Жизнь за жильё
В последнее время Иван зачастил в Питер. Останавливался обычно у Олега Блинкова, соседа Тимура по лестничной площадке дома в родном посёлке. Все трое выросли в одном дворе. Олег продолжал снимать ту же квартиру на Васильевском острове, которую ещё при поступлении в ЛГУ впервые арендовали для студента-заочника Кантемирова. Студент Горного института Блинков окончательно забросил учебу, вместе со всей страной перешёл на уличную торговлю и в настоящее время барыжил импортной водкой и бельгийским спиртом прямо из огромного морского контейнера на открытом рынке, рядом с Финляндским вокзалом. У Олега завелись деньги и водка, поэтому с ним было всегда легко и весело.
Жена Тимура хорошо знала Олега с Иваном, земляки общались, но Леночке очень не нравились совместные банные посиделки друзей. Особенно, когда приезжали гости с родных уральских гор. Обычно после таких оздоровительных процедур супруг появлялся поздно ночью и на глубоком автопилоте. Лена сердилась, ругалась, милые бранились, а затем мирились. До следующего прибытия дорогих гостей с Урала. А русская баня с земляком — это святое…
Обычно отдыхали в бане на Гаванской улице, где Олега Блинкова хорошо знали. Друзья детства мылись, парились, разбавляли банные процедуры спиртными напитками, вспоминали былое и планировали будущее. Именно Ваня Маркин в шестом классе пытался научить Тимура курить, но ничего не получилось, и в итоге Тимурка привёл одноклассника в секцию бокса. Пока Кантемиров служил в армии, работал в пожарной охране и учился в ЛГУ, его младший брат Марат примкнул к поселковским спортсменам во главе с Иваном Маркиным и Виктором Вершковым, более известным как Вершок. Со временем Мара с Вершком возглавили спортивно-бандитское движение в своём поселке, затем вышли на областной уровень и начали теснить уральский уголовный мир. Периодически возникали локальные бандитские войны, в одной из которой и погиб младший брат Тимура…
В тот год Кантемиров ещё работал старшим пожарным ВПЧ-23 и даже не подозревал о скором закрытии пожарной части. После похорон и поминок на общей сходке поселковских пацанов Тимур узнал имена непосредственных виновников смерти младшего брата, напился и твёрдо поклялся отомстить за всё. В течение следующего года, пока старший пожарный тушил пожары под Ленинградом и грыз гранит науки в ЛГУ, из трёх его личных врагов в живых остался только один. Первого забили до смерти в поселковском парке за Дворцом Культуры им. Маяковского, второй опрометчиво открыл дверь квартиры незнакомым людям и получил финку в живот. Ну, а третий успел уехать к знакомым в Казань, где влился в другой коллектив, тоже близкий по духу и воровской идее, поэтому смог прожить дольше своих уральских коллег. Через год беглец пал глупой смертью за чужие интересы. Документов при чужаке не было, наколок и судимостей тоже. Так и похоронили безымянным за государственный счет. Все подробности Тимур узнал от Ивана при очередной встрече в Питере и в благодарность крепко пожал руку товарищу детства и юности.
В последний раз Мара прибыл в культурную столицу с двумя челябинскими коллегами по бандитскому цеху и был крайне возбуждён. Остановились, как обычно у Олега Блинкова, более известного на посёлке, как Блинкаус. Олег не был хулиганом, наоборот, смог закончить с красным дипломом Копейский горный техникум и поступить в Ленинградский горный институт. Ещё в детстве, когда играли в дворовый хоккей, Олежка Блинков выбрал себе номер и имя хоккеиста сборной СССР № 32 — Балдерис. Тимурка играл под № 4 — Харламов, Ваня, как самый крупный пацан во дворе, всегда стоял в воротах и логично оказался под № 5 — Третьяк. С тех пор Олег Блинков остался для всех пацанов посёлка — Блинкаусом.
Земляки по прибытии позвонили Тимуру в пожарную часть и по традиции договорились о бане. Тщательно помылись, отчаянно попарились и потребовали продолжения банкета в квартире Блинкауса, кладовка которой была заставлена коробками со спиртным. В этот раз хлебосольный хозяин решил удивить всю компанию только появившейся в продаже водкой «Распутин» с подмигивающим Григорием на этикетке.
Часть легальной водки поставлялась из Германии, где немецкая фирма разработала специальную голографическую наклейку, которую нельзя подделать. Ту самую, с «подмигивающим» Распутиным. Так считали законопослушные и наивные немцы… Изображение Григория Распутина красовалось и на этикетке, и на горлышке бутылки — «один раз вверху, другой раз внизу», как говорилось в популярной телерекламе. Секрет изготовления такой голографии и рецепт самой водки русские умельцы «считали» и «схимичили» буквально за пару недель. Контрафактный «Распутин» полился нескончаемой рекой, а Григорий заморгал на всех просторах нашей необъятной Родины…
Пили впятером на кухне. Челябинские соратники Ивана оказались из дзюдоистов, оба разрядники и оба дерзкие. И в какой-то момент, примерно после второй выпитой «Распутинки» (каждая 0,7 литра) у земляков возник закономерный и логичный вопрос: «Кто сильней — боксер или дзюдоист?». Решение этой жизненно важной дилеммы определились искать честно: двое на двое — Мара с Тимуром против спецов по восточному единоборству. Олежку отправили в арбитры.
Гормоны, алкоголь и адреналин забурлили в крови спортсменов. В шикарной квартире исторического центра культурной столицы запахло реальным рукопашным боем, который запросто мог закончиться боевой ничьёй в ближайшем отделе милиции. Невозмутимый сибирский старец загадочно подмигивал с этикетки каждому участнику этого принципиального спора.
Ваня подмигнул в ответ Григорию и вдруг вспомнил, какую должность он занимает в этом сложном бандитском мире, и подумал об ответственности за себя, за братанов и за груз в квартире, спрятанной под кроватью. В этот вечер мистический провидец спас лихого бригадира от набора статей Уголовного Кодекса Российской Федерации. Мара со словом «Брек!» пьяно упал на пол и вытащил из-под кровати тяжёлую спортивную сумку с секретным грузом. Пистолеты отдельно, патроны отдельно…
Из всех участников застолья только один гвардии прапорщик Кантемиров отслужил в армии и профессионально разбирался в стрелковом оружии. Поэтому, даже находясь в изрядном подпитии, продемонстрировал такой мастер-класс по обращению с различными пистолетами, что бригадир, дзюдоисты и неудавшийся арбитр тут же признали бывшего начальника войскового стрельбища Помсен авторитетным специалистом своего дела. Опыт не пропьёшь… Гражданин Маркин сразу предложил другу детства переезжать обратно в Челябинск за лучшей жизненной долей. Пообещал машину и квартиру в центре столицы Южного Урала.
Старший пожарный ВПЧ-23 аккуратно протёр платочком рукоятки стволов и вежливо пообещал подумать. О том, что нужно бы сообщить в соответствующие органы о незаконных закупках оружия бригадиром уральской группировки, ни у Олега Блинкова, ни у Тимура Кантемирова не мелькнуло ни одной шальной мысли. Оба выросли с Марой в одном дворе, получили прекрасное уличное воспитание и оба твёрдо знали, что закладывать своих крайне неприлично. Западло… Больше Тимур не встречался с земляками. Уральцы покинули северную столицу и удачно добрались с пистолетами до столицы Южного Урала, а Олег так был занят своим алкогольным бизнесом, что с ним удалось пересечься только пару раз за прошедшие полгода.
Секретная информация о торжественной клятве ленинградского брата погибшего бандита дошла до челябинских сотрудников милиции, которые сделали свои оперативно-тактические выводы. Уральские опера не даром ели свой горький хлеб — выводы подтвердились следующим тайным сообщением местного стукача о постоянных закупках огнестрельного оружия гражданином Маркиным в городе трёх революций, где и жил тот самый мстительный брат. И этот старший брат по имени Тимур и с той же фамилией Кантемиров оказался КМС по боксу из одной спортивной секции с Маркиным и Вершковым, и, мало того, отслужил шесть лет в армии на полигонах Германии. Следовательно, неплохо ориентировался в стрелковом оружии. Всё било в цвет…
Пока не хватало доказательств и оснований для задержания питерского участника уральской банды. Опытные оперативные сотрудники знали, что привлечение торговца оружием к уголовной ответственности лишь вопрос времени — рано или поздно сбытчик проколется. Жадность фраера погубит… У челябинских оперов появился реальный шанс утереть нос питерским коллегам.