Из развода с любовью (СИ)

Он не понимал, что происходит, и как нужно реагировать. А я не могла ему объяснить.
К черту! Я встала на цыпочки и, схватившись за воротник пиджака, потянулась навстречу губам Виталика. Тот жадно приник ко мне, обхватил руками и прижал к себе, так близко, что между нами практически не осталось воздуха. Его горячая кожа обжигала мою мертвецки холодную, но именно это наконец дало понять, что я живая. Дышу, чувствую, ошибаюсь. Господи, я постоянно ошибаюсь!
  
Игнатов прервал поцелуй и накрыл мои ладони своими, когда я попыталась расстегнуть пуговицы на рубашке.
- Яна, не думаю, что здесь и так…что это хорошая идея.
Я чуть не заскулила от разочарования и обиды. Почувствовать себя отвергнутой, прямо сейчас, вероятно это меня добьет. Я видела плещущееся в его глазах желание. Я чувствовала желание в его напрягшемся как струна теле. Я знала, что он хочет меня, но не сделает первый шаг, потому что…
- Пожалуйста, - едва слышно прошептала я.
И зажмурилась, когда почувствовала его легкие невесомые поцелуи на моих веках, щеках, лбу. В этом больше не было похоти. Только нежность. Игнатов подхватил меня на руки и понес в сторону дивана, не говоря при этом не слова.
Все произошло молча. Жадно. Быстро.
И именно так, как мне было нужно.
- Что означает твоя татуировка? – его пальцы провели по контуру ключа на ключице.
Ключ на ключице – только сейчас я заметила, до чего это забавно звучит. Я тихо хихикнула, опустив лицо в его плечо.
От Игнатова пахло чем-то теплым, древесным. Новый непривычный аромат и близость мужчины кружили голову. Все это было так необычно, так пугающе, что захотелось ущипнуть себя посильнее, чтобы убедиться в том, что не сплю.
Я слегка коснулась рукой мышц на его груди, провела пальцами вниз по животу и остановилась в районе паха, не совсем представляя, что делать дальше. Чувство неловкости стало почти осязаемым.
Виталик перехватил мою руку и завел себе за спину, оставив мои попытки к заигрыванию.
- Татуировка, - строго повторил он, - давно она у тебя?
Я кивнула.
- Расскажешь, что она значит.
Снова кивок.
- Расскажешь, что у тебя с Олегом?
На этот раз мне понадобилось несколько секунд, чтобы обдумать ответ. Во взгляде Виталика полыхнула обида, когда я в очередной раз качнула головой. Я почувствовала, что его большое сильное тело напряглось, как натянутая тетива и увидела, как изменилось выражения лица. Больше не было в нем ни недавней нежности, ни страсти.
- Через полчаса я должен ехать на переговоры, я вызову тебе такси.
И хоть это не звучало как вопрос, я все равно замотала головой. Не уеду, пока не спрошу главное.
- Виталик, мне очень трудно говорить, и это не потому что с тобой что-то не так, а просто…я такая, - мои пальцы сами собой принялись суетливо поглаживать его спину. - За последние месяцы я так часто слышала, что плохая, что и сама поверила в это. И не переживу, если вдруг расскажу все тебе и увижу, что ты…что тоже…понимаешь?
- Стараюсь понять, но не выходит.
- По крайней мере стараешься, я ценю это, правда. И хоть я не совсем в том положении, чтобы спрашивать, все-таки спрошу, потому что не хочу вешать на себя ярлык той, кто спит с чужими женихами. Ну, или…короче, - я нервно кашлянула, пытаясь подобрать слова: - что у тебя с Катей?
- Мы работаем вместе, - осторожно ответил Игнатов и внимательно посмотрел на меня. В его глазах читалось удивление.
- И все? – не сдавалась я.
- Да. Катя моя правая рука и прекрасно справляется со своим функционалом.
- Но, прости за навязчивость, вы встречались?
- Да.
- А теперь не встречаетесь?
- Яна… - он подмял меня под себя и навис сверху. Мы с Олегом никогда не разговаривали после секса и все, что происходило сейчас, казалось мне неправильным. Но таким приятным. Руки непроизвольно обвили шею Игнатова, я провела пальцами по коротким жестким волосам на затылке, наслаждаясь его реакцией. Он потянулся назад и боднул головой мою ладонь, как гигантский кот. Разве что не урчал от удовольствия. Виталику нравилось все, что я делала, и я сама ему тоже нравилась. И это чувство опьяняло.
Меньше всего сейчас хотелось говорить о Кате, и все же я не могла остановиться.
- Когда вы расстались? – как бульдог я вцепилась в жертву и не отпускала, пока не догрызу последнюю кость. Виталик сокрушенно вздохнул, сел рядом и ответил:
- На корпоративе.
Мои глаза расширились от удивления, он тотчас заметил эту реакцию, потому что добавил:
- Извини, но я не посчитал нужным сообщать тебе о своих взаимоотношениях с Катей. Мужчины о таком молчат, - в тоне звучало недовольство. Кажется, Виталик намекал на причины, по которым он не успел или не захотел рассказывать о своем разрыве. На меня то есть. Непрозрачно так намекал, толсто. Но меня это не смутило.
- Прямо на корпоративе? Так же можно до слез довести.
- Почему можно? Она и впрямь плакала. Я отвел ее в уборную и оставил там, чтобы Катя, смогла успокоиться, привести себя в порядок. Да и просто, чтобы никто не видел ее в таком состоянии, это же Катя…всегда держит марку.
Я недоверчиво посмотрела на Виталика, который уже успел накинуть рубашку на себя. А сама вспомнила, в каком состоянии встретила Гобру в туалете. Потерянная, со смазанным макияжем и распухшими от слез глазами. Тогда уже все произошло, но она ни о чем мне не сказала. Какая выдержка.
- Как жестоко, - задумчиво заметила, пока Виталик застегивал пуговицы рубашки. Сидя на диване, я наблюдала за тем, как его хищный силуэт передвигался по кабинету в поисках нашей одежды. Мягкие кошачьи повадки не вводили в заблуждение – сожрет. Найдет, поймает и сожрет.
- Жестоко было бы тянуть дальше. И вообще, - на секунду Виталик остановился и внимательно посмотрел на меня: - во всем виновато твое чертово платье. Ты же фактически исполнила мою мечту двадцатилетней давности. Я получил Джессику Рэббит, только лучше. И когда ты пришла в ресторан, стало понятно, что с тобой я быть не могу, а с ней уже не хочу.
Он бросил взгляд на часы, и выражение его лица сменилось с лирического на суровое:
- Нужно выезжать через пять минут, тебя подвезти?
Встав на цыпочки, я едва коснулась губами его щеки и прошептала, радуясь, как быстро Виталик откликнулся на ласку и обхватил меня руками:
- Ты и так опаздываешь, я лучше на такси. Я позвоню тебе, хорошо?
И хоть меня совершенно не волновали офисные сплетни, вышли мы по отдельности. Я первой выскочила из кабинета и, не глядя в сторону секретаря, шмыгнула по коридору к посту охранника. Но там, остановившись под зеленой вывеской EXIT, стало понятно, что такси придется отменять.
Потому что я получила ответы не на все свои вопросы. По знакомой, истоптанной тысячу раз лестнице, я быстро поднялась на второй этаж и толкнула вперед дверь. Мой стол остался пустым, зато над другими двумя склонились женские профили: Сашин и Катин.
- Выйди, - без каких-то предисловий начала я. Обе женщины вздрогнули, и недоуменно уставились в мою сторону.
Гобра не зря получала свою зарплату. За такой стратегический талант можно и переплатить. Ей понадобилось не больше пяти секунд, чтобы понять, зачем я пришла. Глаза ее вспыхнули от неконтролируемой ярости, но внешне Катя оставалась спокойной. А я снова позавидовала такой поразительной выдержке.
- Саша, выйди, пожалуйста, - ровным тоном произнесла она.
Сашенька нехотя подчинилась. Медленно, будто сила притяжения ощутимо тянула ее назад к стулу, та поднялась и направилась в сторону двери, одарив меня злорадным взглядом на прощание.
Готова поспорить, милашка уже смаковала, как меня размажут по стене и какой фурор произведет эта сплетня в курилке. Эх, Сашенька, не на ту лошадку ставишь. В отличие от бывшей начальницы, мне было за что бороться.
  
Стоило коллеге покинуть кабинет, как Гобра подобралась, а воздух вокруг нее загудел от напряжения. Мы внимательно смотрели друг на друга, будто изучали, выискивали слабые места в броне соперницы, чтобы одним точечным ударом выбить из нее дух.