Короли локдауна (ЛП)

В кои-то веки мы пропустили душ в спортивном зале, решив вернуться в Храм, поскольку шел чертовски сильный дождь. В любом случае, на обратном пути мы бы просто замерзли, промокли насквозь и снова были бы забрызганы грязью, и даже ритуалу Сэйнта пришлось бы прогнуться, чтобы приспособиться к этому. К счастью, он признал, что домашний душ был меньшим потрясением для него, чем необходимость дважды принимать душ и переодеваться.
Монро отклонил наше предложение потусоваться с нами сегодня вечером и направился обратно к себе, а мы втроем побежали домой. Он не тусовался со всеми нами вместе с тех пор, как мы заманили его тем секс-видео, и его капризные манеры быстро надоели. Мы бы скоро отчитали его, если бы он не перестал ныть, но сегодня был не тот вечер.
Мы добрались до тропинки, ведущей к Храму, и изнутри до моих ушей донеслись громкие звуки музыки, достаточно громкие, чтобы быть услышанными сквозь шторм.
Киан подошел прямо к двери и вставил в нее свой ключ. Мы взяли с Татум обещание держать дверь запертой, пока нас здесь не будет, позволив ей остаться, вместо того чтобы пойти с нами и стоять под дождем и наблюдать за нашей тренировкой. Но мне было неловко оставлять ее одну, пока мы все еще не выяснили, какой ублюдок в этой школе преследовал ее.
Сэйнт окончательно сошел с ума, набрасываясь на любого, кто хотя бы взглянул в ее сторону, с тех пор как узнал об этом, а Киан уже избил пятерых разных парней на этой неделе. Но пока нам не удавалось выяснить, кто, черт возьми, проявлял такой интерес к нашей девушке. И что еще хуже, у нее снова украли ее гребаные трусики на физкультуре, и она получила еще одну жуткую записку.
Так что, в общем, я был бы рад вернуться к ней, и даже больше, потому что сегодня вечером она собиралась спать в моей постели. И я был полностью готов принять любое наказание, которое она хотела мне назначить, чтобы я мог в безопасности держать ее в своих объятиях всю ночь.
Киан разочарованно хмыкнул, толкая дверь, и я нахмурился, когда она приоткрылась всего на дюйм, прежде чем ее заклинило. Он уронил свой футбольный шлем на землю и снова попытался толкнуть ее.
— Что, черт возьми, происходит? — Спросил Сэйнт.
— Ее заклинило, — ответил Киан. — Я думаю, что по ту сторону нее что-то есть.
— Что? — Мое сердце бешено заколотилось, когда я тоже бросил шлем и двинулся вперед, чтобы помочь толкнуть дверь, но, как он и сказал, она не сдвинулась ни на дюйм. — Ты же не думаешь, что преследователь…
Я даже не успел закончить предложение, как Сэйнт рванул от меня прочь, выкрикивая имя Татум, когда он обошел здание и начал заглядывать в окна.
Я обменялся обеспокоенным взглядом с Кианом, и мы побежали в другую сторону, обходя церковь и обнаруживая, что жалюзи на всех гребаных окнах закрыты.
— Татум! — Заорал я, настоящий страх пронзил меня, когда я представил ее запертой там с каким-то психопатом.
Киан остановился у витражного окна, выходившего на фасад здания, и попытался заглянуть через него, но это было чертовски бессмысленно. Стекло было слишком расплывчатым, и казалось, что единственный свет внутри исходил от камина.
Над головой прогремел гром, и ледяной дождь обрушился на меня. Я наконец нашел единственное окно в здании, где не были задернуты жалюзи, и бросился к нему, чтобы заглянуть внутрь. Я приложил ладони к глазам, наклонившись поближе к стеклу, выходящему из мини-кухни в сторону главной гостиной, и замер, когда звук No Scrubs от TLC донесся до меня из внутренней аудиосистемы.
Татум была там. Одна. Танцевала посреди комнаты и пела во всю силу своих легких.
Я стукнул кулаком по окну, и она огляделась с озорной улыбкой, глядя мне прямо в глаза, произнося одними губами слова песни и хохоча во все горло.
— Я нашел ее! — Крикнул я, прежде чем кто-то из остальных начал разбивать окна, чтобы попасть внутрь.
Сэйнт появился первым, его глаза сверкали от страха, и я отошел в сторону, чтобы позволить ему тоже заглянуть в окно.
— Какого черта она делает? — Потребовал ответа он.
 
— Танцует, — ответил я, указывая на очевидное.
Следующим из-за угла показался Киан, его зубы яростно оскалились, когда он заметил ее.
— Что за черт? — Прорычал он.
— Она опрокинула обеденный стол перед этой чертовой дверью, — сказал Сэйнт, вытягивая шею, чтобы посмотреть.
Он стукнул кулаком по стеклу, и Татум снова огляделась, показывая нам, чтобы мы уходили, прежде чем отбросить волосы и вернуться к своему танцу.
Киан расхохотался, и я тоже ухмыльнулся, но Сэйнт выглядел готовым убить ее.
— Она выходит из-под контроля, — прорычал он.
— По-моему, это горячо, — ответил Киан.
— Мы не можем так оставить это, — настаивал Сэйнт. — Давайте пойдем и научим ее, что именно происходит, когда она ведет себя вызывающе.
— И как же? — Спросил я.
— Я работаю над этим, — проворчал он, отходя от окна и направляясь обратно к входной двери.
Сэйнт поднял шлем Киана с того места, где он бросил его у двери, и прижал к его груди.
— Выломай дверь, если понадобится, — прорычал он, и Киан злобно ухмыльнулся, натягивая шлем на голову.
Сэйнт тоже бросил мне шлем, и я мрачно рассмеялся, натягивая его.
Киан отступил на несколько шагов, затем с воплем бросился на дверь, целясь плечом в тяжелое дерево.
Он врезался в нее с оглушительным грохотом, и дверь сдвинулась на несколько дюймов.
Татум что-то прокричала изнутри, но из-за рева бури и громкости музыки, которую она включила, было невозможно разобрать, что именно.
Киан снова бросился на дверь. И еще раз.
Когда он ударил в четвертый раз, вся конструкция сдвинулась на фут вперед, и он мгновенно протиснулся через образовавшуюся брешь.
Сэйнт шел прямо за ним, а я последовал последним, быстро заперев за собой дверь, чтобы убедиться, что она не сможет сбежать от нас.
В Храме было темно, и мы прошли в открытую гостиную, где Татум отошла назад и встала перед камином, прикусив нижнюю губу.
— О, привет, ребята, — крикнула она сквозь музыку. — Я не знала, что вы вернулись.
— Там был стол, загораживающий дверь, — прорычал Сэйнт, придвигаясь ближе к ней, и я двинулся влево, в то время как Киан обошел справа, убедившись, что она окружена.
Было что-то одинаково волнующее и враждебное в том, что мы вот так окружали ее. Как будто мы были охотниками, а она нашей добычей. Мне нравилось, что она была в нашей власти. Что мы держали ее следующий ход на ладони, и ей оставалось только ждать, чтобы увидеть, в какую сторону упадет топор.
— Это было сделано для того, чтобы остановить преследователей, если они появятся, — сказала она.
— Ты посмотрела мне в глаза и вывела меня из себя, — добавил он опасным тоном.
— Это был ты? Я подумала, что там был злой призрак…
— Брось это, детка, мы знаем, во что ты играешь, — сказал Киан.
— Это потому, что мы оставили тебя одну как в прошлый раз в шторм? — Спросил я. На самом деле я был очень впечатлен тем, что она все еще была готова противостоять нам вот так. Даже после всех гребаных наказаний и жестоких розыгрышей, которым мы ее подвергли.
— О, я почти забыла об этом, — сказала она, отступая на шаг, когда мы приблизились.
Мы оставляли огромные грязные следы на ковре, и тот факт, что Сэйнт в данный момент не сходил с ума и не нашептывал всякие нежности аппарату Vax, должен был достаточно сильно предупреждать о том, насколько он зол.
— Я собираюсь предупредить вас еще раз, чтобы вы не прикасались ко мне, — сказала Татум, вытягивая руку перед собой, как будто это могло остановить нас.
На ней были спортивные штаны и черная футболка, завязанная узлом. Это определенно было не то, что Сэйнт сказал ей надеть этим вечером, и я был готов поспорить, что именно это бесило его больше всего.
Сэйнт бросился на нее, и она выхватила другую руку из-за спины, ударив большим пальцем по крышке перцового газового баллончика, который сжимала в кулаке, и выстрелила ему прямо в лицо.