На свою голову

Наспех связавшись с Малфой-менором, Северус выяснил, что Люциус не только уже в курсе сомнительной находки, но и именно сегодня отбыл к Ноттам для беседы со старейшим представителем их семейства — артефактором Теофастом Ноттом.
Не торопясь закончив работу над очередным заказом, Северус ещё раз, чтобы точно ничего важного не упустить, расспросил Гарри про находки и отправился к Малфоям, подгадав время так, чтобы Люциус уже наверняка был дома, и ему не пришлось развлекать Нарциссу пустой болтовнёй.
  
* * *
В Малфой-меноре, вышедшая встретить гостя, хозяйка повела себя странно. Нарцисса вопреки опасениям Северуса не только не завела пустопорожних речей, а наоборот старалась рта лишний раз не открывать, смущённо прятала глаза и, проводив его до кабинета мужа, быстро ретировалась, напоследок пообещав прислать кофе с домовиком.
— О, Северус, мой гениальнейший друг! — стоило Снейпу перешагнуть порог комнаты, как Люциус, поначалу приветственно склонивший голову, неожиданно уставился на него задорным взглядом, крайне не аристократично хрюкнул и, давясь смехом, с трудом продолжил: — Если мне когда-нибудь придёт в голову глупейшая мысль рассориться с тобой, просто напомни мне, кто является твоим воспитанником.
Северус с удивлением рассматривал полную довольства рожу — по-другому и не скажешь! — своего друга. Яркий румянец на обычно бледных щеках и сверкающие глаза наводили на мысль, что ещё до его прихода, смеялся… нет, ржал, сиятельный лорд долго и с удовольствием. Поддавшись сомнению, Северус осторожно принюхался. От Малфоя слегка пахло настолько дорогим вином, что напиваться им было бы настоящим кощунством. Да и не имелось у сиятельного лорда такой дурной привычки — напиваться. Оставалось предположить, что случилось что-то, о чём сам Северус ещё не знал.
— Ну-ну, не стоит, Люц, так откровенно льстить, — теряясь в догадках, осторожно начал он. — При способностях Гарри любой мог бы…
— Нет-нет, не приуменьшай своих заслуг! Только тебе хватило бы таланта огранить такой бриллиант, как наш золотой мальчик. Скажу без преувеличений, в чём-то малыш Гарри так же гениален как и ты.
— Люц, ты вроде к Ноттам ходил дела обсуждать. Может объяснишь, какое отношение имеет Гарри…
— Трансфигурация, — фыркнул Малфой и вдруг оглушительно расхохотался.
— Трансфи… Что и во что Гарри трансфигурировал?
— Кошку… в… во… — лорд сложился едва ли не пополам не в силах продолжать.
— Люц, хорош ржать. Чью кошку? Во что он её превратил?
— МакКошку.
— Гарри трансфигурировал МакГонагалл? Что ты несёшь?! Он не мог! Да и каникулы сейчас… — видя, что у приятеля от смеха брызнули слёзы и к связной речи он совершенно не способен, Северус решил, что настала пора крайних мер и вытащил палочку. — Агуаменти!
Поток холодной воды окатил сиятельного лорда с ног до головы, заставив закашляться. Идеально уложенные волосы повисли слипшимися сосульками, а щегольской костюм превратился в невзрачную мокрую тряпку.
— Сволочь ты, Север, — обиженно проворчал Малфой, выплюнув попавшую в рот прядь платиновых волос. — Весь кайф обломал.
— Сволочь, сволочь, — покладисто согласился Снейп. — А теперь чётко и по порядку. Что за кошка? Никаких кошек у Ноттов отродясь не имелось. А если бы и имелись, то Гарри животных обычно не обижает. И при чём тут МакГонагалл? Она как сидела в школе, так и сидит. Да и сам Гарри никуда…
— Твой Поттер «превратил» нашего дорогого профессора. М-да, можно сказать своего рода трансфигурация… из преподавателя в незадачливого паяца.
— Из кого в кого? Люц, что ты пил?
— Это образно. Вроде как метафора…
— Люц, не зли меня. Я просил внятно и по порядку…
Малфой бросил хитрый взгляд на нахмуренные брови друга и вдруг хихикнул:
— Север, скажи, а ты вообще в курсе, как у твоего приёмного дитяти уроки трансфигурации проходят?..
* * *
Домой Северус вернулся на взводе: с одной стороны, хотелось посмотреть на этот цирк и убедиться, что Люциус ничего не преувеличил. С другой стороны, просто руки чесались устроить Поттеру такую профилактическую «беседу», чтобы до конца учёбы в Хоге её помнил.
Передав через Майка приказ, чтобы Гарри через четверть часа явился к нему, Северус поспешил в кабинет, надеясь за это время хоть сколько-то успокоиться. Можно сказать, что ему это удалось. Во всяком случае, когда мальчик тихо поскрёбся в дверь и, дождавшись приглашения перешагнул порог, оторвать ему уши или превратить в обезьянку, уже не хотелось.
— Гарри, — Северус выбрал самый вкрадчивый тон, на который только был способен, — а не скучно ли тебе в школе на уроках?
Почуяв подвох, Поттер непроизвольно втянул голову в плечи, пытаясь предугадать, куда вывернет этот разговор.
— Ну… смотря на каких… А вообще нет, не скучно! Представляешь, Северус, всё получилось в точности как ты и говорил! Когда учишься вместе с другими — это ещё интереснее. Я даже свою собственную теорию придумал! И мы её даже чуток опробовали. Можно я тебе свои записи принесу и ты мне что-нибудь очень нужное посоветуешь? У тебя же опыт и… — Под хмурым взглядом, Гарри примолк, поняв: тактика отвлечения и лести не сработала. — А как там дела с артефактами обстоят? Дядя Люциус вроде к Ноттам на консультацию ходил?..
— Как хорошо, что ты об этом вспомнил. Тео вот прадеду воспоминания кое-какие в думосбор слил, да немного перестарался и случайно ваш урок Трансфигурации захватил. Ты мне по этому поводу ничего рассказать не желаешь?
Отпираться было бесполезно. Какой именно урок Тео случайно слил, Гарри и так прекрасно представлял. Ничего особенного там не было: так, подёргал Кошку за «усы», чтобы не расслаблялась. Если бы знал, что так глупо спалится, сидел бы тише мыши. Ну что сказать — не повезло! А судя по тому, как Северус щурился, об остальных уроках взрослые тоже узнали. Значит, не повезло вдвойне. Мысленно пообещав себе наградить Тео подзатыльником, Гарри решил сознаться, но перед этим напомнить Северусу, что и его собственное отношение к гриффиндорскому декану далеко от обожания.
— Ну ты же сам МакГонагалл терпеть не можешь.
— А ты откуда знаешь, что я терпеть не могу Минерву? — Северус взглянул на Гарри с любопытством. Старую Кошку он действительно не любил и не только из-за Мародёров, но Гарри об этом не рассказывал, стараясь не создавать у мальчика предвзятого отношения. В конце концов его биологические родители своего декана любили и уважали.
— А ты всегда, когда про неё говоришь, морщишься. Вот и сейчас тоже. А ещё раньше, когда про свою учёбу рассказывал, у тебя лицо каждый раз становилось такое… м-м-м… закрытое?
— Замкнутое.
— Ага, точно. Замкнутое. С такими лицами не говорят про людей к которым хорошо относятся.
— И ты значит решил заодно и за моё несчастливое детство на Кош… кхм… профессоре Макгонагалл отыграться?
— Почему бы и нет, раз повод имеется. Тебя это огорчает?
— Э-э-э… пф-ф… — признаться, что это его ничуть не расстраивает, а даже наоборот — радует, на взгляд Северуса было неправильно. Мальчика и так пытаются втянуть в неприятности, а так он ещё и сам себе проблемы создать может. Но и сказать, что Минерве он сочувствует, было бы бессовестной ложью. А Гарри Северус никогда не врал. Да недоговаривал, сам себе напоминая тем самым Альбуса, но не врал. — Гарри, я хочу, чтобы ты понял — преподавание нелёгкий труд. Поверь, я знаю, о чём говорю…
— Да-да, ты сам три года мелких оболтусов пытался на путь праведный наставить…
— Истинный. Путь истинный. Да, пытался. Ты представляешь, как трудно хоть чему-то научить тех, кто учиться не хочет?
  
— Так в том и дело! Я-то учиться хочу, а она не учит! Точнее учит, но так, что лучше бы не учила. Ты вообще наш учебник открывал?
— Минерва и у меня Трансфигурацию преподавала, так что не только открывал. Можешь не сомневаться, за последние двадцать лет он ничуть не изменился.
— Ну тогда ты понимаешь о чём я! Вот тебе хоть что-то из её занятий в жизни пригодилось? — уже понимая, что этот спор проиграл, Северус устало покачал головой, и Гарри вдохновился ещё больше. — Почему нельзя учить полезному? Вот мы с Блейзом пошли за ингредиентами, а у него и ножа нормального нет. Только учебный. Почему не рассказать нам, как превратить ветку в нож? Уж наверное это полезнее, чем сделать пуговицу из жука!