Неспящая красавица (СИ)

Но такое он видел впервые: будто на бумаге реальности проявлялось изображение. Сначала неясный силуэт, потом очертания стали четче, пока не начал приобретать черты человека.
– Надежда Ивановна, – маг привлёк внимание барышни. – Только не пугайтесь, – и кивнул на соседний стол. Предупреждение было нелишним. Потому что Надя вздрогнула, но хотя бы не закричала. Полицейская шарахнулась в сторону, за ней – Илья. Оба подскочили, оказываясь рядом с Андреем.
Человек за столом тем временем становился всё более материален. Это был грузный мужчина с пышными усами и в поварском кителе. По его позе можно было предположить, что повар, а это было именно он, присел на минутку отдохнуть и задремал прямо так.
Андрей покосился на Илью. Тот, как ни странно, держался. Но глаза у него были огромными. Да уж, он сам подобные чудеса видит впервые, что уж говорить о камердинере.
Фигура совсем вырисовалась в пространстве. Повар всхрапнул громко, отчего разбудил сам себя, вздрогнул, едва не падая со стула.
– Кто здесь?!
Несмотря на всю серьезность ситуации, Надя едва удержалась от смешка. Впрочем, барышня быстро оправдала себя тем, что это нервное. Вокруг происходил полный абсурд, люди вокруг едва ли не поднимались из могил, а она, если верить Андрею, вообще погибла получасом ранее. Психика просто пыталась подстроиться.
– Карл Арнольдович, – полицейская первая сделала шаг вперед, привлекая внимание повара. Она его хорошо помнила, правда, не факт, что он вспомнит её.
– Кто вы и что забыли на моей кухне? – загремел повар, шумно поднимаясь со своего места. Взгляд его метнулся к Андрею и Илье. – Илья, опять ты! Это что, твои друзья?
– Карл Арнольдович, это дознаватели, – попытался оправдаться рыжий камердинер, но повар его, кажется, не слышал.
– Какие ещё дознаватели? – повар вскочил со своего места, заозирался в поисках чего-то. – Не надо нам тут никаких дознавателей… – взгляд его наткнулся на искомое. Карл Арнольдович в два счета достиг своей цели и уже через пару мгновений двинулся на них с кочергой наперевес.
– А, ну! Пошли с моей кухни! И ты, охломон!
Кочерга просвистела в опасной близи от носа Ильи. Тот поспешил нырнуть за спину Нади, что оказалось тактической ошибкой.
– Только и горазд, что за женской юбкой прятаться!
– Карл Арнольдович! – Надя примирительно выставила ладони вперёд, пытаясь избежать кровопролития. Крепко же рыжий камердинер насолил повару. Неизвестно, чем бы закончился этот конфликт, если бы сзади не послышался всхлип. Очнулись (пока другого глагола к этому действу Надя подобрать не могла) мальчишка-поваренок и кухарка.
Дознавателям пришлось по десятому кругу рассказывать одну и ту же историю. Причём полицейская поймала себя на неприятной мысли, которая была совсем уж непозволительна для той, кто должен был оберегать и защищать: что ей это уже порядочно надоело. А странные события, происходящие вокруг, начинают восприниматься как само собой разумеющиеся. Так недолго привыкнуть и потерять всякую бдительность.
Взгляд метнулся к Андрею, который пытался умаслить Карла Арнольдовича. Услышав вести о том, что о самом Владимире Александровиче ничего не известно, повар встал в позу и заявил, что пока не станет известна судьба хозяина, он и пальцем не пошевелит.
– Если все вокруг превратились в скотов, не помня, кто дал им кров еду, то я не таков! Нет-нет, милостивый государь, Бог не Тимошка, видит немножко! – И повар сложил могучие ручища на груди, показывая, что и с места не сдвинется.
Надя же смотрела на мага, который пытался найти ключик к сердцу упрямого Карла Арнольдовича. Мог бы он приказать повару? Мог. Мог бы заставить его работать силой? С помощью магии – легче лёгкого. Голицын был в силах не то что заставить повара готовить, а танцевать гопака и варить щи одновременно. Но Андрей был хоть и настойчив, но вежлив и аккуратен. Почему-то это никак не вязалось с образом удалого штабс-фельдфебеля, который она нарисовала себе при встрече с магом. Она таких видала много, пока жила в столице.
 
Когда молодые фельдфебели входили в бальный зал, всё кругом меркло от их сияния. Мундиры с иголочки, начищенные до блеска сапоги, безупречные манеры, очаровательные улыбки, обольстительные речи. Каждый из них был завидным женихом. Если по рождению маг не обладал титулом или имуществом, то всем этим его обеспечивали врожденные способности к магии. Платили за такую опасную службу хорошо. К тому же многие из них не брезговали прибегать к алхимикам для того, чтобы улучшить здоровье и внешний вид. Кто не хотел бы такого в мужья или зятья?
Обласканные почетом и вниманием, они зачастую пренебрегали простыми человеческими качествами и даже законом. Что и подтвердила информация, которую Надя услышала из уст своего начальника: Голицын не первый раз стрелялся на дуэли, соперника убил, обычного человека, не мага, между прочим, а теперь сослан сюда, отсидеться, так сказать, пока на него снова не обрушится милость начальства.
Таким, как он, убить человека – что прихлопнуть назойливую муху. Что ему сделал тот гвардеец? Отдавил начищенный сапог? Не поделили столичную красавицу?
Но теперь нарисованный образ никак не сходился с реальностью. На деле маг казался хоть и немного заносчивым павлином, но при этом понимающим и заботливым. Вспомнить хотя бы, как он примчался к ней на второй этаж, когда услышал выстрелы. Или как он вливал в неё силы. Или это его галлюцинация в саду. Не просто так же Андрею привиделась её смерть.
Тем временем пока они разговаривали, кухня постепенно начала приобретать свой первоначальный вид. Как и в гостиной, всё менялось будто по велению чьей-то невидимой руки. Стены, потолок, мебель и кухонная утварь вновь приобретали вид, что и двадцать лет назад. Со стороны это выглядело так, будто кто-то стирал тряпкой пыль, только с пылью уходили и естественные разрушения вещей, возвращая все на свои места. Как и в первый раз, это выглядело впечатляюще.
– Надежда Ивановна?
Надя встрепенулась, понимая, что её уже некоторое время зовут, но она не слышит. Все взгляды были обращены на неё, а она смотрела на одного лишь Андрея. Кровь прилила к щекам, неловко как…
– Простите, я задумалась, – она побыстрее постаралась отвести взгляд. Наткнулась на лицо камердинера, который улыбался. Понимающе и… как-то печально.
– Говорю, идёмте в ледник, посмотрим, останемся ли мы сегодня голодными, – мягко произнес маг, делая вид, что не заметил пристального взгляда полицейской на себе.
* Лучшим выпускницам Смольного института благороднх девиц по выпуску преподносился "шифр" – золотой знак с инициалами императрицы. Лучшие из лучших становились фрейлинами двора. "Быть пожалованной шифром" – означало получить придворное назначение на должность фрейлины.
  
Глава 8
 
В леднике их ждала удача. Заключалась она в том, что все продукты оказались на месте. Карл Арнольдович поцокал языком, понюхал рыбу, что лежала на леднике, потрогал овощи и вынес свой вердикт:
– Каша гурьевская, консоме с пирожками, яйца кокот, – перечислил он таким тоном, будто не меню завтрака декламировал, а состав личного войска.
Раздался звук, похожий на урчание огроменного кота. И Андрей хоть и был голоден, но был уверен, что это не у него.
– Карл Арнольдович, голубчик, спасёте на всех! – маг приложил ладонь к груди. – Может вам кого в помощь отрядить?
Повар, сначала недовольно поморщившийся, задумался, кивнул:
– Дуню и Груню пришлите ко мне, лишним не будет. А Сашка и этот рыжий пусть накрывают.
На том и порешили. Когда повар ушел, ворча себе что-то под нос, Андрей проверил артефакты, которые должны были поддерживать холод. Те, к великому удивлению мага, работали и даже были достаточно заряжены. Он на всякий случай влил в них ещё немного своей энергии, но исключительно, чтобы перестраховаться.
В коридоре, который вслед за остальным подвалом тоже восстановился, уже ярко горели светильнике, дознавателей поймал «тот рыжий».