Демонология по Волкову. Дилогия (СИ)

Если он выживет после этой ночи, будет чудо.
Леон резко махнул рукой, будто проводил ладонью по чему‑то, и кожа на ней лопнула, открывая зияющую рану. Демон понял его маневр, попытался дернуться, но уже в следующее мгновение Леон прижал окровавленную ладонь к лицу Павла. Тот страшно взвыл, выгибаясь. Кожа на его лице зашипела, из‑под ладони Леона пошел черный дым. Запахло паленым. Павел извивался и кричал, но Леон не убирал руку до тех пор, пока он не затих.
Это не могло убить демона или прогнать в его мир, но сейчас Леону была важно изгнать его из этого тела, оставив себе след, по которому он после найдет его. И Леон добился желаемого. Маленький кусочек чужой тьмы вошел в ладонь, спрятался в самых отдаленных уголках тела. Парень под ним потерял сознание, затих. Демон ушел, оставив после себя один труп, два истерзанных тела и двух пока еще ничего не понимающих парней.
Леон слез с Павла, но подняться не смог. Тьма, которой он тщательно напитывал себя последние два часа, взяла над ним верх. Леон попытался встать на четвереньки, но не смог даже этого. Рухнул лицом вниз, все свои силы направляя на то, чтобы удержать тьму внутри, не дать ей выбраться, пока он еще не дома, не прикован цепями к полу в комнате, из которой не сможет выйти. Пока остальные в опасности рядом с ним. Это все, что он мог сейчас сделать для них.
  
Глава 14
 
Вдали послышались сирены скорой помощи и полиции, но приблизиться к поляне машины не могли. Врачам пришлось идти пешком, поэтому в поле зрения они появились не так быстро, как хотелось бы. Все это время Алиса прижимала онемевшие уже руки к телу Мирославы, не отрывая взгляда от ее груди. Каждый раз, когда грудная клетка опускалась для выдоха, Алиса боялась, что она больше не поднимется. Молилась всем богам, теперь веря в каждого, только бы Мирослава дождалась помощи. Видела, что с каждой минутой, которая утекала сквозь пальцы вместе с кровью, Мирослава дышит все медленнее и поверхностнее.
Люди в форме скорой помощи оттеснили ее и Софи от Мирославы, и за их широкими спинами Алиса перестала видеть бледное до синевы лицо подруги. Кто‑то взял Алису за плечи, отвел в сторону.
– Нужно увести Леона, – тихо сказала Софи. – Он набрал в себя слишком много тьмы, это видно невооруженным глазом. Могут быть вопросы.
– А еще это крайне опасно, – добавил подошедший к ним Влад.
Пистолет у него забрали полицейские, но самого отпустили. Начальник полиции хорошо его знал. Он, собственно, единственный и понимал, что Леона надо убрать подальше, а потому велел Владу сделать это, только чтобы утром тот явился на допрос с объяснениями по стрельбе.
– Вы справитесь сами? – с надеждой спросила Алиса. – Я поеду с Мирославой. Обещаю, я приеду утром.
– Тебе незачем торопиться, – покачал головой Влад. – К Леону сейчас нельзя, он тебя убьет.
Софи и Влад быстро увели Леона, Алиса поторопилась за врачами скорой помощи, намереваясь во что бы то ни стало уехать с Мирославой. Впрочем, ее никто не стал прогонять, разрешили тихо сидеть в углу машины, пока врачи сражались за жизнь подруги.
Все то время, что машина с мигалками неслась сначала по загородной трассе, а потом и по улицам города, Алиса не могла не думать, что это она виновата в том, что случилось с Мирославой. Она пошла в сны вслед за Леоном, она привлекла внимание демона. Он запомнил ее. Алиса не сомневалась, что он выбрал Мирославу в качестве жертвы только из‑за нее. Мало ли в городе невинных девушек? А в стране тем более. Василиса приехала издалека. Тем более Мирославе уже двадцать один, она старше тех, кого он выбирает для ритуала. И все же он выбрал ее. И Алиса не могла не винить себя в этом.
В больнице ее не пустили дальше коридора. Алиса и не рвалась, конечно, понимала, что в операционной ей делать нечего. Опустилась на неудобный металлический стул, чувствуя, как дрожит все тело. Этот день был слишком сложным, но ночь обещала быть долгой, поэтому ей следовало собраться и не раскисать.
  
Надо позвонить друзьям. 
Да, она напугает их среди ночи, но Алиса точно знала, что ни один из них не простит ей, если она позвонит только утром. И, если честно, ей станет легче, если они будут сидеть на стульях рядом.
И близнецы, и Матвей с Викой принеслись в больницу уже через полчаса. Мятые, еще заспанные, насмерть перепуганные. Даже Вика выглядела неприлично бледно. Впрочем, она Алису мало волновала. Напротив, Алиса была бы рада, если бы ее тут не было.
О том, что произошло, Алиса рассказала друзьям вкратце. Конечно же, демонов не упоминала. Хватило рассказа об обычных оккультистах, решивших принести человеческую жертву.
– Я слышал об этом, – признался Арсений. – Такое ведь уже было?
Алиса кивнула.
– Около месяца назад.
– У нас в школе обсуждали, ведь погибли школьники. Подробностей никто не знал, полиция об этом не распространяется, но слухи всегда ползут. Особенно там, где много детей и ответственных за них взрослых. Говорили обращать внимание на странное поведение детей, на их тягу к сатанизму и все такое.
– Но почему Мирослава? – задался справедливым вопросом Артем. Сейчас он не походил на того шута и балагура, каким был обычно. Бледный, с широко распахнутыми глазами, он казался младше своих лет. – Она ведь уже не школьница.
Потому что я привела демона к ней! 
Эти мысли снова напомнили Алисе о том, как и почему она оказалась на работе у Леона. Надо же, она раньше не замечала за собой способности злиться на кого‑то, когда самой паршиво.
– Вика, почему ты не говорила, что твой дедушка работает у Волкова? – не сдержалась она, посмотрев на Вику.
Та побледнела, будто никто не должен был знать ее маленькую тайну.
– Причем тут… – начала она, но Алиса перебила ее:
– Это ведь он сказал тебе позвать меня на собеседование?
– Я не понимаю…
– Просто ответь.
Вика обернулась, посмотрела на Матвея, будто хотела что‑то сказать или чтобы сказал он, но тот молчал, хмурясь.
– Ну… Он сказал, что Волков ищет помощницу. И когда ты объявила, что тебе нужна работа, я вспомнила.
– Неправда. Он сказал тебе подкинуть мне идею пойти на собеседование. Потому что именно я подхожу для этой работы, он знал.
Вика наконец обрела привычную надменность.
– И чем ты недовольна? – спросила она, подняв подбородок. – Получила работу с такой зарплатой, о которой и мечтать не смела. Ты никогда и нигде не заработала бы столько, сколько тебе платит Волков. Так что можешь сказать спасибо.
Алиса сжала зубы.
– Спасибо за то, что Мирослава теперь на грани жизни и смерти? – процедила она, но тут же оборвала себя: она ведь не говорила друзьям о демонах. – Что еще ты сказала Антону? Откуда он знал, что именно я им нужна?
От Алисы не укрылось, какой взгляд бросил на Вику Матвей. И тогда она все поняла. Матвей был единственным из друзей, кто знал о ее видениях. Единственный, кому она так сильно доверяла.
– Ты рассказал ей? – глухо спросила Алиса.
Раньше Матвея ответила Вика:
– Да, он мне рассказал. И я как‑то упомянула при дедушке. Именно поэтому ты получила работу.
– Вика… – оборвал ее Матвей.
Артем и Арсений непонимающе переглянулись.
– Ребят, я не знаю, что здесь происходит, но вы уверены, что сейчас подходящее время выяснять отношения? – запротестовал Артем.
Никто из них троих не посмотрел на него.
– Не хочу… не хочу вас видеть, – пробормотала Алиса. – Вас обоих.
Она развернулась и направилась в другой конец коридора, где стоял в углу автомат по продаже кофе. Кофе она не хотела, ей просто нужно было где‑то спрятаться, но уйти из больницы, не дождавшись новостей о Мирославе, Алиса не могла.
Она не винила Вику или Матвея в том, что произошло. Если кто и виноват, то только она сама. И она даже не жалела о том, что устроилась на работу к Леону. Не жалела и о самой работе. Вика права, нигде она не заработала бы столько денег. А ведь кроме денег был еще Леон. Алиса злилась на Матвея за то, что он рассказал своей подруге ее тайну. Алиса доверяла ему. Думала, он никогда ее не предаст.