Ткач иллюзий. Книга 1 (СИ)

— Согласен, если удастся остаться в правовом поле, и в то же время приобщиться к этим эксклюзивным знаниям, это будет гораздо лучше, — Клячкин с первой попытки подцепил на вилку крепкий солёный грибочек и незамедлительно отправил его в рот. Прожевав же его, продолжил: — но у меня к тебе есть несколько очень щекотливых вопросов.
— Задавай, — управляющий подобрался, чувствуя, что разговор зашёл о действительно важных вещах.
  
— В первую очередь меня интересует, точно ли ты решил бороться за доступ к этим технологиям? — Сергей обратил испытующий взгляд на собеседника.
— Безусловно, — твёрдо ответил тот.
— Второй вопрос, не менее важный, — Сергей был предельно серьёзен. — Если мы договоримся с правообладателями, ну или иным способом овладеем этой технологией, то кто будет непосредственным бенефициаром?
— Ты да я, да мы с тобой, — Полтораки ответил простонародной прибауткой, но это был именно тот ответ, который хотел услышать алхимик. — Мои старшие партнёры, господа Свечкины, я так думаю, перебьются. Они и так в шоколаде, а я у них сейчас на побегушках… Сам понимаешь, меня в их предприятии держит только то, что у меня нет другого источника дохода. У меня нет проекта, реализация которого помогла бы мне стать действительно обеспеченным и независимым человеком. Так что торговый дом — сам по себе, а мы с тобой — сами по себе. И если мы сейчас всё сделаем правильно, то многое может очень серьёзно поменяться.
— Отлично! — алхимик от избытка чувств вскочил и начал расхаживать по кабинету. — Получив доступ к этим знаниям, мы сказочно разбогатеем. Если же договориться не удастся, то тем хуже для наших предполагаемых контрагентов. Мы от них просто так не отстанем!
— Сядь, успокойся, — хмыкнул управляющий, наливая очередную порцию огненной воды, — в главном мы определились. Завтра вышлю этому пацану договор, а как он сам придёт для передачи товара, то тут-то мы его и возьмём в оборот. Но ласково, ласково… С самого начала жестить не будем.
— Насколько я понял, парень ещё очень молод, так что, надеюсь, ты его уболтаешь, — убеждённо сказал Клячкин. — В первую очередь, меня вдохновляет именно то, что тут мы будем работать исключительно на себя, а не на дядю.
— Хватит топотать, давай-ка обмоем наше принципиальное соглашение, а потом уже и конкретные шаги обсуждать будем, — Полтораки поднял стопарик. — Ну, вздрогнули!
И они вздрогнули…
* * *
Разомлев под августовским солнышком, я шел себе прогулочным шагом, не торопясь и рассеянно глазея по сторонам. Вроде всё было нормально, но, когда я преодолел уже примерно полпути до китайского квартала, у меня появилось странное такое ощущение…
Всё началось с лёгкой щекотки в затылке. Причём затылок я, конечно, почесал, и с некоторым удивлением понял, что чешется у меня вовсе не кожа.Эта раздражающая щекотка зарождалась где-то внутри, под затылочной костью. Получается, это мозг чесался, что ли? Первый раз в жизни столкнулся с подобным явлением.
Эта щекотка то усиливалась, то ослабевала, но не утихала совсем, продолжая меня раздражать.
— Что ты так яростно чешешься, словно завшивевший бомж? — поинтересовался мой внутренний даос, не упускавший ни единого повода для подначек.
— Да что-то у меня такие ощущения, что под черепом муравьи суетятся, и щекочут мозг своими лапками и усиками, — немного растеряно ответил я.
— И давно это у тебя? — Джекки задавал вопрос уже вполне себе серьёзно, а это, в свою очередь, насторожило и меня, пробудив дремавшую во мне до поры паранойю.
— Да минут, наверное, пятнадцать, а что?
— Тогда у меня есть для тебя две новости.
— Дай угадаю, — предложил я, — одна из них хорошая, а вторая, соответственно, плохая?
— Ух ты, догадливый-то какой, — хмыкнул мой внутренний китаец. — И какую новость ты хочешь услышать первой?
— Начинай с хорошей, — я был уверен, что плохую-то я по-любому не пропущу.
— Вследствие регулярных занятий Нэй-гун у тебя начинает проклёвываться способность чувствовать чужие пристальные взгляды, — даос, объявив о новой моей способности, уточнил на всякий случай. — Это и была хорошая новость.
— Ага, — подхватил я, — а плохая новость, значит, заключается в том, что как раз эти пятнадцать минут я являюсь объектом чьего-то назойливого внимания?
— Точно! — подтвердил мои предположения даос. — И, если выражаться по-простому, то за нами хвост.
— Так, а что за хвост? — озаботился я.
— Сейчас узнаем, — спокойно ответил даос, — подойди-ка к той пафосной витрине…
— Отражение? — догадался я. — Ещё в той, предыдущей жизни, смотрел какой-то фильм, где герой картины именно таким макаром и выявил слежку.
— Ты, оказывается, всё и так знаешь, — расстроился даос, — я так не играю…
И действительно, за мной следил какой-то накачанный лоб, наряженный в строгий костюм. Ему бы не топтуна из себя изображать, а сидеть под кондюком в офисе. А то и вспотел под солнышком, и штиблеты, вон, запылились. Страдает бедняга, но упорно прётся за мной, думая, что я его не замечу. Вероятно, потому что он считает себя прозрачным.
Но я-то начинающий иллюзионист, так что сейчас и попрактикуемся. Благо мой средний дантянь, он же средоточие, заполнен маной под завязку.Под завязку– это не значит, что много. Вместимость у него пока весьма скромная. Но для поддержания простейшей статичной иллюзии в течение трёх-пяти минут имеющихся резервов маны мне хватит, а больше и не надо.
Да, тренировки-таки дают свои плоды, и то, что я сейчас собрался проделать, ещё неделю назад было для меня недоступно.
Когда ноги привели меня к очередному перекрёстку, то я вышел из зоны видимости этого амбала, спрятавшись ненадолго за подъехавшим к остановке электроавтобусом. И, пока народ из транспорта выгружался, я создал копию себя любимого, чинно сидящую на скамеечке под навесом, якобы в ожидании транспорта, залив в заклинание львиную долю маны, имевшейся в моём распоряжении.
А сам, задействовав остатки маны, накинул на себя иллюзорное покрывало, которое на несколько десятков секунд скрыло меня от взгляда преследователя. После сразу шмыгнул в узкий переулок.
Как это ни странно, но уловка сработала. Это я понял по тому, что муравьи внутри черепа почти сразу угомонились и затихли, и это раздражающее ощущение меня наконец покинуло.
* * *
Чайна-таун встретил меня своим многоголосым гомоном, мельтешением пёстрых одеяний здешних обитателей и неутихающей суетой. В прошлый раз всё было точно так же.
Путь до Западной Сокровищницы Земляного Дракона — именно так назывался магазинчик алхимических реагентов, который мы посещали в прошлый раз, я преодолел довольно быстро.
Оказавшись перед входом в тот самый неприметный домишко, я некоторое время пребывал в нерешительности, так как свежа была память о том, как мне пришлось удирать от Цзян-ши, используемых хозяином этого магазинчика в качестве охраны.
Попутно поймал себя на мысли, что так и не поинтересовался, как именно зовут того старикашку. А поинтересоваться стоило, раз я рассчитываю на длительное и плодотворное сотрудничество.
У меня с собой, кстати, была ещё пара коробочек, в каждой из которых лежало по пилюле моего изготовления. И я по-прежнему намеревался предложить старику хотя бы одну из них, чтобы по его реакции выяснить, насколько будет для меня безопасно иметь дела с ним и его хвостатой подручной.
Потоптавшись у входа, с опаской заглянул за шуршащую бамбуковую занавесь и заглянул в так удививший меня в прошлый раз просторный зал. Как и в первый раз, сверху полоскались широкие полотнища, украшенные иероглифами, свисавшие с потолочных балок, а в воздухе плыл ароматный дым курильниц.
  
Всё так же справа и слева от входа стояли недвижные силуэты. Это свирепые Цзян-ши, надёжно обездвиженные бумажными полосками с написанными киноварью подчиняющими заклинаниями, ждали своего часа.
Я миновал их, опасливо двигаясь бочком, чтобы находиться от каждого из них как можно дальше. Слава богу, никаких неприятностей на этом этапе не последовало, и я, наконец, облегчённо выдохнул.