Расколотый венец (ЛП)

Но по мере того, как шли минуты, мои сомнения росли. Если я не смогу выманить тварей, что мне делать? Скитания по великому царству не принесут никакой пользы. Я полагала, что просто оставаясь на месте, делая своё местоположение устойчивым и известным, тварям моих родителей будет легче выследить меня. Я даже попросила своих созданий распространить информацию, урок, который однажды преподал Винн. «Твари разговаривают», — сказал он. И никто не знал царство лучше, чем они. Некоторые исчезли после того, как я прошептала им на ухо задачу, но никто не вернулся. На самом деле ничего не произошло.
Запрокинув голову, я уставилась на пушистые облака, усеивающие чистое голубое небо. Оникс, Доминус и Рейн держались в нескольких метрах от нас, каждый из них растянулся, повернув животы к солнцу. Прохладный ветерок взъерошил высокую траву, и Рейн чихнула. Они были совершенно спокойны. И как бы их присутствие ни успокаивало меня, они не могли замедлить утечку моей силы.
— Твоя метка отступает, — тихо сказал Кост, и это были первые слова, которые он произнёс с тех пор, как я поделилась с ним своим планом и опустилась на землю.
Он сидел в тени ивы с Феликсом у его ног. Его собственная тварь, казалось, в значительной степени не беспокоилась о нашем присутствии и, как и мои легендарные кошачьи, предпочла вздремнуть.
Я раздраженно выдохнула.
— Я знаю.
Пуф, мой Грубер, придвинулся ближе к моему бедру. Его мягкий розовый мех был успокаивающим на ощупь и помогал мне оставаться на земле, но я старалась избегать его ушей. Последнее, чего мне хотелось — это случайно поцарапать их и надушить воздух валерианой и лавандой. Иначе, в конечном итоге, я засну в царстве и, вероятней всего, упущу тварей родителей.
Кост подобрал со своего чёрного жилета прилипшую ворсинку и смахнул её.
— Я могу как-то помочь?
— Нет. Нет, если только Феликс не поделился с тобой чем-то проницательным, о чём я не знаю.
— Нет.
Он пристально посмотрел на аметистовый шар на макушке головы своей твари. Теперь он был чистым и без дыма. Когда назревало новое будущее, оно затуманивалось, и Кост мог подключаться к тому, что его тварь видела каждые две минуты. Но с тех пор, как Феликс заснул, шар, расположенный между его ушами, оставался прискорбно чётким. Невозможно предсказать будущее, когда Феликс не проснулся, чтобы наблюдать за развитием событий.
— В таком случае, я беспокоюсь, что даже если мы найдём тварей родителей, у меня не хватит сил доставить нас домой.
Я вытянула руку перед собой и изучила сеть виноградных лоз и листьев розового дерева, видимых сквозь мою белую блузку с длинными рукавами. Между этим и моими облегающими бриджами я выбрала комфорт на случай, если мы попадём в беду, и нам понадобится быстро передвигаться, оказавшись в Вильгейме. Но теперь я даже не была уверена, что мы туда доберёмся.
— Сколько ещё ты сможешь продержаться? — спросил Кост.
— Я не могу сказать наверняка… Может быть, час?
Я сжала пальцы вокруг бестиариев родителей. Я не думала, что потребуется много энергии, чтобы последовать за одной из их тварей через открытую дверь в наш мир, но мне всё равно пришлось бы призвать свою Телесавру, чтобы мы могли быстро и безопасно вернуться в Хайрат.
— Ясно, — Кост нахмурился.
Наклонившись, он пригладил мех Феликса. Его мрачное выражение лица беспокоило меня больше, чем я хотела признать. Мы действовали так быстро, решив воспользоваться даром, который Язмин, сама того не подозревая, дала нам. Но что, если мы не совсем правильно проработали все детали? Что, если Кост застрянет здесь? С того момента, как я проснулась, я подталкивала Нока к тому, чтобы это произошло. Может быть, я чересчур поторопилась.
Я прикусила внутреннюю сторону щеки. Мы могли свернуть свою миссию. Вернуться в Хайрат и попробовать ещё раз, как только узнаем больше. Опустив метку, я сделала движение, чтобы встать, как вдруг травинки перед моими ногами зашевелились. Появилась Фейбл, моя Гисс. Её мшистые волосы упали на плечо, ниспадая на платье из листьев, и она откинула их в сторону, чтобы одарить меня широкой, озорной улыбкой, полной заостренных зубов.
 
— Фейбл. Ты что-нибудь нашла?
Я говорила вслух во благо Коста, а не для того, чтобы донести до неё свои мысли. Он выпрямился и покинул своё место в тени, подойдя ко мне и присев на корточки перед Фейбл.
Она положила руки на бёдра, и струйка дыма там, где должны были быть её ноги, сдвинулась в такт движению.
«Посмотрите сами».
Она дёрнула головой через плечо, и мой взгляд устремился к зарослям деревьев, граничащих с равниной.
Сначала я ничего не увидела, только колышущиеся листья, танцующие на слабом ветерке. Но затем появилось что-то мерцающее, похожее на дымку над пустынным горизонтом, за которым последовала длинная рука, которая постепенно приобрела форму и цвет. Стройная, почти невидимая тварь, которая не принадлежала мне, вышла из тени леса, и ухмылка расплылась на моём лице.
— Айксас.
Один из моих родителей приручил такую же тварь, как и я. Разжав пальцы, я провела большим пальцем по корешкам бестиариев и вздрогнула от внезапной искры тепла, которая вспыхнула, когда я коснулась имени своего отца.
«Я рассказала ему, что ты пыталась сделать, и он последовал за мной сюда. Остальное зависит от тебя».
Фейбл отряхнула руки перед собой, явно гордясь собой за то, что нашла тварь моего отца.
Волнение поднялось в моей груди, и я обратила своё внимание на неё. Нежным пальцем я ткнула её в живот.
— Спасибо, Фейбл.
Она хихикнула в ответ, с любовью отталкивая моё прикосновение, а затем отмахнулась от меня.
«Не попадайся».
Пробираясь сквозь травинки, она направилась к лесу.
Кост встал, и я последовала его примеру, сделав осторожный шаг в сторону Айксаса.
— Привет. Я Лина, дочь Верлина.
Тварь придвинулась ближе. Нежной рукой существо откинуло прядь волос, прикрывающую отметину, которая ползла вверх по моей шее. Вскоре отметина исчезнет у меня на плече и вернётся обратно в руку. У нас было не так много времени, и общение с этой тварью, вероятно, было моим единственным шансом увидеть родителей. Водянистый запах Айксаса дразнил мой нос, пока я стояла неподвижно. Я не то чтобы боялась, но и не хотела его пугать. Воспоминание о моём отце было таким слабым, таким далёким, что у меня не было другого способа убедить эту тварь в том, что я на самом деле дочь Верлина. Я также понятия не имела, когда мой отец приручил Айксаса. Была ли эта тварь рядом, когда я была ребёнком? Узнало ли существо меня? Я не могла сказать наверняка, но когда оно опустило руку, странный, почти ободряющий вздох прорезал воздух.
— Прошло много времени с тех пор, как ты его видел, не так ли? — спросила я.
Тварь кивнула.
— Ты можешь отвести нас к нему? Силой вырваться из царства тварей?
Призвав свою силу ещё раз, я позволила своему очарованию расцвести вокруг меня. Я хотела, чтобы Айксас моего отца доверял мне, почувствовал свет и любовь, которые я предлагала, и знал, что я никогда не причиню ему вреда.
Айксас поколебался, а затем потянулся вперёд и подтолкнул бестиарий моего отца.
— Он в беде, — мой голос сорвался, и я зажмурилась, переводя дыхание. — Я знаю, что это ненормально — делать что-то подобное. Но я обещаю, что не пытаюсь тебя обмануть. Я дочь Верлина, и я должна добраться до него.
Его твари никогда бы не подумали попробовать это без моей помощи. Только недавно прирученные твари или те, у кого были новые хозяева, иногда вырывались из царства, и поэтому его Айксас, вместе со всеми другими его тварями, продолжал бы мирно жить здесь.
Склонив голову набок, он молча изучал меня. Каждая прошедшая секунда казалась десятилетием.
Пожалуйста. Пожалуйста, поверь мне.
Наконец, он крепко прижал мои пальцы к бестиариям родителей и издал тихий, ободряющий стон. Слёзы навернулись на мои глаза, когда меня захлестнуло облегчение.