И пес с ним

– Типа того, – пробубнил он. – Короче, она сама ко мне подкатила. «Привет, – говорит, – Рубен». Мы немного потрепались, она вообще чувиха в теме, а после двинули ко мне.
– И?..
– Я толкнул ей травы на пять баксов.
– А потом отвез домой?
– Угу.
– Где она живет?
Рубен не ответил. Я на полдюйма приблизился к его ноге, осторожно, ползком, ползком.
– А может, высадил возле магазина?
– Точняк, возле магазина.
– Хочешь услышать пророчество? – спросил Берни. – Твое будущее отнюдь не безоблачно.
– Чё?
– Едем дальше. Когда ты в последний раз видел Мэдисон?
– Так это ж и есть последний!
– Будь добр, припомни позавчерашний день.
– Позавчерашний?
– Четверг. Она пропала в четверг.
– Чё, она пропала?
– Бесплатная подсказка, – спокойно произнес Берни. – Только умные люди умеют прикидываться дураками.
– Не понял…
Теперь я находился на расстоянии короткого прыжка от Рубена. Из-за губ как-то сами собой показались зубы.
– Выкладывай по порядку, где был и что делал начиная с позавчерашнего утра, – приказал Берни.
– С утра? – похлопал глазами Рубен. – Парился в каталажке.
– Постой, как так?
– Меня упрятали за решетку! В среду вечером припаяли превышение скорости. Выпустили на поруки всего пару часов назад.
Берни задержал долгий взгляд на физиономии Рубена, затем отложил автомат и достал из кармана сотовый телефон.
– Черт, нет сигнала, – выругался он.
– Звони с моего, – предложил Рубен.
Берни набрал номер.
– Джина? Это Берни Литтл. Проверь, пожалуйста, есть ли что-нибудь по задержанию некоего Рубена Рамиреса. Если да, то как долго он находился в окружной тюрьме?
Нам пришлось подождать. Рубен не сводил глаз с моих челюстей. Желание укусить его – признаюсь, такое находит на меня не часто, но если уж приспичит, берегись! – стало сильнее.
– Спасибо, Джина. – Берни нажал кнопку отбоя и вернул Рубену мобильник. – Похоже, все сходится.
– Может, извинишься?
Берни расхохотался. Обожаю его смех! Иногда во дворе я начинаю скакать и вертеться как сумасшедший – верное средство рассмешить моего напарника.
– Чего ржешь? – насупился Рубен.
Берни перестал смеяться. Он снова ткнул в плечо Рубена стволом обреза, на этот раз ощутимее. Рубен поморщился.
– Ты меня хорошо слышишь? – поинтересовался Берни.
– Говорю же, я сидел в каталажке! Какого хрена…
– Опустим эту часть. Каким образом Мэдисон добралась от тебя домой?
– Я ее, блин, отвез! – воскликнул Рубен.
Вообще-то я не обратил внимания на слова, потому что в этот момент неожиданно сомкнул зубы на его щиколотке. Ничего страшного, никакой крови, но здоровенный детина взвыл, как будто его разорвали пополам.
– Ладно, ладно, я ее не отвозил! Убери своего чертова пса!
– Следи за языком!
– Господи, ну пожалуйста! – Рубен задергался на полу.
– Чет.
Я разжал зубы. Это потребовало от меня невероятного усилия.
– Чет, погуляй немножко, – попросил Берни.
Я немножко погулял, рассеянно стащив со стола гамбургер.
– Если ты не отвозил Мэдисон, – продолжил беседу мой напарник, – как она попала к себе домой?
– Ушла, и все.
– Отважилась идти пешком по такому опасному району? С какой стати?
– Черт ее разберет.
– Напрягись, – подбодрил Рубена Берни. – Нам с Четом просто необходимо это знать.
Рубен посмотрел на меня, в его взгляде определенно мелькнул страх. Я как раз облизывался, собирая с подбородка крошки от гамбургера.
– А чё тут такого? У меня было романтическое настроение, у девки – нет.
– Ты не очень-то похож на романтика.
Рубен задумчиво нахмурил брови, как будто узнал что-то новое о себе.
– Я ее не трогал, – сказал он. – Почти. Она просто ушла.
– В каком направлении?
– Альмонте-стрит.
– Ты следил за ней?
– Не-а. Там стояла эта странная тачка.
– Что в ней странного?
Рубен поднял свои массивные плечи и медленно опустил их.
– Тачка не местная. – Он посмотрел в окно; одно из стекол было заклеено изолентой. – Может, тот чувак хотел ее подвезти.
– Какой чувак?
– Белобрысый, в тачке. Когда чувиха проходила мимо, он открыл дверцу и, типа, вытянул руку.
 
– Вытянул руку?
– Типа, остановить ее. Но она не остановилась. Кажись, даже побежала. Туда, в сторону Альмонте.
– А блондин?
– Сел в тачку и поехал.
– За ней?
– Не помню.
– Подумай.
Рубен зажмурился. Прошло некоторое время.
Берни вздохнул.
– Какой марки была машина?
– «Бумер», – быстро ответил Рубен. – Я ж поэтому и заметил.
– Какой модели?
– В моделях не секу.
– Цвет?
– Синий.
Когда Берни что-то беспокоит, его брови сдвигаются к переносице, а глаза словно бы смотрят внутрь. Именно это я сейчас и наблюдал. По дороге к машине я задрал лапу у ворот и пометил еще парочку мест.
Мы съездили в круглосуточный магазин на Альмонте-стрит. Девушку никто из продавцов не запомнил. Мной тоже овладело смутное беспокойство.
  
8
 
– Вырисовывается сценарий, – неожиданно сказал Берни, чем немало меня озадачил. – Вполне логичный, хотя лучше бы мне ошибаться, – продолжил он, окончательно вводя меня в недоумение.
Мы ехали по нашей улице, Мескит-роуд. В окне соседского дома я увидел Игги. Он тоже заметил меня и залаял, но звука я не услышал. Игги принялся бегать взад-вперед по подоконнику. Я выпрямил спину и обернулся в его сторону, навострив уши. Потом Игги исчез из виду.
– Представь, – вслух размышлял Берни, – что кто-то дважды пытался похитить Мэдисон. В первый раз, возле дома Рубена, она вполне могла не сообразить, что это попытка похищения, решив, что к ней просто вяжется какой-нибудь урод. Даже если Мэдисон испугалась – а я так не думаю, – Тим Флетчер утверждал, что девушка вовсе не выглядела расстроенной.
Берни замолчал и поглядел на меня. Тим Флетчер? Кто такой?
– В любом случае Мэдисон не собиралась рассказывать матери об этой истории, иначе раскрылся бы ее обман насчет «Доктора Живаго». Понимаешь, что выходит?
Нет, не понимаю. Получается, Рубен Рамирес – не преступник? Гм, этот тип и выглядит, и пахнет, как преступник, мы таких много поймали.
– Выходит, похищение не спонтанное, а запланированное. Первая попытка, у дома Рубена, провалилась, и тогда похититель предпринял вторую, более удачную. Где и как это произошло, мы должны выяснить. Будем искать блондина на «БМВ», на синем «БМВ», если верить нашему Рубену, хотя свидетель из него не самый надежный.
Марки автомобилей, цвета – и в том и в другом я разбираюсь слабо. И все же синий цвет мне знаком. Это цвет неба и глаз Чарли.
Берни свернул на подъездную дорожку.
– И разве машина у торгового центра…
Он не договорил. Машины, машины… Перед нашим домом стояла еще одна, незнакомая, большая и черная.
Берни припарковался. Из большого авто вышел человек и приблизился к нам. Мы тоже вышли. Мужчина был примерно одного роста с Берни, но уже в плечах. Еще у него была козлиная бородка – деталь, которая всегда привлекает мое внимание. Я принялся разглядывать ее и только тут учуял запах этого человека, худший в целом мире: запах кошки. От незнакомца, который приехал к нам, пахло… нет, воняло кошатиной!
– Мне нужен Берни Литтл, – сказал мужчина. Некоторые люди, к примеру, Сьюзи Санчес или (безусловно!) Чарли, обладают приятным голосом. Этот человек – нет.
– Перед вами, – коротко ответил мой партнер.
Незнакомец нахмурился.
– Меня зовут Дэймон Кифер. Насколько я понял, моя бывшая супруга, не посоветовавшись со мной, наняла вас для розыска нашей дочери, Мэдисон.
– Синтия наняла нас, это верно, – подтвердил Берни.
– И?..
– Что?
Вопросы, вопросы… Меня самого мучил вопрос: не сидит ли в этой большой черной машине кошка или даже несколько кошек? Вряд ли. Кошки в отличие от нас, собак, не большие любители кататься в автомобиле – еще одна особенность, которой я никогда не понимал в этих созданиях. Что может сравниться с ездой в машине? Допустим, есть несколько других вещей – я припомнил отдаленный лай собачьей леди, – но их немного. Может, кошки просто не умеют развлекаться? Кто знает. Тем не менее вероятность того, что в машине прячется кошка, хоть и была невысока, однако не исключалась полностью, а кошка в черной машине равнялась кошке на нашей территории! Я услышал грозное рычание. Сложилось смутное впечатление, что рык доносится из моей глотки. В следующий миг я перешел к действиям.