Мир первый: Деймос (СИ)

— Долго нам еще? — тихо спросил я, нарушая скорбное молчание.
Мы ехали медленно, давая лошадям отдохнуть от галопа.
Норман даже не взглянул в мою сторону и ответил далеко не сразу. Я уже начал думать, что он не услышал вопроса.
— К вечеру будем на месте, — безжизненным голосом ответил старый паладин.
Мы помолчали.
— Мне жаль, — сказал я.
Норман не ответил, просто пришпорил лошадь. Мы последовали за ним.
Вскоре лес начал редеть. Сквозь неплотно смыкающиеся над головой кроны, я увидел горы. Не слишком высокие, но от этого не менее впечатляющие. Они выглядели неприступными, со снежными белыми шапками. Их чистый цвет выглядел как-то неуместно на сером, промозглом и вечно темном Деймосе.
* * *
Лес остался позади. Теперь мы поднимались по крутому серпантину. Лошади заметно нервничали, но послушно несли нас вперед и вверх. Когда мы обогнули одну из гор, я увидел перед собой… ничего.
Впереди раскинулась сплошная густая пустота. Ночное небо словно перетекало в нее, лишаясь звезд и лун. Пустота охватывала неровный край земной тверди, скрывая его непроницаемым серым туманом на границе пустоты.
Зрелище захватило меня целиком и полностью. Я словно оказался на острове, который окружал непроглядный и бесконечно глубокий омут.
Лошадь не разделила моего восторга и поднялась на дыбы, едва не сбросив меня. Только чудом удалось удержаться в седле. Сзади раздалось беспокойное ржание. Я обернулся и увидел, что Фалрику тоже удалось справиться со своей кобылой. Животное немного успокоилось, но наотрез отказывалось идти дальше.
Норман впереди тоже остановился. Он спешился и, взвалив на плечо походный мешок, крикнул нам:
— Дальше пешком.
Ну, пешком, так пешком. Надеюсь, осталось недалеко. Хотя, ничего похожего на шпиль я вокруг не видел.
Норман подошел ближе и отвязал меня от лошади. Не успел я слезть, как он взвалил мне на плечо седельные сумки, под тяжестью которых я невольно качнулся. Сам старый паладин помог Фалрику спустить не приходящую в чувство Веру. Вдвоем паладины потащили ее на себе, предоставив мне возможность идти первым.
Куда идти я не знал, но дорога была лишь одна, так что ошибиться практически невозможно. Поправив свою ношу, я зашагал вперед, не забывая поглядывать на подступавшую все ближе гипнотическую пустоту.
Мы шли несколько часов, пока не поднялись на одну из гор. На вершине стояла полуразрушенная каменная арка. С виду — ничего особенного. Руины, как руины. Думаю, таких на Деймосе достаточно.
Но за аркой я увидел парящую среди пустоты серую башню. Высокая, с острым шпилем, она выглядела древней и мистической. На обращенной ко мне стороне я не увидел ни окон, ни дверей… ни моста, чтобы добраться до башни.
— Вечный Шпиль, — сказал Норман, переводя дух.
Я сбросил сумки и размял затекшие плечи. Не верилось, что мы у цели. Если бы нас еще не разделяло несколько сотен метров пустого пространства…
— И что дальше? — спросил я у седого паладина.
— Открой проход. — Он указал мне на старую арку.
— Каким образом? — я все еще не понимал, что от меня требуется.
— Это ты мне скажи, — паладин подбоченился. — Никому не удавалось попасть в Вечный Шпиль со времен Раскола. Леди Катерина ничего мне не…
Норман выпучил глаза и уставился на меня остекленевшим взглядом. На его губах выступила кровь, после чего старый паладин завалился на бок и так и остался лежать на снегу. Недвижимый, бледный, мертвый.
— Бесполезный старый идиот! Я думал, он знает больше.
Я уставился на Фалрика. Глаза парня светились зеленым огнем. Теперь он не заикался, да и держался как-то иначе — увереннее, свободнее… как его брат.
— Мартин? — я сделал шаг назад. — Но ты же мертв…
— Как видишь, нет, — парень неприятно усмехнулся и бережно опустил Веру на снег. — Я хорошо сыграл р-р-ро-о-оль? — спросил он, изобразив заикание.
— Ты… — я понимал, что произошло, но это в голове не укладывалось. — Ты убил собственного брата?
— Он понял, кто я. Догадался, когда узнал о смерти Мириам. Наивный дурак, хотел убедить меня предать хозяев. Я думал, что и ты догадаешься, поэтому устроил этот спектакль.
 
— Ты мне просто не понравился. — Я покачал головой. — Но я и подумать не мог, что ты такой уро…
Мартин взмахнул рукой, и мою грудь, словно сжали тиски. Чья-то незримая хватка впилась в сердце ледяными когтями. Я судорожно попытался вдохнуть, но не смог.
— Зря ты взял флягу Мириам, ведь воду для всех в отряде набирал я. — спокойно продолжил Мартин.
Вода! Он отравил ее? Вряд ли. Скорее всего, это какая-то магия, черная, как и душа этого выродка.
Словно прочитав мои мысли, Мартин снова оскалился.
— Просто открой мне путь к Шпилю, и я отпущу тебя.
Нехватка кислорода выжигала легкие изнутри. Я кивнул. А что мне оставалось? Хватка сразу же ослабла, я повалился на снег и закашлялся, пытаясь вдохнуть.
— Ну же! — потребовал Мартин. — Или я был не слишком убедителен?
Он сделал вид, что сейчас снова махнет рукой.
Я замотал головой. Расстояние между нами приличное, я не успею до него добраться. Он снова применит свою проклятую магию. Даже если призову Реквием…
Мартин щелкнул пальцами, и я скрючился на снегу.
— Не заставляй меня ждать! — потребовал он и кивком указал на разрушенную арку.
Я пополз к ней. Понятия не имею, как она работает и что с ней делать. Но лучше потянуть время. Если подвернется подходящая возможность…
Цепляясь за ее холодные камни арки, я смог кое-как подняться. Ноги подкашивались, сил практически не осталось. Черная магия разъедала меня изнутри. Трясущимися руками я ощупал все камни на арке, осмотрел ее несколько раз, но так и не понял, что нужно с ней сделать.
Обернувшись, я посмотрел на Мартина.
— Мое терпение на исходе, — он ехидно улыбнулся, глядя мне в глаза.
Вот только я увидел то, чего он не заметил.
— Ты убил остальных? — прохрипел я.
— Заткнись!
Новый взмах рукой, и мой рот наполнился кровью. Я выплюнул ее и закашлялся.
— Ты… убил?..
— А ты упрямый, — Мартин криво усмехнулся. — Да. Они мешали. Я оставил только тебя и старика Нортона. Но он, как видишь, оказался бесполезным. — Предатель подошел к старому паладину и небрежным пинком скатил его тело с горы.
Нортон сорвался вниз и исчез среди тумана.
— А Вера? Ты не убил ее…
— Много болтаешь! — огрызнулся Мартин, и я опять упал на снег, давясь собственной кровью.
Колдун подошел ближе и поставил ногу мне на грудь. Я даже пошевелиться не мог.
— Вера… — нараспев произнес он. — Чистая и непорочная. Эта глупая, наивная девка станет подношением для моих новых владык. Их ритуалы…
Мартин уставился на вышедшее у него из груди окровавленное лезвие меча. Сделав два неловких шага вперед, он соскользнул с клинка и обернулся. За его спиной стояла Вера. Бледная девушка шаталась, но ее глаза пылали решимостью.
Колдун взмахнул рукой, и девушка рухнул на колени. Меч упал на снег. В этот миг я почувствовал, как мое сердце снова забилось. Собрав все силы, я бросился на Мартина и столкнул его со скалы.
Колдун с воплем полетел вниз. Туда, куда совсем недавно сбросил тело Нормана.
Встать на ноги не было сил. Я на четвереньках добрался до Веры. Девушку била сильная дрожь, глаза расширились от боли, на губах выступила кровь — черная магия Мартина.
Я не знал, как помочь. Она протянула мне дрожащую руку, и я сжал ее изо всех сил.
— Леди… Катерина… — захлебываясь кровью, прошептала Вера. — Помоги ей…
— Я все сделаю. — Пообещал я, глядя в полные слез глаза.
— Да… хранит тебя… — взгляд Веры остекленел.
Я подхватил бездыханное тело и удержал от падения. Девушка казалась невесомой. Не верилось, что в столь хрупком теле мог быть такой сильный дух.
— Пусть твоя душа пребудет в Свете, — вспомнил я слова Отто и закрыл глаза Веры.
Навсегда.
Я повалился рядом с девушкой. Внутренности все еще горели, руки и ноги тряслись. Неужели магия Мартина и меня прикончит? Здесь и сейчас, когда цель так близка?