Жизнь за жильё
Вот только почему именно сейчас возник такой интерес к бывшему пожарному? У того же Гамлета Самвеловича, что, своих людей мало? Практически вся страна безработная… Повсюду сокращения. Из той же армии хлынул такой поток образованных, опытных и голодных специалистов, что можно легко создать свои карманные войска. Основную часть Западной группы войск вывели в чистое поле. Офицеры месяцами сидят без зарплаты. Выбирай, проверяй и в строй. Найдутся и переводчики, и знатоки местности. Лишь бы платили. Почему он?
Тимур не мог знать, что в июне 1994 года на лидера тамбовской преступной группировки было совершено покушение. Вожак выжил, подлечился, рационально оценил своё положение и при первой возможности отбыл в Швейцарию с твёрдым намерением отойти от основной преступной деятельности и найти своей группировке легальный способ заработка. Тамбовских заинтересовала торговля антиквариатом, экспорт металлов, игорный и шоу-бизнес. Сам Владимир Кумарин планировал открыть нефтяную компанию, но, обязательно сохранив свои позиции в морском порту и на ближайших государственных границах. Оттуда шёл постоянный доход в виде наличных средств от совместной с москвичами продажи наркотиков на запад и краденных автомобилей на восток. Наличность всегда была необходима для расчёта со своими людьми в правоохранительных органах, а также в депутатской сфере.
И, разумеется, для выплат гонораров рядовым бандитам. В преступной среде очень старались не задерживать зарплаты, иначе работники сами начинали искать приработок и выходили с пистолетами на узкие проспекты северной столицы. Дисциплина падала, кривая преступности в городе резко шла вверх, граждане возмущались, нормальные менты начинали звереть и пачками отправляли беспредельщиков гораздо северней Тамбова. На радость малышевским и остальным конкурентам…
Руководство тамбовской группировки переориентировалось на развитие инвестиций в легальную экономику. Новая стратегия оказалась единственно верной для выживания в столь непростое время для всего преступного сообщества. Да и общества в целом… Преступления в городе пошли на спад, особо отмороженные присели и присели надолго.
С этой целью бригадирам поручили найти башковитых и образованных людей среди своих для работы по обе стороны границы. Для общего дела оказались нужны новые ответственные члены организации и обязательно без судимостей. Вот тут Захар и вспомнил про дерзкого братана в плаще и галстуке, про подсечку ментёнка и про Гаагский трибунал. Поводил жалом и от прикормленных сотрудников проследил арестантский путь Кантемирова с присвоенным погонялом «Студент» до кирпичных стен следственной тюрьмы, где и сам оказался на неопределённый срок. Захар вышел на Севу, вдвоём погоняли чай за Студента и пошли с докладом к Гамлѐту.
Авторитет, назначенный воровской сходкой ответственным за всё северо-западное направление доходного дела, оказался в центре разборок между основными группировками бандитской столицы и случайно попал под уголовную статью. Такова жизнь воровская… Войны всегда приносят урон общему делу. Вопрос о скором выходе вора в законе решался на самом милицейском верху.
Гамлет Самвелович поручил провести негласную проверку кандидата в сплочённый преступный коллектив. Доверенные люди первым делом навестили общежитие при пожарной части, поговорили с единственной на этаже словоохотливой соседкой. Затем через «уралмашевских» коллег вышли на южно-уральских спортсменов, накрыли им поляну в самом крутом ресторане Челябинска и обсудили детство и юность Тимура. Боксёров слегка пожурили… Нехорошо так подставлять нормальных людей. Хотя и фраеров.
Спрашивать про армейские годы прапорщика было не у кого, мотострелковый полк вывели из Германии куда-то за волгоградские степи. Для собеседования с вором в законе вполне хватило добытой информации по личностным характеристикам соискателя. Хотя Тимур сам ничего не искал, но вполне подозревал о возможных проверках. Вопросы тамбовских к своим городским людям в погонах не принесли никаких ответов. Кантемиров оказался чист.
Бардак в стране сыграл на стороне засекреченного лейтенанта милиции и всей тайной операции внедрения. Тимур, сам того не ведая, прошёл серьёзный отбор в самую гущу перестройки бандитской структуры Санкт-Петербурга.
Когда камеру вывели на прогулку, Молдаванин ещё спал. Тимур решил поговорить с вором-домушником за последующим чаепитием. Как на воле, так и в тюрьме человек вполне может провиниться перед кем-нибудь. Проступки бывают разные — как и тяжёлые, так и мелкие, типа «наступил на ногу в троллейбусе». Извиняться надо в любом случае…
На воле могут спокойно закрыть глаза на некоторые проступки, а вот за тюремными стенами к этому вопросу относятся несколько нервно и гораздо строже — если не принести извинений за какой-нибудь косяк, то впоследствии можно легко получить серьёзные бубновые хлопоты. А Студенту и так забот хватало…
В тюрьме простое человеческое слово «прости» не прокатит. Надо обязательно признаться в своей неправоте и попытаться как-то загладить принесённый моральный (или материальный) ущерб. Извиняться в тюрьме нужно только тогда, когда твоя вина неоспорима, и ты её сам признаёшь. И лучше не оправдываться и не давать лишних объяснений своего проступка. Многословие в тюрьме не котируется, да и лишние подробности могут послужить поводом для дополнительной ответственности. Так что, лучше следить за своим базаром и не допускать новых оговорок.
Когда вышли из блока, к шеренге сидельцев подошёл конвоир из следственных кабинетов с бланками запросов в руках и сообщил выводному, что к арестанту Кантемирову прибыл адвокат. Студент сказал Спикеру: «У тебя сегодня бой с тенью» и отправился на встречу с защитником. Право на адвоката в тюрьме — это святое…
И снова деревянные лавки, узкий длинный стол. Вот только в углу было установлено что-то вроде клетки. Этот следственный кабинет конвой предлагал на случай, если арестант мог оказаться психически неуравновешенным или особо опасным. Кантемиров с удивлением посмотрел на неуютный уголок за решёткой и перевёл взгляд на своего защитника. Адвокат Соломонов встал и протянул ладонь.
— Больше свободных кабинетов не было. Если хочешь, можешь посидеть за решёткой.
— Не хочу. Почему так долго? — ответил Тимур, пожимая ладонь.
Присели друг напротив друга. Сергей вытащил из портфеля папку с делом подзащитного и сообщил:
— Не с чем было приходить, следователь ждал ответа на запросы челябинского следователя в Аэрофлот.
— Дождался? — Тимур напрягся.
— Да. Всё в порядке. Не летал ты в означенный период времени ни в Челябинск, ни в Магадан. Вообще никуда не летал. Так и сидел в Питере.
— Я же говорил, — выдохнул невинно обвинённый.
— И морячок наш оказался сообразительным и обещал сделать всё как надо, — улыбнулся адвокат, наклонился над столом с приготовленным листком бумаги и начал писать цифры. Тимур уже понял, что под морячком надо понимать следователя прокуратуры, и начал следить за рукой адвоката. Сергей написал цифру 1000 (тысяча) со значком долларов США, разделил на два, получилось по 500 (пятьсот). Защитник ткнул пальцем вверх и потом себе в грудь. Пятьсот следаку, пятьсот адвокату. Резонно и справедливо…
Дать взятку должностному лицу при исполнении обязанностей тоже чего-то стоит в этом мире бушующем. Тимур кивнул — согласен. Затем Соломонов минуснул из своих пятисот сотню, ткнул пальцем вверх и тихо произнёс:
— За нож. Вот только не знаем, как всё это оформить правильно…
— Да чего тут знать то? Разломали на четыре части в присутствии понятых и составили акт, — поделился опытом бывший дознаватель. Да и финка эта уже проходила подобную процедуру и осталась целёхонькой. Защитник подозрительно взглянул на Кантемирова:
— А ты откуда знаешь?
— Господин адвокат, вы уже забыли, где я провожу всё своё несвободное время? Школа жизни…
— Тимур, тебя ещё не научили магазины взламывать и сейфы потрошить? — успокоился и улыбнулся Соломонов.