Мир первый: Деймос (СИ)

— Я знаю. — Также тихо ответила Катерина.
  
28. И грянул гром
 
Мы с Катериной заняли две комнаты в дальнем крыле замка, куда никто из некромантов особо не совался. Девушка попросила не беспокоить ее, так что я смог отдохнуть и даже выспаться. Хотелось бы, конечно, принять нормальный горячий душ, но на Деймосе о такой роскоши оставалось лишь мечтать. Как и о нормальных средствах гигиены. Но, как говорится, имеем то, что имеем. Пришлось привыкать.
Днем ко мне заявился Сарек, чтобы донести волю Хозяйки костей. Она согласилась дать бой паладинам и велела своему воинству готовиться к предстоящей битве. Мне и Катерине надлежало осуществлять координацию между некромантами и армией Деймоса.
Такое положение дел меня вполне устроило. Когда Сарек ушел, я поспешил рассказать обо всем Катерине, так как некромант не удосужился поговорить и с ней. Ненависть, которую каждый колдун испытывал к дочери Аларика, была практически осязаемой. Не представляю, как Катерина решилась прийти сюда, зная, что каждый вдох может стать для нее последним. Если бы не воля Хозяйки костей, девушку давно бы убили.
Впрочем, насколько я успел узнать некромантов, убийство кого бы то ни было для них — просто вопрос времени и обстоятельств. Если Хозяйка костей вдруг поймет, как передать Реквием кому-то из Первого круга, то сразу же велит избавиться и от меня.
В этом я не сомневался ни на секунду.
Так что мы с Катериной оказались в схожей ситуации, которую надо как-то решить. И чем быстрее — тем лучше.
* * *
Люди начали приходить к замку на третий день после нашего с Катериной прибытия. Армия одного из городов разбила лагерь на опушке леса, не желая устраивать стоянку на усеянном трупами поле. Такое решение легко понять. За все время, что я провел в замке, так и не смог привыкнуть к такому виду. Кровь в жилах стыла каждый раз, когда взгляд опускался на место давно минувшей битвы.
Спустя еще день, следом за первыми отрядам подкрепления, явились и другие. Люди приходили каждый день. Я не успевал считать всех прибывших. Одни воины приходили небольшими отрядами, некоторые насчитывали менее десяти человек. Другие являлись целыми сотнями.
Лагерь неподалеку от замка разрастался с каждым днем. Внутрь люди не заходили. Оно и к лучшему — незачем им видеть то, что творили в этих стенах некроманты. К тому же, откуда-то из бесконечной вереницы катакомб под замком постоянно выползали новые твари, спешащие на призыв колдунов.
Поначалу я пытался разобраться, откуда твари берутся внизу, ведь вокруг замка ров из пустоты. Нельзя же прокопать тоннели прямо под ней! Но потом вспомнил о кровавых порталах, и все стало на свои места — где-то внизу находится один из них. Вот только искать его мне совсем не хотелось — кто знает, сколько монстров встретится на пути?
По большей части порождения черной магии сидели в подвалах, но некоторые из них выбирались и во внутренний двор замка. Я избегал слишком близкого знакомства с порождениями тьмы только из-за того, что почти всегда держался рядом с Катериной — призванные некромантами создания ее на дух не переносили и старались держаться подальше от святой Деймоса.
Обычные люди, наоборот, всегда с радостью приветствовали Катерину. А вот на меня поглядывали с опаской. Впрочем, у них на это имелись веские причины — каждый знал, что перед ним новый владелец проклятого меча. За Реквиемом прочно закрепилась дурная слава, часть которой приписывалась теперь и мне.
Что ж, не могу сказать, что безосновательно.
Дни летели один за другим. Они слились в единое целое, так как не сильно отличались друг от друга: всегда темно, всегда дождь, всегда дела. Иногда перерыв на сон или еду. И все по новой. День за днем, ночь за ночью.
Мы с Катериной проводили почти все время в лагере объединенной армии людей. Здесь, среди обычных мужчин и женщин, я чувствовал себя гораздо лучше, чем в замке. Постепенно все привыкли к моему присутствию и даже прекратили шарахаться в стороны, едва увидев меня вместе с гармом.
 
Связь с Хозяйкой костей держали через Сарека. Госпожа некромантов не стала доверять координацию армий никому другому, кроме ее избранного воителя из Первого круга. Сарек прибывал с небольшим отрядом, но никогда не подходил близко к лагерю, предпочитая дожидаться меня на краю выжженной земли.
Каждый раз, покидая уютный лагерь людей, я чувствовал неприязнь, приближаясь к некроманту по устланной телами земле. И каждый раз на душе становилось легче, когда возвращался к живым.
Я все чаще сидел у костра с воинами, общался и лучше узнавал жителей Деймоса. Обычные люди. Каждый со своими заботами, страхами и надеждами. Они радовались и грустили, шутили и боялись. Они были живыми. Настоящими. И каждый из них искренне желал принести на Деймос покой.
Мне приходилось придерживаться своей легенды о потере памяти. Мол, очнулся в склепе, получил от Аларика проклятый меч. Вот и все. Даже не помню, сколько раз я рассказывал эту историю у костра. Но все собравшиеся слушали ее затаив дыхание.
Многих воинов я уже знал по именам, как и они меня. Правда, новые знакомые всегда ставили перед моим именем «лорд» и обращались крайне уважительно. Все попытки перейти на «ты» потерпели крах, так что пришлось привыкать зваться лордом Александром. Но много времени это не заняло.
Помимо простых людей, познакомился я и с рыцарями, и даже с правителями городов, каждый из которых прибыл, чтобы лично возглавить свою армию. Это вызвало у меня неподдельное уважение: не каждый найдет в себе храбрость вести своих людей в бой, а не доверить это право генералам или командирам.
Воины Деймоса поставили на кон все, что имели. Они решили идти до конца, пусть каждый и понимал, что выживут далеко не все. Меня тяготило осознание этого, но я хорошо понимал, что без крови не будет и победы.
Именно это и говорила Катерина. Она несколько раз выступала перед армией с вдохновляющей речью. Люди любили свою принцессу и как дочь правителя, и как святую. Они откликнулись именно на ее зов и встали под ее знамена.
Когда Катерина говорила с людьми, я видел, как страх в их глазах постепенно сменяется надеждой, которая передается и мне. Если эти люди решили вступить в бой с оружием в руках, значит, мое место рядом с ними. Я просто не могу остаться в стороне.
Что бы ни случилось.
* * *
О приближении войска паладинов нас оповестили вороны. Они закружились над лесом, оглашая окрестности нестройным хором хриплого карканья. Мы с Катериной вышли на стену замка, чтобы лучше разглядеть приближающихся противников. Здесь нас уже поджидал Сарек.
— Скоро начнется. — С жуткой неестественной ухмылкой произнес некромант.
— Смотрю, ты в предвкушении?
Сарек взглянул на меня и его бескровные губы растянулись еще шире, обнажая острые зубы.
— Торжество смерти вот-вот настанет, — он любовно погладил свой огромный меч. — И нам выпадет честь пролить столько крови, сколько земля Деймоса не впитывала долгие годы.
— Смотри сам не захлебнись ей, — скривился я — маниакальная кровожадность некроманта один в один копировала жажду Реквиема. Призывы меча все явственнее и громче звучали в моей голове.
— Смерть страшит лишь слабых, — в голосе колдуна прозвучало презрение — за минувшие дни наши с ним отношения только ухудшились. — Если ты слаб, то я с радостью заберу Реквием.
— Если только достанешь его из своей глотки! — огрызнулся я.
Нервы были на пределе.
Гарм повернулся к Сареку и глухо зарычал. Катерина положила руку мне на плечо, призывая не делать глупостей.
Своевременно.
Сарек не ответил. Посмотрев на меня сверху вниз, он развернулся и пошел в сторону тронного зала. Наверняка спешит доложить последние новости своей госпоже. Да и черт с ним.
Мы с гармом проводили некроманта ненавидящими взглядами. За последние несколько дней наша с псом связь улучшилась. Мы понимали друг друга без слов и, кажется, подружились.