднял руку, и пальцы сразу же сомкнулись на рукояти Реквиема. Лезвие проклятого меча вспыхнуло алым, уже вожделея вражеской крови. Окружающие воины тоже подняли оружие, и воздух задрожал от их боевых кличей. Только нежить и некроманты хранили гробовое молчание.
Сколько людей скоро тоже замолчит навеки? Не знаю. Но они умрут героями. Станет ли их родным и близким легче, от осознания этого? Едва ли. Но могу сказать лишь одно — жертва павших не будет забыта. По крайней мере, пока жив хотя бы один житель Деймоса.
Боевые рога паладинов смолкли. Их армия бросилась в атаку.
Хмурое небо Деймоса потемнело от взметнувшихся в него стрел.
Началось.
* * *
Золотые копья паладинов разбились о тусклую зеленоватую дымку, вызванную некромантами. Но и воющие черепа колдунов не прошли сквозь золотистый барьер. Только стрелы проникли через магическую преграду. Там, где волшебство оказалось бессильно, холодная сталь взяла свою плату кровью и болью.
Наши лучники успели сделать более десятка залпов, заливая ряды нападавших настоящим ливнем стрел. Много паладинов пало, даже не добравшись до противника. Но их гибель нисколько не подточила решимость выживших: воины Ордена неслись на нас, словно волны прибоя.
Первыми бежали Стражи. Алого среди них не было. Он не спешил вступать в бой. Выжидал.
Но даже обычные Стражи — настоящая угроза для живой силы, да и для неживой тоже. Некроманты послали вперед зомби, скелетов, гармов и еще множество тварей, названий которых я даже не знал. Но Стражи разметали их в стороны, неумолимо прорываясь к нашим позициям.
Но тут произошло то, чего я никак не ожидал. Некроманты воскресили павших паладинов и заставили их сражаться с живыми товарищами. Такой фокус я уже видел, но это оказалось лишь началом — как только часть паладинов отвлеклась на восставших мертвецов, земля по бокам от армии Ордена разверзлась, и из-под нее выскочило два больших отряда нежити в сопровождении парящих призраков.
Не знаю, когда некроманты успели их там закопать, но паладины оказались не готовы к такому повороту событий. Они замешкались. Это позволило нашим лучникам продолжить обстрел врага. Стрелы попадали и в нежить, но никого это не заботило.
Золотые вспышки разорвали темноту, и неожиданная атака некромантов захлебнулась. Правда, этот маневр все же принес свои плоды: атака паладинов оказалась не столь сплоченной. В их рядах появились бреши, фланги растянулись.
Со стороны леса запели боевые рога, и кавалерия верных Катерине рыцарей понеслась во весь опор. Ее цель заключалась в том, чтобы стремительно прорваться вперед, убить столько врагов сколько получится и, главное, отрезать находящихся в авангарде Стражей от основных сил.