Шалунья

— Это уж слишком! — выпалила Кит, вскакивая. Алекс тоже с трудом поднялся, решив, очевидно, выйти вместе с ней за дверь, если она предпочтет это сделать.
— Кристин, — остановил ее герцог Ферт, — я не собирался причинять тебе боль. Но ты должна это знать, и я обязан тебе все рассказать. Слишком долго ты оставалась в неведении. Похоронив Энн, Стюарт уехал из Англии, потому что перед смертью она призналась ему, что ты не его дочь, а моя. — И герцог низко опустил голову.
Кит вся покрылась холодным потом.
— Нет, этого не может быть, — прошептала она.
— Боже правый, Мартин! — сердито выпалил Алекс. — Неужели вы не могли преподнести это как-то… поизящнее?
— Ты знал? — круто обернулась к нему Кит. Если он и об этом ей солгал, то это уже слишком.
Алекс устало покачал головой.
— Я догадывался, что что-то в этой вражде двух братьев нечисто, но, естественно, понятия не имел о том, что ты дочь Мартина.
— Значит, ты мне веришь, — подал голос Мартин. Он сидел, по-прежнему стиснув руки, однако не делал ни малейшей попытки подойти к Кит.
— Не знаю, почему я должна вам верить, — заявила Кит и внезапно почувствовала, как на нее навалилась страшная усталость. Захотелось куда-нибудь спрятаться и обо всем спокойно подумать.
— Стюарт, естественно, пришел в ярость, узнав обо всем, — продолжал Мартин. — Думаю, он решил, что я отнял у него единственную ниточку, соединявшую его с Энн, то есть тебя. И он решил отомстить мне тем же, забрав тебя у меня. — Мартин встал и подошел к Кит. — Я очень долго тебя искал. Сначала ваши следы обнаружились в Испании, потом в Италии, но скоро потерялись. А жизнь шла своим чередом. Кэролайн превратилась в красивую девушку, я должен был выполнять свои многочисленные обязанности… — Он взглянул на Кит своими светло-зелеными глазами. — Но я никогда не оставлял надежды тебя найти.
— Я… — начала было Кит и замолчала. А ведь Мартин, похоже, прав. Только сейчас Кит поняла, почему они с отцом постоянно переезжали с места на место, почему отец так ненавидел все английское, а особенно своего брата, почему настаивал, чтобы она постоянно носила мужскую одежду. Она взглянула на Алекса. Тот сочувственно смотрел на нее. — Я не знаю, что делать, — призналась она.
— Я, естественно, дам тебе время обдумать мой рассказ, — проговорил Ферт. — Я знаю, как тебе сейчас нелегко. — И, бросив на нее нерешительный взгляд, повернулся и вышел из каюты.
Кристин долго смотрела ему вслед.
— То, что нелегко, это точно, — пробормотала она.
— А он проявил понимание, — заметил Алекс, словно прочитав ее мысли.
Кит повернулась к нему.
— Что мне делать? — спросила она, протягивая к нему руки. — Сколько всего на меня сразу свалилось!
— Это ерунда по сравнению с тем, через что ты прошла, — решительно сказал он. — Ты справишься.
— Но он теперь захочет, чтобы я жила в его доме, а я не хочу.
— Этот вопрос решается очень просто, — прошептал Алекс, коснувшись пальцами ее щеки. — Живи со мной.
— В качестве Кита Райли? Я не думаю…
— В качестве графини Эвертон, Кристин, — перебил он ее.
— Я не могу выйти за тебя замуж, — ответила Кит. Как же ей хотелось ответить «да»! Но как может стать графиней девушка, у которой отец, вернее, дядя — контрабандист, а сама она шпионка?
— О Господи, ну почему?! — взорвался Алекс.
Кит пыталась лихорадочно придумать какое-нибудь правдоподобное объяснение и наконец нашлась:
— Потому что ты этого не хочешь.
— Неужели, черт подери, я привел тебе недостаточно доказательств того, что хочу? Если нет, ради Бога, скажи мне, чем я еще могу доказать тебе, как сильно тебя люблю! — Он отвел с ее лица прядь волос. — Благодаря тебе я понял, как был одинок до твоего приезда. Больше я не желаю так жить. Я не хочу жить без тебя. Я люблю тебя. Ну скажи, что ты выйдешь за меня замуж!
Кристин почувствовала, что ей трудно дышать.
— Похоже, ты и в самом деле этого хочешь, — прошептала она.
— Да, именно этого я хочу. Выходи за меня замуж.
Кит отступила на шаг, но Алекс последовал за ней.
 
— Но это же просто нелепо. Я не знаю, как ведут себя женщины…
— Еще как знаешь, — заметил Алекс, и глаза его насмешливо блеснули.
— Прекрати! — бросила Кит, мучительно вспыхнув. — Я имею в виду, что не знаю, как вести себя в обществе. Я никогда туда не впишусь, и тебе, Алекс, это известно. — И она отступила еще на шаг.
— Выходи за меня замуж, — настойчиво проговорил Алекс, идя за ней следом. — Графиня Эвертон может позволить себе быть эксцентричной, если пожелает.
— Но почему ты хочешь жениться именно на мне, когда можешь заполучить кого угодно? Га же Барбара Синклер пошла бы на все, чтобы выйти за тебя замуж.
Вскинув голову, Алекс пристально взглянул на нее.
— Потому что без тебя я умру, — просто сказал он.
Кит резко остановилась. Сердце колотилось так сильно, что казалось, вот-вот вырвется и груди.
— Нет, ты…
— Я хочу видеть тебя в роскошных туалетах, с красивой прической и в чертовски неудобных туфлях на высоких каблуках. Я хочу видеть тебя в Эвертоне. Я хочу, чтобы ты учила меня мухлевать в карты, ругала меня по-французски. Хочу видеть у своих детей твою улыбку и твои глаза. — Лицо его стало серьезным. — И я не хочу, чтобы ты снова от меня сбежала.
— Алекс… — прошептала Кит.
— Я люблю тебя, Кристин Брентли. Прошу тебя, выйди за меня замуж. Ну пожалуйста!
Кит закрыла глаза, пытаясь выбросить из головы образы, вызванные его словами, но они лишь стали более отчетливыми. А Алекс, подойдя к ней вплотную, стал нежно целовать ее глаза, щеки, губы.
— Прошу тебя, скажи, что ты выйдешь за меня замуж, Кит, иначе сердце мое разорвется от горя.
Кит открыла глаза.
— Знаешь, я не могу представить рядом с собой никого, кроме тебя, — проговорила она. — Я выйду за тебя замуж, Александр Лоренс Беннет Кейл.
Он улыбнулся и, облегченно вздохнув, прошептал:
— Слава тебе, Господи.
  
Глава 22
 
Граф Эвертон чувствовал себя страшно уставшим, раненое плечо болело, голова кружилась от слабости, и в довершение ко всему он боялся заснуть. И не от того, что боялся умереть во сне, а потому, что опасался, проснувшись утром, обнаружить, что все произошедшее за последние сутки ему просто приснилось.
Вот и лежал он, считая, сколько времени пробили высокие напольные часы в гостиной, и размышляя, что ему лучше сделать: то ли спуститься вниз и налить себе стаканчик бренди, то ли съездить к Джеральду с Айви и убедиться, что Кит за ночь не передумала выходить за него замуж и не сбежала.
Мартин пригласил Кит переехать к нему в Брентли-Хаус, но она решительно отказалась. Алекс ее прекрасно понимал. События разворачивались с такой скоростью, что у Кит наверняка голова шла кругом и требовалось время, чтобы привыкнуть к произошедшим в ее жизни переменам. Похоже, и герцог это понял, поскольку лишь попросил ее поклясться, что она никуда из Лондона не сбежит и сама решит, где ей жить. Алекс сделал то же самое, хотя и нелегко ему было смотреть, как она садится в карету Даунингов и снова исчезает в ночи.
Часы пробили четыре, и он раздраженно вздохнул. То, что принц-регент прислал ему послание, в котором приказывал явиться для аудиенции сразу же по возвращении в Лондон, ничуть не улучшило его настроения. Смерть Фуше, конечно, поможет ему вновь обрести утраченную благосклонность наследника престола, однако предстояло давать объяснения по поводу незаконного выуживания из тюрьмы Уилла Дебнера, предательства и смерти Огастеса Девлина и собственной лжи.
Дверная ручка повернулась, и Алекс замер. Дверь тихонько отворилась, и в комнату проскользнула окутанная полумраком фигура в сюртуке и панталонах. Светлые волосы, завязанные в конский хвост, казались в лунном свете серебристо-голубыми. Поняв, кто явился к нему в гости, Алекс облегченно вздохнул.
— Как тебе удалось сюда проникнуть? — тихо спросил он.