Гнев смертных (ЛП)

ГНЕВ СМЕРТНЫХ
ЭПОХА ВАМПИРОВ #4
КЭРОЛАЙН ПЕКХЭМ
СЮЗАННА ВАЛЕНТИ
Данный перевод является любительским, не претендует на оригинальность, выполнен НЕ в коммерческих целях, пожалуйста, не распространяйте его по сети интернет. Просьба, после ознакомительного прочтения, удалить его с вашего устройства.
Гнев смертных/ Кэролайн Пекхэм и Сюзанна Валенти — 2-е изд.
Эта книга посвящается всем тем, кто обнаруживает, что ведет войну в своих собственных сердцах. Разрываемые на две части, неуверенные в том, где их место. Ты найдешь свой путь между балансом ночи и дня, луны и солнца. Твое место — между тенями и светом.
Рожденный воином, но ставший монстром,
Изменит судьбы порабощенных душ.
Восстанут близнецы солнца и луны,
Когда человек проживет тысячу жизней.
Золотой круг соединит две души,
И уплаченный долг исправит старые ошибки.
На святой горе земля исцелится,
Тогда мертвые оживут, и проклятие исчезнет.
1000 ЛЕТ НАЗАД
M
ы с семьей разбили лагерь в лесу неподалеку от поля битвы. Земли Этбрингера будут пропитаны кровью на десятилетия вперед. Кровью, пролитой моей рукой. Моими зубами.
Майлз сидел рядом с Фабианом на бревне, и они тихо переговаривались, но я держался от них подальше, спиной к кругу, который мы образовали под убывающей луной.
Кларисса подошла ко мне и взяла меня за руку. — Нам пришлось убить их, иначе они убили бы нас.
— Все войны одинаковы, — мрачно сказал я. — За кого мы сражаемся? Я не вижу здесь достойных существ. Я вижу чудовищ, созданных гневным богом.
— Мы твоя семья, — настаивала она, сжимая мои пальцы. — Я люблю тебя и наших братьев больше всего на свете. Мы не можем позволить истребителям победить.
— Может быть, они должны победить, — пробормотал я. — Ты видела, кем я стал сегодня?
Кларисса положила голову мне на плечо, и ее золотистые локоны каскадом рассыпались по моей руке, и ее близость принесла некоторую толику покоя в мою душу. Я так долго не соприкасался с ней, и ее прикосновение было бальзамом для моей кожи, даже если мы двое были холодны как лед. Мы были чисты, по крайней мере после того, как смыли кровь с наших тел в ледяной реке. Мы были невосприимчивы к ледяной воде, и меня преследовала мысль, что я никогда больше не почувствую ни летнего тепла, ни зимнего мороза.
— Ты хороший человек, Эрик, — пообещала Кларисса, и я сухо рассмеялся.
— Хороший? Как ты можешь так думать? Я сосуд Андвари, который нужно наполнять кровью.
— Если мы его пешки, возможно, это не наша вина, — пробормотала она с ноткой надежды в голосе.
— Многие люди до нас обвиняли богов в своих решениях. Но это не значит, что они правы. У нас все еще есть свобода воли. — Я поигрывал клинком в руке. Один удар, глубокий и верный, положил бы конец моей чуме в этом мире. Но загробная жизнь не принесла бы мне покоя. То, что я сделал, оставит неизгладимое пятно на моей разрушенной душе, и я заплачу за это, если когда-нибудь переступлю порог смерти. Хотя оставаться здесь, в этом теле, не казалось лучшей альтернативой. И, по крайней мере, если бы я был наказан за свои преступления в глубинах Настронда, я больше не смог бы убивать невинных людей.
  
Кларисса сжала рукоять моего клинка, вырывая его из моих пальцев. — Не делай глупостей. Я люблю тебя, брат. Ты не должен сдаваться.
В моем сердце росла боль. — Я не могу оставаться в такой форме, Кларисса. Я подумал, что, возможно, превращение воина-истребителя в одного из нас было ответом. Но мы здесь, все еще в наших проклятых формах. Это ничего не изменило, и я проклял еще одну душу.
— Этот истребитель, возможно, уже уничтожил последний из кланов, — крикнул Фабиан. — Это могло все изменить. Если все истребители будут мертвы, некому будет охотиться или преследовать нас.
Я не повернулся к нему, все больше раздражаясь отсутствием у него чувства вины.
— У тебя неправильные приоритеты, Фабиан, — прорычал я, уставившись на грязь у своих ног.
— Мой приоритет — сохранить нам жизнь. Истребители были созданы, чтобы убивать нас. Если они исчезнут, — мы свободны.
Я резко встал, поворачиваясь к нему, и Майлз схватил Фабиана за руку, пытаясь удержать его, когда между нами возникло сильное напряжение.
— И как надолго, по-твоему, боги позволять этому продолжаться? Они могут создавать истребителей по своей прихоти. Если они захотят, чтобы нам бросили вызов, нам его бросят. — Мои плечи напряглись, когда Фабиан обнажил свои клыки.
— Тогда мы убьем и их тоже, — прорычал Фабиан, подходя ближе.
— Прекратите препираться, — простонал Майлз, отказываясь от попыток удержать Фабиана. — Я просто хочу домой.
— К твоей банде гребаных безмозглых последователей? — Я плюнул на него. — Вы все поддаетесь проклятию, каждый из вас. — Я повернулся к Клариссе, и она бросила на меня виноватый взгляд, когда я указал на нее. — Ты притягиваешь мужчин к себе, как мотыльков на пламя, обещая им вечность в своих объятиях, если только они смогут развлекать тебя достаточно долго. И Майлз, ты распространяешь проклятие, как будто это дар, который нужно преподнести тем, кого ты считаешь достойными. Вы все создаете армию таких же существ, как мы, и для чего? На каждого из таких как мы, кого ты создашь, родится еще один истребитель. Боги не позволят нам победить. Они не хотят, чтобы мы победили.
— Я не согласен. — Фабиан скрестил руки на груди, и его ярость, казалось, немного улеглась. — Возможно, это больше дар, чем проклятие. Возможно, они действительно хотят, чтобы мы процветали.
— Ты был там, когда они убивали наши семьи! — Я зарычал, теряя контроль над своими эмоциями. — Ты плакал из-за смерти своих сестер. Ты видел, что они сделали с нашими матерями и отцами. Это был не дар: это наше наказание за их преступление. И оно вечно.
Фабиан прошелся по краю маленькой поляны, взбешенный моим тоном. — Возможно, боги передумали. Возможно, теперь они сжалились над нами. Мы выиграли эту битву. Они могли бы вмешаться, если бы не хотели нашего успеха.
Я подумал об Андвари и о том, как он дал мне силы победить, подстегивая меня каждой смертью, которую я причинил. В каком-то смысле Фабиан был прав: Андвари еще не закончил с нами. Но жалость? Я не был настолько глуп, чтобы поверить в это.
— Андвари не хочет нашей смерти, он хочет, чтобы нас мучили, — прорычал я.
— Андвари? — Фабиан зашипел. — Правда? Великий Андвари говорил с тобой, брат? Так как мне, он ни разу не ответил.
Брови Майлза поползли вверх. — Правда? — спросил он меня с надеждой.
— Да, — вздохнул я. — Он говорил со мной много раз.
— И? — Спросила Кларисса, снова беря меня за руку и бросая на меня отчаянный взгляд.
— Он лжет! — Фабиан взревел, поднимая с земли бревно и швыряя его в деревья. С оглушительным треском еще одно дерево было вырвано с корнем в результате столкновения и рухнуло на лесную подстилку.
— Я не лгу, — прорычал я, напрягая мышцы.
Если Фабиан хочет драки, я с радостью устрою ему ее. У меня было слишком много энергии, которую я мог потратить, и я бы насладился тем, что вымещаю ее на нем.
— Ты сошел с ума в той пещере. Я говорил тебе не делать этого. — Фабиан снова повернулся ко мне, и его глаза резко сузились. — Мой брат вошел туда, но оттуда вышел сумасшедший.
— Ты просто завидуешь, потому что Андвари выбрал его, а не тебя, — прорычал ему Майлз, затем перевел взгляд на меня. — Я верю тебе, Эрик. Что тебе сказал Андвари?