Короли локдауна (ЛП)

Он взревел от боли и ярости, и я отскочил назад, когда она описала дугу распылителем, умудрившись наградить им и Киана, когда он бросился на нее.
Киан не замедлился, несмотря на проклятия, слетевшие с его губ, когда его лицо обдало обжигающими брызгами, и его руки сомкнулись вокруг нее, прежде чем она смогла вырваться.
Они упали на землю, и перцовый баллончик выпал из ее рук и покатился ко мне. Я прыгнул вперед, чтобы схватить его, пока она пыталась вырваться от Киана.
Ей не удалось попасть мне в лицо, но воздух был густым от гребаных паров, и я боролся с кашлем, когда мои глаза начали гореть.
Сэйнт сорвал с себя шлем, рыча и ругаясь, пока тер глаза, на мгновение ослепленный ее атакой.
Я бросил перцовый баллончик в огонь, и Киан застонал, когда Татум удалось пнуть его по яйцам и вырваться из его хватки.
Она метнулась вокруг Сэйнта, ее дикий взгляд упал на меня, когда она обнаружила, что я преграждаю ей путь, и я отпустил ее с мрачной улыбкой.
— Три… — Крикнул я ей вслед, протягивая руку к панели управления, чтобы выключить музыку. — Два…
Она взвизгнула и бросилась в мою комнату, перепрыгивая через ножки обеденного стола, который все еще стоял у двери.
— Один! — Я прыгнул в движение, опустив голову, приготовив плечи к удару и все еще держа шлем на голове.
Татум снова закричала, когда я погнался за ней, перепрыгивая через ножки стола, как раз в тот момент, когда она захлопнула за собой дверь в мою спальню.
Я выломал ее и обнаружил, что она стоит на моей кровати с двумя моими трофеями в руках, когда она срывала их с моей полки.
— Не подходи! — Предупредила она, ее растрепанные волосы разметались по плечам, она тяжело дышала, держа в заложниках мои трофеи.
— Она у тебя? — Крикнул Сэйнт из передней комнаты.
— Да, — отозвался я.
— Не выпускай ее из рук, пока я не приму душ и не смою это дерьмо с глаз!
— Теперь ты действительно сделала это, Золушка, — промурлыкал я, делая медленный шаг к ней.
— Что ты собираешься со мной сделать? — Потребовала она, поднимая мой трофей выше, когда я сделал еще один шаг.
— Я заставлю остальных относиться к тебе полегче, если ты сейчас тихо сдашься, — пообещал я.
Она посмотрела на меня в моей полной футбольной форме, и я протянул руку за трофеями.
— Я не сделала вам ничего такого, чего вы не сделали мне, — прорычала она, как будто я был судьей, а она выступала в свою защиту.
— Что-то не припомню, чтобы я поливал тебя перцовым баллончиком.
— Сэйнт чуть не утопил меня в гребаной купели.
У меня вырвался смешок, когда она напомнила мне об этом.
— Да ладно, ты была под водой всего около десяти секунд.
— Попробуй заставить психопата сунуть твою голову под воду, а потом скажи мне, что ты не взбесился, — прошипела она.
— Хорошо, я заключу с тобой сделку. Поцелуй меня, и я позабочусь о том, чтобы твое наказание было не слишком суровым.
Звук включающегося душа донесся из ванной рядом с нами, и мы услышали, как Киан выругался, промывая глаза.
— Один поцелуй? — Подозрительно спросила она.
— Да, — согласился я, снимая шлем и отбрасывая его.
Татум прищурилась, затем бросила трофеи обратно на полку, прежде чем подойти ко мне. Ее движения были неуверенными, но глаза сияли победой, и это выглядело на ней чертовски сексуально.
Она опустилась передо мной на колени, и я наклонился, не сводя глаз с ее губ, когда она поднялась на цыпочках, чтобы поцеловать меня.
Но, прежде чем я успел обнять ее и просунуть язык ей в рот, она наклонила голову и запечатлела на моей щеке самый короткий поцелуй, который я когда-либо испытывал. Например, честно говоря, моя двоюродная бабушка Ава использовала в своих поцелуях больше языка, чем это.
— Ты собираешься сдержать свое слово, Боумен? — Требовательно спросила она, ее взгляд был свирепым, и я понял, что это была проверка. Я обещал помочь ей, если она поцелует меня, и это была моя собственная чертова вина, если я не уточнил, что мне нужны были целых десять минут, грязный язык и возможность просунуть пальцы в ее трусики, пока мы занимались этим.
 
— Ты худший монстр из всех нас, Татум Риверс, — промурлыкал я, оценивающе глядя на нее.
У нее хватило гребаной наглости ухмыльнуться мне, и я фыркнул от смеха.
Мой взгляд упал на мой шлем, валявшийся на полу, и это натолкнуло меня на мысль.
— Я думаю, что смогу избавить тебя от серьезного наказания, — медленно произнес я. — Но ты должна быть готова устроить для нас шоу.
— Что это за шоу? — Подозрительно спросила она.
— Ну, ты уже доказала, как сильно любишь танцевать, — отметил я. — Так как насчет того, чтобы забраться на алтарь и сделать это для нас? Пока ты раздеваешься.
Ее губы приоткрылись, и я ухмыльнулся.
— Я не собираюсь раздеваться для всех вас, — сказала она, скрестив руки на груди.
— Конечно, собираешься. Мы все видели, что у тебя там есть, так что мы не просим тебя показывать нам что-то новое. И тебе не обязательно снимать нижнее белье, если ты этого не хочешь. Просто играй свою роль, и я обещаю, что Киан забудет злиться на тебя к тому времени, как ты снимешь наплечники, и ты завоюешь Сэйнта, как только останешься в трусиках.
— Наплечники? — Спросила она, и я ухмыльнулся, снимая свою грязную майку, прежде чем тоже снять наплечники и протянуть их ей. — Это не сексуально, — запротестовала она, и я рассмеялся.
— Это произойдет, когда ты будешь снимать их. Кроме того, я планирую снимать тебя, так что, если это будет чертовски неловко, я всегда смогу опубликовать запись в качестве будущего наказания.
— Ты извращенец.
— Поторопись, Золушка, если Сэйнт появится до того, как ты будешь готова, он применит на тебе собственное наказание, и тебе лучше поверить, что запереть тебя в том гробу в склепе — не самое худшее, что он мог сделать с тобой там, внизу.
Это, казалось, мотивировало ее, и она быстро сорвала с себя спортивные штаны и рубашку и натянула мою грязную униформу поверх своего кружевного синего нижнего белья.
Я услышал, как Киан выходит из ванной, и быстро нырнул, чтобы ополоснуться под душем, пока она заканчивала приводить свой образ в порядок.
Я вернулся и обнаружил ее в наплечниках, майке и шлеме, с обнаженными золотистыми ногами и выражением лица, которое говорило, что она не верит, что это сработает.
— Выглядишь сексуально, Золушка, — поддразнил я, сбрасывая полотенце и натягивая спортивные штаны и футболку.
— Ты действительно думаешь, что это удовлетворит Сэйнта? — С сомнением спросила она. — Я как бы брызнула ему в лицо перцовым баллончиком.
Я не смог удержаться от смеха и, схватив ее за руку, потащил к двери.
— Есть только один способ выяснить.
Сэйнт спускался по лестнице из своей комнаты, когда мы добрались до гостиной, и то, как опасно сузились его покрасневшие глаза, сказало мне, что он жаждет крови.
— Я уже выбрал ей наказание, — громко сказал я, прежде чем он успел начать. — И поскольку ты всегда выбираешь их, а это моя ночь с ней, я думаю, это справедливо.
— Ну, я не согласен, — прорычал Сэйнт.
— Что ты выбрал? — Спросил Киан с дивана, с интересом разглядывая Татум. Его глаза тоже были красными и опухшими, но, похоже, это не слишком повлияло на его настроение. На самом деле, он выглядел так, словно был возбужден.
— Поскольку она так любит танцевать, я подумал, что она могла бы станцевать для нас. На алтаре. Раздеваясь, — объяснил я.
На долгое мгновение воцарилась тишина, и Киан жадно ухмыльнулся.
— Черт возьми, да. У тебя есть мой голос.
— Ладно, — прорычал Сэйнт. Его голос все равно остался в меньшинстве, но было определенно легче, если бы он согласился. На мгновение я задумался, не был ли я единственным из нас, кто начинал чувствовать себя куском дерьма из-за того, как далеко мы заходили с ней в прошлом, но это было трудно сказать. И поскольку их глаза были красными и опухшими от перцового баллончика, я был готов поспорить, что сегодня не время спрашивать.