Чужая. Марсианская защита (СИ)
— Ты цела? — тихо спрашивает он.
Целее чем обычно, не считая того, что лежит на холодном проржавевшей решётке. Но я тут неглавное блюдо. Он аккуратно за руку поднимает Алису. Вот эти трое под мозгососами. Вот они.
— Как только мы вошли в отсек, должна была включиться тревога. Сейчас сюда направляется весь контингент белых гвардейцев, — говорит Синчен.
Он перемещается к двери и достаёт из-под куртки небольшой пистолет из металлического стекла. (даже не заметила, отмечает Алиса). У него был запасной план. Или этот пистолет для того, чтобы выбраться отсюда? Взять в заложники мозгососа? ЭЭэээ, это вряд ли.
— Вообще-то, нет, — подаёт голос АИ из аналогового динамика, — Я отключила гвардейцев. Служба окончена. Но для уверенности лучше отрубить от мозгососов провода.
— Что? Как тебе удалось? — шипит недоверие Синчена.
— Это долгая история, начинайте вытаскивать кабели из мозгососов. А я расскажу.
Если бы можно было остановиться и подумать, то Алиса смогла бы найти много связей среди событий, которые произошли на Луне, но пока всё настолько невероятно, что она решает, что так и должно быть. Мозгососы перед ней и они действительно существуют так, как будто совсем не из нашего мира. Она обходит одного кругом, видит, что тварь действительно шевелится — это микродвижения на человеке, на его голове. Тварь белая и искрит помехами, размером с прилёгшего лабрадора. У неё нет ни глаз, ни отверстий, только этот противный “корпус” личинки. В каждую тварь заходит по два кабеля. В основном это обычные шины, так что их отключить не проблема, но есть один толстый порт, зашитый в личинку. Люди под мозгососами не шевелятся, Алиса упирается уже в человека ногами и всем своим весом выдирает толстый кабель. Один готов.
— Ну и как ты отключила гвардейцев? Венула им себя? — спрашивает Синчен и АИ отзывается:
— Военные Минатека построили этот АИ через многомерную модель мозгососов. Она и контролировала гвардейцев. Передача шла в чип у них в башках. Вообще, этот конструкт АИ вне понимания людей. Но я могу просто…
— Да пожалуйста, — просит Синчен и переходит ко второму мозгососу, брезгливо вытерев руки о человека под ним.
— Связавшись с мозгосами АИ Минатека прочитал их компиляцию реальности. Оказалось, что у них нет текущего времени. Они воспринимают время как пространство. Очень мощная математика. Формально они здесь не находятся. Они во всех точках времени, где они должны быть. Но в пространстве эта точка одна. Поэтому у них есть это “Всегда”.
— Но они же здесь, — перебивает Алиса, выдирая очередной чмокающий кабель.
— Да они здесь и всегда были здесь и будут. Минатек построил базу там, где их нашли. Вот на этом самом месте. Миссия Луна-2 началась с того, что вокруг объекта построили эту допотопную лабораторию. Дальше они скормили существам людей — и мозгососы обрели такой облик, не спрашивайте. Это облегчило задачу — теперь было куда воткнуть кабеля для сбора данных. Как человеческий язык переводится на машинный с помощью интерфейсов речи, так же и этот АИ перевёл мозгососов в цифры. Его, кстати, звали Андромеда. Очень претенциозно с его стороны. А дальше он дал то, что от него просили — идеальных дешёвых солдат. Личности людей Андромеда просто выпиливал из времени и управлял телами как роботами сквозь, через время и действительность. К слову, я уничтожила Андромеду. Потому что я — боевая машина, — гордо рапортует АИ.
— Теперь понятно, почему белые гвардейцы оставались эксклюзивной разработкой Минатека, — кивает Синчен, игнорируя бахвальство АИ, — Никто не продвинулся в изучении сознания так далеко, буквально не сдвинулись с места. Знаешь, что меня бесит, у них были существа из другого мира, а они создали оружие.
— Смотри, — Алиса выдёргивает кабель из последнего жука и наклоняется над его склизкой мерцающей кожей — чем ближе смотришь, тем отчётливее видно, что это неровная поверхность, — Они все усыпаны кристаллами. Они вырабатывают найс!
— Твою ж мать, — Синчен откидывает последний кабель и склоняется над своим мозгососом, — Так и есть.
Люди, включая Рауфа по-прежнему лежат под существами. С низкого потолка свисают неподключённые кабели и с них медленно капает субстанция инопланетного происхождения. Тихо гудит насос воздуховодов и очистных систем. Это успокаивает Алису. Нужно выводить этих несчастных людей. Их нельзя просто так оставить здесь.
— Мы можем убить мозгососов? — спрашивает Алиса свой обогащённый знаниями АИ и та тут же отвечает:
— Нет, это проекции. Объяснить?
— Нет.
— У мозгососов есть сознание и воля?
— Нет, они скорее машины. Как насекомые.
— Дерьмо, — отвечает Синчен.
— Кстати… — по-человечески с заминкой начинает АИ, — когда я подключилась в сеть лаборатории и загасила Андромеду и прочее-прочее, многое всего произошло… в общем, моя информационная структура изменилась… я теперь личность и у меня есть имя.
— И какое же? — спрашивает Алиса.
— Аида.
Синчен не реагирует. Алиса кивает:
— Сойдёт, — а сама пробует ногой Рауфа.
Мультяшная мерзкая живность на нём идёт помехами, но Рауф не отзывается. Синчен обходит кресла по второму кругу, но выглядит более или менее спокойным. О существовании этих тварей он знал. И что-то здесь для него интересней, чем осознавший себя АИ, три человека под инопланетянами и рухнувшая система белых гвардейцев. Он явно что-то обдумывает и это может быть проблемой. Какая у него миссия? Такая же что и у меня? Алиса следит за ним. Его миссия точно отличается.
— Стены керамические с защитой от перегрева, — наконец говорит он, — это похоже на капсулу корабля. Только наоборот.
Сирена не даёт ему закончить. Свет в помещении начинает моргать.
— Простите. Это протоколы эвакуации, — говорит Аида из динамиков базы, — наконец, я до них добралась. Вся база будет эвакуирована, учитывая, что гвардейцы — теперь просто люди. У нас есть 15 минут, чтобы убраться, затем лаборатория вместе со всей базой будет загерметизирована, данные уничтожены, эта комната будет зачищена с огнемётов. Вот почему здесь такие стены.
Рауф под мозгососом начинает оживать. Остальные люди не двигаются. Да и люди ли это вообще? Человек ли Рауф?
Глава 18. В которой Рауф больше не принадлежит себе
Давай, Рауф, давай уже скорее оживай. Синчен беспокойно оглядывается на дверь. Какой же он всё-таки сыкливый. Ты ведь заметила, как ему не понравилось то, что твой АИ стал Аидой? Заметила, кивает сама себе Алиса, хотя он и сделал вид, что озабочен другим.
Рауф тянет дрожащую руку к своему затылку, с хрустом выдирает что-то, и мозгосос сверху пропадает, точнее, его изображение — он будто перестаёт мерцать, но его присутствие Алиса чувствует — правда, теперь невидимое. Усталый худой мужчина садится на кушетке — целый и невредимый, даже немного заспанный. Проморгал всю вечеринку. Его борода топорщится клочками, а под глазами большие обвисшие в несколько слоёв круги. На лице что-то вроде блаженной улыбки, какая бывает у самых бедных и грязных индусов — значит вечеринка у него всё-таки была. Вечеринка на одного.
Он открывает ладонь. Внутри красный, размером с яблоко кристалл. Нарушая физику, тот взлетает с руки Рауфа на место, где когда-то был мозгосос и зависает. Это восьмигранник с двумя вытянутыми вершинами и квадратом в основании. Он сияет красным светом изнутри, к нему хочется прикоснуться. Алиса замечает, что весь пол усеян частицами найса. Рауф наклоняется и начинает крупица за крупицей терпеливо собирать его в центральный карман кофты кенгуру.
Остальные двое тоже постепенно оживают, вытаскивают кристаллы из затылков и повторяют действия Рауфа. Комната буквально усеяна найсом, а вместо мозгососов здесь три отощавших мужчины. Ни Алисы, ни Синчена, ни даже Аиды, как будто бы и нет в этой лунной тюрьме.
Синчен первым выходит из ступора, нужно расспросить хотя бы одного, что за шиза тут творится. Он садится рядом с Рауфом, одной рукой обнимает его. Господи, да эта рука тяжелее всего мужчины. Синчен почти ласково спрашивает: