Шалунья

Весь день Даунинги не спускали с нее глаз, ревностно выполняя пожелание Алекса. И даже не пожелание, а угрозу, злорадно подумала Кит. Он же пригрозил, что с нее глаз спускать не будут. И она устроила им за это целое представление: уныло слонялась по дому, пока им от нее тошно не стало, а когда решила, что они больше не выдержат, предложила всем вместе поехать к Мерсии Крэллинг, которая устраивала концерт. В другое время скорость, с которой родственники Эвертона согласились на ее предложение, могла бы рассмешить Кит, но только не сегодня, когда почти все мысли ее были заняты Алексом, а оставшиеся — Огастесом: знает ли виконт и те, с кем он связан, куда отправился Эвертон?
Несколько раз во время игры Мерсии она слышала, как то один, то другой из присутствующих упоминал о леди Маске и интересовался, не выяснилось ли, кто она такая. Кит и самой было бы интересно это узнать. Она уже и забыла, что совсем недавно блистала на балу в шикарном платье. Почти всю свою жизнь она проходила в мужской одежде и изображала из себя сначала мальчика, потом молодого человека и за долгие годы так вжилась в образ, что порой забывала, что она девушка. Интересно, как Алекс смог увлечься ею? Хорошо бы он перестал таиться и открылся ей, рассказав, какие именно чувства он к ней испытывает. Любит ли он ее так, как она любит его?
Хорошо бы получить ответ на этот вопрос и решить, что именно она расскажет Стюарту Брентли, когда тот объявится.
Вокруг раздались аплодисменты, и Кит, наконец сообразив, где находится, тоже начала хлопать. Встав из-за фортепьяно, Мерсия присела в реверансе. Ее мать, тяжело ступая, пошла к ней, намереваясь поздравить с удачным выступлением, а гости встали и, разминая затекшие от долгого сидения ноги, направились к столу с прохладительными напитками.
— Ну что, мы можем идти? — прошептал Джеральд жене на ушко.
— Нет еще, — прошептала та в ответ и, ткнув его локтем в бок, добродушно прибавила: — Разве что тебе не терпится снова расхаживать по всему дому, не спуская глаз с нашего гостя.
Кит виновато нахмурилась. Даунинги были так к ней добры и заботливы, а она собирается доставить им массу хлопот. Она с надеждой огляделась по сторонам. Может быть, Огастес в зале и ей не придется, ничего не объясняя Айви и Джеральду, рыскать среди ночи по всему району, ища его. Но его нигде не было видно.
Вздохнув, Джеральд огляделся по сторонам и внезапно так и просиял.
— Может, отпустишь меня от себя на минутку? Я скоро вернусь. Только поболтаю немного с Хэншоу.
— Ладно уж, иди, — отмахнулась Айви. — Ох уж эти мужчины, — пожаловалась она Кит, и та удивленно вскинула брови, желая ей подыграть.
— Ты кого имеешь в виду, кузина? — невинным голоском осведомилась она.
— Ну конечно, не тебя, Кит, — ответила Айви, самодовольно улыбнувшись.
К счастью, в этот момент к ним подошла Дебора Гловер, и Кит, извинившись перед дамами, направилась к столику с закусками и напитками, решив немедленно отправиться на поиски виконта Девлина. Однако, оглянувшись, она заметила, что Айви на нее смотрит, и, чертыхнувшись, остановилась у стола и взяла сандвич с ветчиной.
Он оказался очень вкусным, и Кит взяла второй, но только впилась в него зубами, как кто-то взял ее под руку затянутой в перчатку рукой. Решив, что это Мерсия, Кит изобразила на лице улыбку, хотя ей и нелегко это далось, и обернулась. Однако глаза, которые, казалось, пронзали ее насквозь, были далеко не такими невинными, как у мисс Крэл-линг, и к тому же не кукольно-синими, а черными как вороново крыло.
— А, леди Синклер, — улыбнулась она, хотя на самом деле от неожиданности чуть не подавилась сандвичем. Только этой особы ей сейчас не хватало! — Не хотите ли сандвич, миледи?
— Не думай, что тебе удалось меня провести, — прошипела Барбара. — Я прекрасно знаю, чем ты занимаешься, шлюха ты этакая!
Как учил отец, когда тебя загоняют в угол, атакуй.
— Однако для этого тебе потребовалось чертовски много времени. Интересно, почему? — проговорила Кит с набитым ртом и взяла с подноса проходившего мимо лакея бокал с портвейном.
 
Несколько секунд леди Синклер смотрела на нее, разинув рот, не зная, что сказать.
— Ну, что ты мне скажешь? — наконец выдавила она из себя.
Проглотив кусок, Кит с улыбкой проговорила:
— Похоже, в этом году цены на ячмень здорово выросли.
Крепко держа ее под руку, чтобы не вырвалась, Барбара выдавила из себя:
— На твоем месте я бы не стала вести себя так самоуверенно. Да я в шесть секунд могу тебя уничтожить.
— А я могу тебя нокаутировать в два раза быстрее! — выпалила Кит. — Я ведь отличный боксер.
Барбара Синклер снова не сразу нашлась, что ответить, и Кит поняла, что она не привыкла, чтобы ей грозили физической расправой.
— А мне плевать на то, что ты можешь, а что нет! — наконец бросила она. — Я только хочу, чтобы ты убралась из Лондона восвояси. И немедленно.
Слова Барбары задели Кит за живое: она и сама знала, что именно так и должна поступить.
— Иначе? — подсказала она.
— Иначе все узнают, что ты спишь с Эвертоном! — выпалила Барбара.
— Довольно странное заявление из твоих уст, Барбара, — послышался за их спинами протяжный мужской голос. Протиснувшись между женщинами, Огастес Девлин обнял каждую из них за плечи. — Ведь сама ты совсем недавно занималась тем же.
— Отстань от меня, ты, пьянчуга! — выпалила леди Синклер.
— А ты отстань от Эвертона, — точно таким же тоном предупредила ее Кит и, улыбнувшись, продолжала: — Имей в виду: если все узнают обо мне, ему незачем будет на тебе жениться.
— А ты еще глупее, чем я думала, если считаешь, что он женится на тебе, — пробормотала Барбара. — И где он тебя только отыскал? В Ковент-Гардене? Наверное, ты хорошенько его потрясла, прежде чем позволила себя трахнуть. — Она презрительно оглядела Кристин. — Сколько тебе дают за ночь? Шиллинг? Такой дылде, как ты, вряд ли дадут больше.
Огастес хмыкнул:
— Да наверное, побольше, чем тебе, Барбара. — Он наклонился к леди Синклер поближе и прошептал ей на ушко: — Оставь девчонку в покое, ты, ведьма, иначе я расскажу о тебе такое, что не обрадуешься. А мне есть что рассказать, ты знаешь.
Барбара выдернула руку. Лицо ее побледнело.
— Тебе его никогда не удастся заполучить, — яростно прошипела она Кит. — Я заставлю тебя уехать из города и добьюсь того, что к концу сезона на моем пальце появится обручальное кольцо.
— Поживем — увидим, — улыбнулся Огастес.
Круто повернувшись, Барбара стремительно направилась к двери, и он перевел взгляд на Кит.
— Остерегайся ее, — заметил он и потянулся за пирожным. — Большим умом она не отличается, но поговаривают, это она порешила своего муженька. Стукнула его по макушке подсвечником, застав со своей горничной, и дело с концом.
Кит взглянула на него. Он и раньше казался ей похожим на привидение, но сейчас еще больше. Кожа у него стала синевато-белого оттенка и такая тонкая, что создавалось ощущение, будто она вот-вот лопнет.
— Спасибо за предупреждение, — ответила Кит, размышляя над тем, следит ли за ней виконт по приказу Фуше или их встреча произошла случайно. Хорошо, конечно, что они встретились, — теперь не придется его выслеживать, однако обвинять его в измене в салоне Мерсии Крэллинг тоже не станешь.
— Не за что, Кит. — Он помолчал и вдруг спросил: — Между прочим, как тебя зовут?
Кит нисколько не сомневалась в том, что он и так знает, и вопрос этот неуместен. Досадливо поморщившись, она тем не менее спокойно ответила:
— Кристин.
Огастес кивнул.
— Вчера на балу ты была необыкновенно хороша.
— Благодарю.
— Я понимаю, почему Алекс поселил тебя в своем доме.
А он еще опаснее, чем Барбара Синклер, потому что ему нечего терять, пронеслось в голове у Кит. Огастес Девлин умирал и знал, что умирает. У нет ни семьи, ни наследников. Если ему взбредет в голову, он может растрезвонить о ней по всему Лондону. Если бы он узнал о ней побольше, он бы сделал так, что репутация Алекса в политических кругах была бы безвозвратно погублена. Он бы даже арестовал его за укрывательство в своем доме преступницы.