Долгорукий. Суетолог Всея Руси. Том 2 (СИ)

— Видите? Я могу изменить всё, что пожелаю, одним движением пера, — пояснил князь, — Здесь, рядом с Ключевым измерением, я поистине всесилен. Мне покровительствует сам Бог Искусств.
Настя и Владимир не могли оценить его успехов — оба были без сознания.
Он уселся в кресло, закинул ногу на ногу и с наслаждением отпил глоток вина из бокала.
— Быть может, у меня нет литературного дара, как у моего великого предка, — задумчиво протянул Пушкин, — Но Дар Автора куда как полезнее для управления моей сказочной страной. Пусть против меня выступят хоть сами боги — здесь, в родных стенах, я непобедим. Всё будет так, как захочу я, князь Пушкин.
Он взял ещё один чистый лист и ручку.
— А теперь, пожалуй, я внесу кое-какие правки в ваши истории, — задумчиво протянул князь, — Чтобы вы впредь вели себя как подобает.
Он написал на листе:
 
Отныне княжна Анастасия Демидова хранит верность только роду Пушкиных. И исполняет все приказы князя Сергея Александровича Пушкина. Культ Возвышенных больше не имеет для неё значения. Она готова рассказать князю Пушкину всё, что знает о культе.
 
Тоже самое он написал на другом листе, только для княжича Лыкова. Листы вложил в их книги. Книгу Насти он вернул обратно в голову девушки.
Та встрепенулась и широко распахнула глаза.
— Что… что вы с нами сделали? — Настя удивленно посмотрела на Пушкина, — Господин Пушкин?
И в этот момент толстый фолиант на столе внезапно вспыхнул ярким пламенем!
Пушкин от неожиданности едва не выронил ручку. Пламя быстро объяло книгу, и через несколько секунд от неё остался лишь пепел на столешнице. С грохотом ваза с розами разлетелась на осколки.
Одновременно раздался ехидный смех, который эхом разнёсся по комнате. Это был голос госпожи Димитриевой!
Пушкин вскочил с места и огляделся по сторонам. Но в комнате по-прежнему никого не было, кроме них троих. Смех доносился как будто из пустоты.
— Кто здесь⁈ — рявкнул князь, вглядываясь в темноту углов, — Покажитесь!
Ответом ему был лишь насмешливый смех Димитриевой.
— Неужели ты думал, что так просто получишь контроль над разумами моих подопечных? — насмешливо прозвучал её голос, — Мои чары куда сильнее твоих фокусов, князь.
Книга Лыкова подпрыгнула сама собой и вернулась обратно в голову княжича. Лист бумаги, вложенный Пушкиным, выпал из неё. Лыков застонал, приходя в себя.
— Что… Что происходит? — растерянно пробормотала Настя, моргая и озираясь по сторонам. Её голос звучал уже увереннее.
— Кажется, чары слабеют, — прошептал Лыков, пошевелив пальцами, — Сейчас наш шанс, давай!
Они оба вскочили на ноги, активируя свои магические покровы. Золотистое сияние окутало их фигуры, придавая сил.
— Надо только не повредить господину Пушкину, — осторожно произнесла Настя, — Он нам все-таки… кхм… живым нужен, чтобы его допросить и узнать, где Ключевое измерение.
— И то верно, — согласился Лыков, потирая руки, — Черт, я снова могу двигаться! Сила вернулась! Кайф…
— А ну стойте! — рявкнул Пушкин, тщетно пытаясь сосредоточиться и вернуть контроль над ситуацией. Но было уже поздно.
Лыков метнул в него огненный сгусток, на этот раз гораздо более мощный, чем раньше. Пушкин едва успел уклониться, и заклинание проломило стену позади него.
— Держи его! — крикнул Лыков Насте. Та немного поколебалась, но всё же швырнула в князя молнию… но какую-то очень слабую. Разряд отбросил Пушкина к противоположной стене.
Но князь быстро оправился от атаки и встал в боевую стойку. Волна невидимой энергии вырвалась из его рук, заставив Настю и Лыкова пошатнуться.
— Вы ещё пожалеете об этом! — прошипел Пушкин, собирая силы для нового удара.
— Скорее жалеть придется тебе! — снова прозвучал насмешливый голос невидимой Димитриевой.
  
Глава 15
 
Что-то здесь нечисто…
 
Пушкин на мгновение замер. Затем резко обернулся, вглядываясь в темные углы комнаты. Но там никого не было — лишь тени, отбрасываемые трепетным пламенем свечей.
 
— Кто здесь? — повторил Пушкин, хмуря брови, — Покажись!
Ответом ему был вновь ехидный смешок, эхом разнесшийся под сводами кабинета.
— Ах, бедный наивный князь, — прозвучал вкрадчивый голос госпожи Димитриевой, хотя её самой по-прежнему не было видно, — Ты и правда думаешь, что здесь, в своём драгоценном подземелье, ты хозяин положения? Что можешь творить всё, что заблагорассудится, и никто тебе не указ?
Настя и Владимир стояли неподвижно, полностью растерянные. Они не знали, что сейчас прикажет госпожа Димитриева. Но одно было ясно точно — без нее им бы пришел кирдык.
Пушкин напрягся и сузил глаза, вглядываясь в полумрак комнаты. Он явно не ожидал подобного поворота.
— Покажись, ведьма! — потребовал он, — Или тебе не хватает смелости говорить со мной в лицо? Покажись! Я знаю, это ты, Димитриева. Вечно суешь свой нос куда не следует.
Он сжал кулаки, готовясь атаковать. Воздух в комнате сгустился от напряжения.
Но тишину вновь разорвал лишь насмешливый голос госпожи Димитриевой:
— О боже, да я просто в восторге от твоего гостеприимства, Сергей Александрович! Как любезно ты встречаешь гостей — сразу заколдовываешь их и копаешься в мозгах!
Голос доносился словно из ниоткуда, отражаясь от стен и колонн. Пушкин напрягся, вглядываясь в полумрак.
— Прекрати эти игры! — рявкнул он, — Явись немедленно! Или ты так и будешь прятаться по углам как трусливая крыса?
— Ой, полегче на поворотах, Автор, — насмешливо протянул голос, — А то так и запутаешься в собственных сюжетных линиях. Или ты думал, что мы не в курсе про твой Дар?
Пушкин стиснул зубы от злости. Он ненавидел, когда кто-то выводил его из себя.
— Чего ты добиваешься, ведьма? — процедил сквозь зубы князь, — Зачем прислала этих юнцов в мой дом? Хотела поиздеваться?
— Да что ты, я их всего лишь немного… вдохновила, — лукаво протянул голос Димитриевой, — А ты сразу начинаешь плести коварные интриги, заколдовывать бедных детей… Фу, как нехорошо!
— Хватит! — рявкнул Пушкин, выбрасывая вперед руку. Из его ладони вырвался шар тьмы, на лету превратившийся в стаю черных воронов.
Птицы с карканьем закружили по комнате, выискивая незримого врага. Но вороны лишь беспомощно хлопали крыльями, не находя цели, и постепенно растворялись в воздухе.
Димитриева лишь рассмеялась в ответ на эту демонстрацию силы:
— Ох уж эти мужчины, сразу начинают размахивать кулаками и колдовать! Давай лучше поговорим как взрослые люди?
Лицо Пушкина скривилось в яростной гримасе. Кажется, еще немного — и он взорвется от злости, как перегретый паровой котел.
— Прекрати эти игры и покажись! Или ты боишься встретиться со мной лицом к лицу, ведьма? — процедил он сквозь зубы.
— Боюсь? Я? — иронично переспросила Димитриева, — Нет, тебе меня не спровоцировать. Я знаю про твой Дар, и поэтому лично здесь никогда не появлюсь. У меня и так достаточно сил, чтобы одержать над тобой верх, даже не показываясь тебе на глаза.
— Довольно! — рявкнул Пушкин, выбрасывая руку вперёд. Из его ладони вырвался ослепительный луч света, нацеленный в пустоту, — Покажись и дерись как подобает, трусиха!
Однако луч света лишь бесследно растворился в воздухе, не причинив никому вреда. Димитриева лишь презрительно хмыкнула в ответ на эту угрозу.
Тем временем Лыков и Настя озадаченно переглянулись. Они явно были сбиты с толку происходящим.
— Что здесь творится? — шепотом спросила Настя у Лыкова, — Это Димитриева? Но как?
— Понятия не имею, — так же шёпотом отозвался тот, хмуря брови, — Явно Пушкин не контролирует ситуацию. Нам это на руку.
Раздался оглушительный треск, и в центре комнаты возникла тёмная разлом. Через него начала просачиваться клубящаяся чёрная энергия.
— Что за⁈.. — изумлённо воскликнул Пушкин, отшатываясь.
А затем из разлома показалась зловещая когтистая лапа. За ней последовали ещё несколько конечностей, и наконец в комнату выползло на свет гигантское чудовище.