Я, Дракон... (СИ)

– Этого не было у Эребора раньше, – Торин огляделся по сторонам – никого из возничих это не волновало – они везли телеги быстро и лошади уже отлично знали маршрут. Покачиваясь по мостовой, телега проехала мимо дверей – тут то гномы мягко говоря обалдели. Если не сказать больше – хотя бы от толщины стены и дверей – и того, что там была гигантская стальная плита с закреплёнными на двери упорами. А за дверью их ожидала улица, ведущая прямиком в сторону города… Дейл. Только пространство, пустошь вокруг города, было застроено – множество промышленных строений из кирпича и камня, в некоторых вверх вздымались дымовые трубы, источающие сизый дым, множество промышленных объектов и кажущихся жилыми домов – большие площади были ещё не застроены – там были свалены какие-то припасы – брёвна, камни, кирпиичи и многое другое. Торин подобно всем остальным был поражён происходящему.
  
Он оглядывался на громадную стену, оставшуюся позади. Телега проехала через мост через ров в город Дейл – такой, каким он его помнил раньше, до того, как напал дракон. Однако, были и отличия, и весьма существенные – в Дейле было больше людей на улицах, сами улицы были более ухожены, на домах и перекрёстках были таблички с названиями улиц и направлений, а люди ходили по тротуарам – сбоку у домов, тогда как телеги спокойно передвигались по центру дороги. Для этого пришлось снести часть домов, что было хорошо заметно – но зато движение по городу не было затруднено и они ехали километров девять-десять в час, спокойно.
– А здесь всё по-новому, – Балин лучше других помнил Дейл, – Поразительно, я и не думал, что этот город до сих пор живёт и здравствует.
– Судя по всему, он процветает ещё больше, чем раньше, – сказал Двалин.
– Совершенно верно, брат мой.
Город поразил Торина и остальных – чистотой, уютом, тротуары были огорожены клумбами, в которых росли многочисленные цветы, улицы были чистые и светлые, здесь пахло цветами, а не как в большинстве человеческих городов – сыростью и нечистотами. Людей тоже было много и они были хорошо одеты – что говорило о хорошем имущественном положении жителей, имелись уличные торговцы, их было даже много. Вывески магазинов привлекали внимание – как и выставленный в витринах за огромным стеклом, товар.
Гномы мягко говоря никогда ничего подобного не видели, а тем более хоббиты. Телега довезла их до центральной площади Дейла – здесь была ратуша, и основные заведения – публичная библиотека – роскошнейшее здание, украшенное внутри в стиле барокко с изобилием золота, росписей и лепнины. Здесь была школа, и госпиталь – госпиталь имел красный крест над входом, внутри которого горела масляная лампа, так, чтобы он был виден и ночью. В центре площади стоял фонтан, журчащий, вокруг было четыре фонтана-шара, вращающиеся гранитные шары, по которым вверх текла вода, и в центре – фонтан с статуей красивой девушки в лёгких облегающих одеяниях, сделанных из мрамора. Мраморная «вуаль» – техника очень сложная для исполнения и очень зрелищная.
Телега подвезла их к госпиталю.
– Дальше сами дотащите?
– Да, спасибо.
Гномы взяли носилки и потащили раненого Кили в большие открытые двери госпиталя. Внутри же было много места – огромное помещение, два больших коридора и между ними – стойка, за которой сидела пожилая женщина. Она посмотрела на раненого и тут же вызвала кого-то, дёрнув за одну из многочисленных верёвочек, которые висели у неё за спиной.
Пришли двое людей, в белых халатах, осмотрели раненого.
– Тащите его за нами.
Они все пошли гурьбой за раненым Кили. Его занесли в кабинет, где уже медик осмотрел его. Это был не совсем медик – скорее травник, но он обучался использовать исцеляющие зелья.
– Яд, – констатировал он, разглядывая рану, – одну минуточку. Где-то тут у меня были безоары.
Вскоре Кили сунули в рот магический камень Безоар, а потом влили ещё и зелье – он поморщился и его чуть было не стошнило от зелья.
– Что вы ему дали?
– Это зелье от ядов, – ответил травник, – и безоар, а теперь вот этим.
  
Глава 4
 
Он полил на ногу спирт и исцеляющее зелье – рябиновый отвар. Рана на глазах стала затягиваться и затянулась полностью.
– Ну всё, хорошо, проблем не будет. Можно ещё вот этого, – он сунул в рот Кили, как только тот хотел возмутиться, какую-то гадость, которая растворилась во рту, – это чтобы не было заражения. Ну всё, идите.
– Идти? – Торин не понял, – сколько мы вам должны?
– Нисколько, бесплатно.
– Серьёзно?
– Вы не из наших мест, да? – спросил доктор, – Я бы и рад взять деньги – но состою на жаловании. Медицина у нас бесплатная, как и образование. Можете идти, и вы, молодой гном, тоже можете перестать симулировать, что вам больно и идти своими ногами отсюда. Приятного вам всем дня.
Гномы вышли, даже Кили. Они вышли на площадь перед ратушей и были немного ошарашены происходящим.
– Бесплатная медицина, надо же, – сказал Балин, – они или сошли с ума, или очень зажрались.
– Скорее и то и другое.
Гномы оглядывались, не понимая, куда им идти. Пока один из них – Нори, самый молодой гном, не заметил надпись «Гостиница».
– Смотрите, там гостиница. Наверное, это постоялый двор или около того.
– Думаешь, нам нужно на постоялый двор?
– Мы явно не успеем сегодня вооружиться и пойти на Эребор.
– Поддерживаю, – сказал Бильбо.
И они пошли к постоялому двору – он же гостиница. Надо отметить, что внутри гостиницы были интерьеры в стиле барокко, великолепный паркет, отделка высший сорт, напоминающая Лувр если не лучше. Росписи на потолке, обилие света от магических светильников, и вообще, гостиница была великолепна. Торговый город нуждался в такой. Гномов встретили на входе услужливые джентльмены.
– Мы хотели бы снять у вас комнату.
– Вам всем по комнате, или есть вариант подешевле – на восьмерых.
– Давайте подешевле – нам много не надо, – сказал Балин.
– Одну минуту, – юноша за стойкой спросил их имена. Балин не нашёл что соврать и они представились своими именами. После записи имён, юноша в смешной шапочке передал им ключи:
– Ваш номер сто тридцать восьмой. Это по синему коридору, – указал он на коридор, – приятного отдыха в Дейле, господа гномы.
Номер гостиницы был у них прекрасен – простой, крестьянский вариант – с удобными кроватями. Все они не помещались – и пришлось снять два номера.
– Я бы не отказался вздремнуть, – сказал Балин, – и приодеться.
– А у нас хватит денег? – спросил Бильбо.
– Мы сняли номер на три дня – день Дурина будет через пять дней.
– Нам нужно оружие, – сказал Торин, – наших средств не хватит на хорошее снаряжение.
Впрочем, вскоре их нашёл Гэндальф – сказать, что истари был удивлён, обнаружив Дейл в таком состоянии – значит промолчать вовсе и дать клятву о неразглашении – потому что Гэндальф ожидал увидеть известный ему озёрный город. Озёрный город он увидел – откуда на лошади доскакал до Дейла, куда его настойчиво проводил всяк встречный – и пройдя через Великие Врата – Олорин ощущал, что перестаёт что-то понимать. Он чувствовал могучую магию в стене и во вратах, и ощущал магию от промышленных зданий – коих было очень много. А уж когда въехал в Дейл, вовсе потерял счёт количеству заклинаний, которые он ощущал – практически от каждого дома вокруг. Улицы были чисты, воздух свеж, люди по виду вполне довольны. Проскакав на лошади по центральной улице, он спешился и начал спрашивать у окружающих, не видели ли они гномов. Гномов никто не видел – тогда Гэндальф решил пойти в центр, к ратуше – самому большому зданию в Дейле, увенчаному большим куполом.
  
На площади перед ратушей, куда вышли гномы из гостиницы, и куда прискакал Гэндальф, они встретились. Все стороны, так сказать…
* * * * * *
Как мощны мои крылищи! Как приятно было скользить в потоках воздуха – я пролетел над Эребором, облетев гору по кругу во время возвращения домой.
Истерлинги и орки начали безобразничать что-то слишком сильно – разведывательный отряд Истерлингов был замечен радом с городом – и мне пришлось самому лететь за ними, чтобы сжечь к чёртовой матери. Кто это такие? Люди, но люди во-первых дикие, во-вторых – поклоняющиеся Саурону, а в третьих – убийцы, насильники и грабители. Этим жили и промышляли – друг друга резали часто, и нередко нападали на Рохан, Гондор и Эребор. Гномы железных холмов регулярно с ними сталкивались – те очень любили грабить их фермы, находящиеся вне гор.