Опасная близость

– Проверь, – приказал я. – Поднимись к двери, убедись, что все в порядке.
– Сделаю.
Пока я ждал ответа, в голове проносились самые мрачные сценарии. Князев мог подкупить кого-то из персонала здания. Мог использовать старые связи в полиции для получения ключей. Мог…
Успокойся. Ты ведешь себя как параноик.
Телефон зазвонил.
– Артем?
– Никто не открывает, босс, – в его голосе звучало беспокойство. – Я звонил в дверь, стучал. Тишина.
  
Я почувствовал, как внутри все сжалось.
– Взламывай. Я буду через двадцать минут.
Отключился, на секунду замер. Что если я ошибаюсь? Что если она просто приняла снотворное и крепко спит? Или вышла через черный ход, не предупредив охрану?
Или это все часть игры? Проверка моей реакции?
Не важно. Лучше выглядеть идиотом, чем потерять клиента.
Клиента. Я все еще пытался мыслить о ней как о клиенте. Хотя где-то глубоко внутри уже знал – это давно не так. Мирослава как-то стала… важной. Слишком важной.
И эта мысль пугала больше, чем все угрозы ее бывшего мужа.
 
Глава 6
 
Глава 6 Мирослава
Сообщения с угрозами пульсировали в темноте экрана, словно ядовитые змеи, приготовившись к броску.
«Красивое платье, Мира. Изумрудный цвет всегда идет тем, кто скоро будет плакать».
«Твой новый друг тебя не спасет. Он даже себя не смог спасти».
Отложила телефон, но слова продолжали звучать у меня в голове. Виталий. Это мог быть только он. Я хорошо знала эту манеру – сладко угрожать, заставляя жертву дрожать в ожидании удара. За четыре года брака он превратил это в искусство.
Сказать Леониду или нет?
Я мерила шагами спальню, за окном ночной город горел огнями, безразличный к моим страхам. В голове крутились обрывки воспоминаний – наша первая встреча с Виталием, его обаятельная улыбка, комплименты моему таланту. Как быстро все это превратилось в контроль, унижения, постоянное давление.
«Ты должна соответствовать…»
«Настоящая жена уже давно бы родила…»
«С твоей родословной – и такая никчемность…»
Вздрогнула, когда память услужливо подкинула мне его голос, произносящий эти фразы. Сколько ночей я провела в слезах, думая, что действительно недостаточно хороша? Сколько раз я клялась себе, что больше никогда не позволю мужчине иметь надо мной такую власть?
И вот теперь, когда я наконец-то построила новую жизнь, он снова вторгся в нее. Снова пытался контролировать, пугать, подчинять.
Подошла к окну, прижалась лбом к холодному стеклу. Где-то там, в ночи, был Артем – человек Леонида, охранявший мой дом. Знал ли он об этих сообщениях? Следил ли за моим телефоном по приказу своего начальника?
Мысль о Леониде вызвала странную смесь чувств. Раздражение от его властности, спокойствие от его уверенности, странное волнение от его редких улыбок. И что-то еще – что-то, чему я боялась дать имя.
Не будь дурой, Мира. Ты просто напугана и цепляешься за своего защитника.
Снова взяла телефон, открыла сообщения с угрозами. Переслать их Леониду? С одной стороны, он должен знать – это часть его работы по моей защите. С другой – от мысли, что придется снова быть слабой, просить о помощи, полагаться на мужчину, внутри поднималась глухая ярость.
«Твой новый друг тебя не спасет. Он даже себя не смог спасти».
Эта фраза беспокоила меня больше всего. Что Виталий знал о Леониде? Какая история связывала этих людей? И почему я чувствовала, что меня используют как пешку в их игре?
Я схожу с ума от усталости и страха.
Часы на прикроватной тумбочке показывали 3:17. Еще одна бессонная ночь, наполненная призраками прошлого. Я не могла так продолжать – впереди был рабочий день, встречи с клиентами, контроль поставок для бутика.
В ванной достала из шкафчика коробку с антидепрессантами. Рука дрогнула, вспоминая, как начала принимать эти таблетки в последние месяцы брака по рекомендации психотерапевта, они были единственным способам отключиться от реальности хотя бы на несколько часов.
Разве я не обещала себе больше не прибегать к ним?
Но усталость брала свое. Я проглотила таблетку, запила ее водой из-под крана и вернулась в постель. Телефон положила рядом – без звука, но на случай экстренных звонков.
Леониду я так и не написала.
Утром. Решу утром.
Таблетка начало действовать, погружая сознание в вязкую дремоту. Последняя мысль перед тем, как провалиться в сон, была о Леониде – его глазах, когда он произнес тот неожиданный комплимент, в них на мгновение растаял лед.
Сон был тяжелым, мучительным, наполненным образами из прошлого. Я снова была в особняке мужа. Холодном, безупречном, как музей. Нла по длинному коридору, а стены вокруг сжимались, превращая проход в туннель. В конце виднелась фигура Виталия – он стоял спиной ко мне, но я точно знала, что это он. Рядом был кто-то еще – смутный силуэт другого мужчины.
Пыталась закричать, но горло сдавливал невидимый обруч. Пыталась бежать, но ноги увязали, как в болоте. А потом раздался выстрел – оглушительный в тишине сна. Фигура мужчины рядом с Виталием дернулась и начала падать. Медленно, словно в замедленной съемке. И в этом падении я на мгновение увидела лицо.
Леонид. Его глаза смотрели прямо на меня – с удивлением, с упреком, с чем-то еще, чего я не успела понять.
Страх накрыл меня черной волной, выбивая воздух из легких. Я рванулась вперед, пытаясь дотянуться до падающего тела, но оно рассыпалось на тысячи осколков, как разбитое зеркало.
Нет! Нет!
Просыпалась рывками, выныривая из кошмара в реальность. Сердце колотилось как безумное, на лбу выступила испарина. В полусне еще звучало эхо выстрела, и я не сразу поняла, что странный грохот доносился не из сна, а из прихожей.
Удары. Кто-то бил в дверь.
Страх, оставшийся после кошмара, превратился в реальный, осязаемый ужас. Резко села в постели, прислушиваясь. Снотворное еще не полностью выветрилось, сознание плыло, но инстинкты кричали об опасности.
Новый удар – сильнее предыдущего. Звук треснувшего дерева. Еще один. Кто-то методично выламывал мою входную дверь.
Виталий. Он все-таки пришел за мной.
Схватила телефон – руки так тряслись, что я трижды промахнулась мимо значка разблокировки. Наконец экран засветился, показывая двенадцать пропущенных звонков. Все от Леонида. И еще с трех неизвестных номеров.
Еще один удар, и я услышала, как замок поддался. В следующую секунду раздался мужской голос, от которого у меня внутри все сжалось:
– Мирослава Андреевна! Вы здесь?
Это был не Виталий. Это был Артем – охранник, которого приставил ко мне Леонид. Почему он выламывал мою дверь?
– Что происходит? – вышла из спальни, все еще не до конца осознавая реальность происходящего.
Артем стоял в проеме выбитой двери – напряженный, с пистолетом в руке. При виде меня на его лице отразилось облегчение:
– Слава богу, вы живы. Босс уже едет.
– Живы? – непонимание смешалось с остатками сна и страха. – Почему я должна быть мертва?
– Вы не отвечали на звонки, – Артем быстро осматривал прихожую, не опуская оружие. – Босс решил, что Князев мог добраться до вас.
Леонид волновался. Настолько, что приказал взломать мою дверь.
Эта мысль почему-то согрела меня, пробившись сквозь остатки сонливости.
– Я приняла успокоительное, и телефон был без звука.
Снаружи послышался быстрые шаги. Через мгновение в дверях появился Леонид – взъерошенный, в одной рубашке, с выражением тревоги на обычно бесстрастном лице.
Наши взгляды встретились, и я увидела, как меняется выражение его лица – от панического страха к облегчению, от облегчения к гневу.
  
– Какого черта, Мирослава Андреевна? – его голос звучал хрипло, словно он долго кричал. – Почему вы не отвечали на звонки?
Я хотела огрызнуться, сказать, что не обязана отчитываться о каждом своем шаге. Но что-то в его глазах – искренняя тревога, неподдельное облегчение – заставило меня промолчать.