Шалунья

— Со мной все в порядке, — едва выдохнула она и ухватилась за сваю, чтобы не свалиться в воду.
— Эвертон, повернись ко мне лицом!
— Уберите пистолет, Девлин, — приказал Ферт, оказавшийся у Кит за спиной. — У нас нет на это времени. Вы что, спятили? — воскликнул он, и в этот момент две пули, пущенные кем-то из толпы, пробили корму, образовав в ней дырки.
— Совершенно, — спокойно согласился Огастес, однако его серые глаза горели яростным огнем. — Повернись, Александр.
Взглянув на Кит в последний раз, Алекс сделал то, что ему приказывали. Чувствуя, что у нее раскалывается голова, Кит с трудом выпрямилась. Рядом на коленях стоял Хэнтон, держась за раненую левую руку, и ненавидящими глазами смот-рел-на виконта Девлина. Редж с Фертом стояли у нее за спиной, а на берегу беснующаяся толпа продолжала палить и выкрикивать оскорбления.
— Огастес, — сдавленным голосом проговорил Алекс, — опусти пистолет. Сейчас же.
— Нужно было прислушаться к словам Кит, — ровным голосом проговорил Девлин. — Она знала. — Он перевел взгляд на Кит, и у нее замерло сердце: это был взгляд сумасшедшего. — Ты убил мою сестру, подонок. Единственного родного мне человека. А теперь нашел, с кем можно позабавиться, а меня бросил умирать. Ну уж нет, Эвертон, ничего у тебя не выйдет. Я тебе отомщу.
Выпустив из рук сваю, Кит сделала маленький шажок вперед. Взгляд Девлина был прикован к Алексу. Говорить Кит не осмелилась, понимая, что, если сделает это, Эвертон переведет взгляд на нее и Девлин выстрелит, она была в этом уверена. И она будет виновата, а с этим чувством вины ей уже не жить.
— Я ее не убивал, Огастес, — проговорил Алекс. — Я говорю правду. Я не любил ее, но не хотел, чтобы она умерла.
Огастес слегка покачал головой.
— А я говорю, что не отправлюсь в ад один. Я хочу, чтобы ты отправился туда первым, Алекс, и показал мне дорогу.
И он еще крепче сжал рукоятку пистолета.
Кит закрыла глаза и, шагнув вперед, заслонила собой Алекса. Прогремел выстрел, и Кит почувствовала, как горячая волна растрепала ей волосы, а в следующую секунду Алекс рухнул на деревянный причал, увлекая ее за собой. Что-то с тяжелым плеском свалилось в воду, и Кит обернулась. Хэншоу стоял с дымящимся пистолетом в руке. Лицо его было мертвенно-бледным. Огастес исчез.
Обхватив Кит обеими руками, Алекс крепко прижал ее к себе.
— Кристин, — прерывисто прошептал он.
— Со мной все в порядке, — дрожащим голосом ответила она и, ухватившись за обшлага сюртука Алекса, притянула его к себе. — Все в порядке. — Слезы брызнули у нее из глаз, и она прильнула к Алексу всем телом. Он жив… Жив!
— Боже правый! — пробормотал Хэнтон. — Вы чудом остались живы.
— Пора в путь, — послышался за спиной у Кит напряженный голос Ферта. — Сейчас начнется отлив. Нужно успеть до него.
Редж помог Алексу и Кит встать на ноги. Выражение лица его было суровым. Мрачно глядя на Кит, он проговорил:
— Огастес сказал, что хочет помочь. Зря я тебе тогда не поверил.
Схватив Кит за плечо, Эвертон круто повернул ее к себе лицом.
— Никогда, — прошипел он, и лицо его стало еще бледнее, чем у Хэншоу, — никогда так больше не делай!
— Я и сама такого от себя не ожидала, — дрогнувшим голосом проговорила Кит, закрывая лицо руками.
Она сказала чистую правду: она и не подозревала, что способна защитить кого-то ценой собственной жизни. И ей было одновременно и боязно, и радостно осознавать, что Алекс тоже мог бы отдать за нее жизнь.
— Пошли, — снова приказал Ферт.
Он помог Хэнтону встать на ноги и подняться по веревочной лестнице на палубу. Остальные тоже поднялись на яхту. Хэншоу с герцогом подняли якорь, и яхта, отойдя от пирса, поплыла к выходу из гавани. Девлин запер Дебнера и команду в трюме, и барон освободил их. Очутившись наконец вне пределов досягаемости пуль, подняли паруса и поплыли на северо-запад, к Дувру.
Кит, Эвертон, Редж и герцог Ферт собрались в главной каюте. Усевшись на скамью, Алекс прижал к окровавленному виску Кит кусок ткани. Лицо его выражало такую озабоченность, что она улыбнулась.
 
— Отпусти, — проговорила она, отводя его руку. — Большое тебе спасибо, но я и сама могу держать.
— Нет, я буду это делать, — упрямо возразил он.
— Но ты же ранен сильнее меня, — не сдавалась Кит.
— Несмотря на все твои усилия меня в этом перещеголять, — мрачно констатировал Алекс. — Ты вела себя непростительно глупо, когда вздумала заслонять меня своим телом.
— В следующий раз будешь слушать, когда я скажу тебе, что кто-то из твоих дружков — шпион! — выпалила Кит. Она чувствовала на себе взгляд Ферта, однако даже не взглянула в его сторону.
— Я и не знал, что он так сильно меня ненавидит, — едва слышно пробормотал Алекс.
— Ох, Алекс, — прошептала Кит.
В этот момент герцог Ферт, помешкав, шагнул вперед.
— Могу я предложить вам бренди? — спросил он.
Взглянув на Кит, Алекс протянул ей ткань и повернулся к герцогу.
— Я у вас в неоплатном долгу, ваша светлость, — проговорил он. — Вы подоспели как раз вовремя.
— Нам крупно повезло, — пояснил Редж. — Его светлость догадался, куда ты отправился, а Джеральд отыскал меня, и мы отправились на пристань. Но нам пришлось весь вечер бродить по ней, пока наконец я не заметил Хэнтона, когда тот пытался украсть лодку. — Он помолчал. — Мы даже не были уверены, что вы отправитесь в Кале. Думали, что можете поехать прямиком в Париж.
Алекс быстро взглянул на Кит.
— Мы чуть было так и не сделали.
Откашлявшись, Ферт неторопливо спросил, переводя взгляд с Эвертона на Кит и обратно:
— Что слышно о моем брате?
— Он исчез, — быстро ответила Кит, а Алекс счел за лучшее промолчать.
— Он тебя бросил? — резко спросил герцог.
— Я не захотела с ним ехать, — пояснила Кит, а Алекс беспокойно поерзал.
— Кристин, — нерешительно начал Мартин Брентли, вздохнув, и Кит удивленно взглянула на герцога. — Я знаю, тебе порассказывали обо мне много всяких ужасных вещей. Пусть мне и не удастся заставить тебя изменить свою точку зрения, но мне бы хотелось, очень хотелось, чтобы ты меня выслушала.
Кит вовсе не хотела его слушать, и это, должно быть, отразилось на ее лице, поскольку Эвертон, повернувшись к ней, спокойно попросил:
— Выслушай его по крайней мере. Я всегда знал его как справедливого и честного человека. Но тебе вовсе не обязательно видеться с ним, если ты не захочешь.
Последнее высказывание Ферту явно не понравилось. Кит видела, как он недовольно поджал губы. Однако, очевидно, счел за лучшее промолчать. И это молчание, эта готовность ждать Кит понравились.
— Хорошо, — согласилась она. — Я вас выслушаю, но на большее не рассчитывайте.
Редж встал.
— Пойду проверю… как там Хэнтон, — на ходу придумал он и, быстро выйдя из каюты, закрыл за собой дверь.
— Мне тоже уйти? — спросил Алекс Кит.
Кит раздраженно взглянула на него: в конце концов, то, что сейчас происходит, целиком лежит на его совести.
— Только посмей! — буркнула она.
— Полагаю, это означает «нет», — улыбнулся он.
Переведя взгляд с Кит на Алекса, Ферт уселся напротив. Он смущенно потер руку об руку, опустил голову и глубоко вздохнул.
— Даже не знаю, с чего начать, — проговорил он и, подняв голову, снова взглянул на Кит.
— Начинайте с чего хотите! — резко бросила Кит, пытаясь за этой резкостью скрыть смущение.
— Ну что ж… — Ферт снова откашлялся. — Твоя мать, Кит, Энн, умерла от воспаления легких. Я никоим образом не был причастен к ее смерти, потому что… очень любил ее. — Кристин зябко поежилась. Она хотела сказать, что все это уже слышала, но что-то в его глазах остановило ее. Наверняка то, что он хочет рассказать, мучило его долгие годы, как мучило ее отца и ее тоже. — Когда я женился на Констанс, то первые годы мы с ней жили не слишком дружно, — продолжал он. — Этот брак устроил мой отец, и я практически ничего не знал о своей будущей жене. Только как ее зовут и какое у нее приданое. Когда я впервые увидел твою мать, она была обручена со Стюартом. Я увидел ее и потерял голову.