Неспящая красавица (СИ)

– Как думаете, это поможет? – спросила Надя.
Кажется, они с магом пришли к одному и тому же выводу – пробуждение дома и его жителей зависело от камина. Он как будто своим теплом пробуждал ото сна сказочное сонное царство.
– Вот и проверим, – пожал плечами Андрей. Он выдвинул один из стульев, жестом пригласил Надежду присесть. Полицейская отодвинула себе другой стул и села неподалёку.
На языке вертелось: «Упрямая пигалица». Но Андрей только хмыкнул. Потянулся было к портсигару, достал одну из сигарет, но закуривать не решился. Воздух тут и без того был тяжёлый, спёртый. Не удивительно, учитывая, что здесь никого не было вот уже двадцать лет. Зато самое время было выяснить вопрос, который не давал ему покоя.
– Надежда Ивановна, – полицейская повернула голову к магу. – Вы мне не хотели бы ничего рассказать?
Было одно мгновение, когда брови её взметнулись вверх, глаза расширились, словно бы в испуге… Но в следующую секунду Надежда уже поморщилась, словно от зубной боли.
– Что, например? Как звали моего любимого пони? – полицейская скрестила руки на груди.
– Не вижу толку от этого, безусловно, интересного факта, – Андрей провёл в воздухе сигаретой. – Например, почему вы мне не рассказали о том, что являетесь единственной наследницей всего этого великолепия?
– Откуда вы знаете? – Надежда немедленно вспыхнула.
Вот уж темпераментная натура, – подумал Андрей, – и как ей с такими качествами в полицейском управлении служится.
– Ваш любезнейший изобретатель нашептал, – не стал отпираться маг. – Он, видите ли, принял меня за вашего жениха и пришёл в ночи выяснять, какие у вас планы на наследство вашего дядюшки.
– Не нужно мне никакое наследство, – едва не зарычала полицейская, впиваясь пальцами в стол. – Ни дядино, ни матушкино, ни отца! Как вы не понимаете!
– Надежда Ивановна… – Андрей, конечно, ожидал, что Надя среагирует остро, но не настолько.
– Я ведь похожа на ту, что гоняется за наследством, да, Андрей Сергеевич? – Полицейская резко встала, распаляясь всё сильней. – Отказалась от шифра*, чтобы уйти из Смольного, да поступить в кадетский корпус, уехала из столицы, наверное, всё для того, чтобы получить в наследство прогнивший особняк дяди, которого я не видела двадцать лет?!
Но успокоить разошедшуюся не на шутку полицейскую Андрей не успел. Откуда-то из коридора раздался звон стекла и отменная ругань.
Молодые люди бросились из кухни по направлению к ругани, которая служила отличным путеводным маяком.
– Что в других комнатах?
– Ледник, винный погреб… – Надя запнулась. Они встали посреди коридора, голоса стихли, надо было решать, какую из дверей дергать.
Андрей потянул за ближайшую и не прогадал. Из дверного проема на мага практически вывались двое молодых людей. Единственным источником света здесь был по-прежнему магический огонь, и эти двое застыли, ошарашено глядя на горящую синим пламенем руку.
Маг поспешил рассмотреть этих двоих. Один рыжий, бледный с вихром кудрявых волос и большими глазами, второй с вытянутым лицом, длинным, тонким носом и темными, зализанными в аккуратную прическу волосами. Обоим молодым людям было около двадцати лет, и их роднил похожий строгий наряд – брюки, жилетка, белая рубашка. Правда, у рыжего на груди красовалось огромное тёмное пятно… Андрей с замиранием сердца подумал, что это кровь, но потом пригляделся и понял, что это вино.
К предсказателю не ходи, это два пропавших камердинера Владимира Александровича и его гостя. Вид парни имели растрепанный и немного ошалевший.
– Господа, – приосанился тот, что с длинным носом, в голосе послышались знакомые строгие нотки. Андрей готов был ставить свою голову на кон – это был сын Остина и Прасквеьи Фёдоровны. – Извольте представиться.
– Голицын Андрей Сергеевич, штабс-фельдфебель, а это Огонь-Догоновская Надежда Ивановна, капитан-дознователь. Вы не ранены? – Кивнул он на рыжего.
Камердинер стушевался, попытался поправить свой жилет так, чтобы пятна не было видно, но это было заранее бесполезное занятие.
 
– Э, нет. Произошло недоразумение…
– Что вы, собственно, тут делаете? – прервал его коллега, насупившись. Андрей переглянулся с полицейской.
– Пройдемте на кухню, там и поговорим, – аккуратно предложил маг. На этот раз переглянулись молодые люди. Они как будто без слов, одним лишь взглядом пытались решить что-то. В конце концов, рыжий пожал плечами, и его коллега кивнул.
На кухне двое дико заозирались, очевидно, слабо понимая, как за время их отсутствия могли произойти такие кардинальные изменения. Оба камердинера застыли на месте.
– Не понимаю…
– Господа, я правильно понимаю, что вы, – Андрей указал на рыжего. – Илья, камердинер графа Долгорукова, а вы – Александр, камердинер Владимира Александровича?
– Всё верно, но что здесь происходит? – на этот раз голос подал Илья.
В который раз Андрею пришлось пересказывать произошедшее. Каждый раз рассказ лишь удлинялся и удлинялся. С внутренней тоской маг подумал о том, что сейчас проснутся обитатели кухни, и все придется пересказывать заново.
В отличие от изобретателя, молодые люди спорить не стали. Лишь Александр, хмурившийся всё сильнее, произнес:
– Думаю, мне необходимо подняться к родителям.
– Сначала расскажите, что вы делали в винном погребе, – Андрей красноречиво кивнул на «кровавое» пятно на рубашке.
Молодые люди переглянулись каким-то одним им понятным взглядом. Слово снова взял Александр.
– Господа изволили отдохнуть перед ужином, у нас было свободное время.
– И вы решили в свободное время показать гостю коллекцию вина Владимира Александровича? – не без иронии поинтересовалась Надя, молчавшая до этого.
– Да, – не дрогнув голосом ответил камердинер. – Быть может, даже открыть одну из бутылок, – смело заявил он. Глаза Ильи при этом расширились от удивления.
Андрей задумчиво потёр переносицу. Уж слишком смело камердинер заявлял о покушении на господское вино, да и на пьянство, когда ещё впереди был ужин, на котором явно должно было прислуживать гостям и хозяину. Ох, не за вином эти двое ходили в погреб…
– Что произошло дальше?
– Да мы так и не поняли, – посетовал рыжий, почесывая свои вихры. – Очнулись в полной темноте, я вот бутылку нечаянно разбил. – Он указал на свою рубашку. – А потом вы…
– Я могу идти? – Александр вопросительно посмотрел на Андрея.
– Конечно, только предельно аккуратно.
– Илья, а вы не могли бы ответить еще на пару вопросов? – Надя достала из кармана свою записную книжицу. Камердинер, проводив Александра взглядом, рассеянно кивнул. Они вместе прошли к столу, расселись. Андрей остался стоять в центре кухни, внимательно наблюдая за тем, что произойдет дальше. В прошлый раз он пропустил то, как преобразился первый этаж, а это, тем временем, могло оказаться чертовски важным.
– Когда вы прибыли в поместье?
– Три дня назад.
– И сколько планировали здесь пробыть?
– Почем мне знать? У господ дела были какие-то нерешенные. Ну да и мы долго сидеть не могли… – Илья осекся, по всей видимости, сболтнув лишнего.
– И почему же? – Надя вцепилась в случайную зацепку как истинная ищейка.
– Да, видите ли, Александр Борисович с некоторых пор стал нежелательной персоной в столице, он полагал, что его преследуют, – в этот момент Андрей с интересом скосил глаза на рыжего камердинера. Тот, неловко оправляя воротничок испорченной рубашки, нехотя выдавал тайны своего хозяина. – И он хотел поскорее уехать за границу.
– Кто преследует?
Илья покосился на стоящего поодаль мага. Но Андрей этого уже не видел. Он неотрывно смотрел за тем, как на стуле рядом с полицейской появляется силуэт.
Однажды Андрей попал заднюю комнату к фотографу, впервые увидев таинство созданий фотокарточек. Негатив будущей фотографии помещался в специальный алхимический раствор, и постепенно на бумаге проявлялось изображение.