Спасите меня, Кацураги-сан! Том 14 (СИ)
Такого ответа Кушинори Гонта явно от меня не ожидал. Скорее всего, почти все врачи обычно пытались скинуть его куда-нибудь подальше от себя. А тут я согласился взять его на личный контроль.
Но иного выхода я не вижу. У этого человека имеется заболевание, которое одновременно мучает его, не проявляется на анализах и каким-то образом отражает мою лекарскую магию.
С чем-то подобным мне уже приходилось иметь дело. Странности в виде проклятий и тёмной магии я и в Японии встречал. Венец безбрачия у Уёхары Ёсико, затем какие-то проклятые письмена в квартире одного пациента, которого я обслуживал, когда работал на скорой.
Как я понял, в этом мире тоже встречается тёмная энергетика, но откуда он берётся — неясно. В моём мире её было навалом, в связи с чем существовали специальные организации лекарей, которые занимались исключительно исцелением людей от магических заболеваний.
— Кацураги-сан, я приеду куда скажете, сделаю всё что угодно, — принялся кланяться Кушинори Гонта. — Только, пожалуйста, не бросайте меня. Может, у вас получится разобраться, что со мной происходит.
— Я вас не оставлю, не беспокойтесь, — уверил его я. — Только прежде, чем мы разминёмся до вечера, расскажите ещё раз, какие симптомы вас беспокоят. Постарайтесь максимально точно описать всё, что чувствуете. Кажется, вы упоминали дискомфорт в груди?
— Да-да! — закивал он. — Иногда кажется, что меня пополам скоро сложит. Такое ощущение, будто… М-м-м, дайте подумать, — протянул он. — Знаете, словно на спине у меня кирпичи. Из-за этого грудной отдел позвоночника не двигается, сердце сбоит. Чувствую себя лошадью, на которую уселось сразу пять всадников.
Точно! А вот это он очень интересно подметил. Как раз нечто подобное я и рассчитывал от него услышать. Кажется, передо мной, как ни странно, действительно проклятье. Причём с иммунитетом к лекарской магии. А судя по жалобам, я даже знаю какое.
Нужно подтвердить свою догадку. Воспользуюсь-ка я «анализом» ещё раз. Буквально взгляну на пациента и сразу же выключу магию. И секунды не пройдёт.
Теперь я знаю, КУДА нужно смотреть.
— Сейчас вам будет немного дискомфортно, — предупредил я и обошёл Кушинори с другой стороны. — Я проверю один неврологический рефлекс. Как только почувствуете боль, я сразу же прекращу. Договорились?
— Хорошо, я готов, Кацураги-сан, — сглотнув сухой ком, ответил Кушинори.
Я решил, что его нужно морально подготовить к ещё одному выбросу моей жизненной энергии. Ничего, потерпит. Без точных данных я не смогу найти способ его излечить.
Как только моя рука легла на его позвоночник, я тут же активировал «общий анализ». Просто осмотрел его тело, и как только Кушинори вскрикнул от очередного приступа боли, я загасил свою магию.
Но этой секунды мне хватило, чтобы увидеть, какая чертовщина на самом деле происходит с его организмом. На спине Кушинори Гонты кто-то сидел. Едва различимый силуэт. И видел его я только при использовании «анализа».
— Ай-ай, вот-вот, вы нажали на самую больную точку, Кацураги-сан, — простонал Кушинори Гонта. — Что это? Я очень беспокоюсь, не окажется ли, что у меня там уже какие-нибудь метастазы в позвонках.
— Нет, иначе бы их было прекрасно видно на результатах МРТ или КТ, — сказал я. — Тем более, я уже просмотрел результаты других обследований. Никаких опухолей, из которых могли пойти такие метастазы, у вас в организме нет. Однако у вас здесь пережимает несколько нервов. Вот с ними мы и будем разбираться в моей клинике. Поэтому вам до сих пор и не поставили диагноз — эти нервы на обследованиях не видно.
Разумеется, про нервы я солгал. Но лишь частично. Проклятье, которое в буквальном смысле оседлало Кушинори Гонту, очень сильно давило на его спину. Из-за этого оказывалось невероятное давление на два важнейших отдела позвоночника — шейный и грудной. Хотя и поясничный в итоге страдает, поскольку на верх спины оказывается столь сильная нагрузка.
В итоге сосуды и нервы пережимаются, питание во многих органах нарушается, отсюда и вся остальная симптоматика.
Как только Кушинори Гонта ушёл готовиться к вечерней консультации в моей клинике, я временно запер свой кабинет изнутри и принялся размышлять на тему увиденного.
Ничего конкретного я не увидел. Просто мрачный силуэт, который казался чем-то вроде скопления тёмной магии.
Несколько месяцев назад из любопытства я изучал историю Японию. В том числе и её мифологию. Мне хотелось лучше понимать людей, среди которых я теперь живу.
Как раз оттуда я и выяснил, что японцы верят в существование ёкая, имя которому — Обариён.
Маленький демон, который садится на спину к человеку и постепенно увеличивается в весе. В итоге, судя по легендам, эта тварь может раздавить осёдланного им человека. Я сам не суеверный, но о существовании проклятий и тёмной магии знаю ещё из своего мира. Значит, такое чисто теоретически может существовать и здесь.
Вопрос только в том, что с ним делать? Лекарствами это не убрать. Хирургическим путём не удалить. Моя магия, судя по всему, провоцирует проклятье, и оно начинает душить своего носителя с удвоенной силой.
С одной стороны, я понимал, что вести этого пациента в мою клинику вдвойне опасно. Там находится место силы и другие лекари. Что, если их ауры ещё сильнее ему навредят?
Нет. Если такое случится, я сразу же переведу его через дорогу во второй филиал, где работают обычные врачи.
Но решение всё равно придётся искать на ходу. Одна идея мне уже пришла, но не факт, что она сработает…
В двери моего кабинета раздался громкий стук.
— Кацураги-сан! — услышал я голос своего стажёра — Кучики Акеми. — Я знаю, что вы там. Откройте, пожалуйста! У нас небольшая проблема!
Кучики я отправил в свободное плавание. Теперь она работает со своей медсестрой и принимает больных без моей помощи. Но окончание её стажировки я ещё не подписал. Да и не подпишу в ближайшее время. Слишком уж у неё много пока что возникает вопросов.
Я повернул ключ и отворил дверь. Кучики тут же забежала в мой кабинет и с облегчением выдохнула.
— Как вы узнали, что я заперся изнутри? — поинтересовался я.
— Я вас в окно увидела с парковки. У нас пострадал человек прямо перед клиникой. Один из наших сотрудников. Чуть не угорел прямо в своей машине! Я поэтому и пошла сразу к вам. Пока что об этом никто не знает, кроме меня. Но вы же сами понимаете, если прямо сейчас его госпитализировать… Его ведь уволят!
— Погодите, Кучики-сан, ничего не понимаю. Давайте по порядку, — предложил я. — Кто пострадал?
— Терапевт четвёртого ранга Итидзё Арачи, — ответила она.
Итидзё… Тот самый парень, которого Ватанабэ Кайто подговорил затеять со мной спор. Он докучал мне весь корпоратив, но в итоге оказалось, что все эти наезды были обычной постановкой.
— Так, идёмте к нему, — скомандовал я. — Остальное объясните по дороге.
С новыми терапевтами просто куча проблем! Как он мог отравиться угарным газом? Для этого должны быть соблюдены несколько условий. А я с трудом представляю, как такое могло произойти на парковке перед клиникой.
— Объясните, почему он ещё не госпитализирован? — спускаясь по лестнице, спросил я. — Он что, до сих пор в своей машине находится⁈
— Дверки мы уже открыли, сейчас проветриваем машину, — сказала Кучики Акеми. — Кацураги-сан, положить его я не могла, поскольку он ещё не протрезвел.
Мне сразу же всё стало ясно. Даже не пришлось выслушивать дальнейшие объяснения ситуации. Вчера было воскресенье. Он должен был дежурить в стационаре с кем-то из старых врачей. Скорее всего, Итидзё Арачи выпил прямо на дежурстве. Возможно, вместе с кем-то из новичков.
И то не факт! Есть у нас некоторые врачи, которые могли запросто взять молодого сотрудника на «слабо» и напоить прямо на работе. Наверняка был очередной день рождение главной медсестры хирургического отделения или что-то в этом духе.
— Я уже всё понял, Кучики-сан, не объясняйте, — кивнул я. — Он пьяный после дежурства и домой поехать не смог, а прятаться в поликлинике ему было негде.