Соблазнительный ангел

Он сморгнул навернувшиеся на глаза слезы. Касс ожидает ребенка. Его ребенка! И страшится его потерять. Как и он сам.
— Я смогу пройти через это одна, Стивен, — сказала Кассандра. — Тебе вовсе не…
Он поцеловал ее. Крепко.
— Я буду рядом. Потому что это мой ребенок. А ты — моя женщина. И потому что я люблю тебя. Не важно, любишь ты меня или нет, но я буду любить тебя и надеяться, что когда-нибудь ты меня полюбишь. Я сделаю тебя счастливой. Обещаю.
— Я полюбила тебя почти с первого взгляда, — прошептала она. — Но, Стивен, это кажется таким несправедливым…
Он снова приник к ее губам. Поднял голову и улыбнулся.
Кассандра дрожащими губами улыбнулась в ответ.
— Ты была у врача? — спросил он.
— Нет.
— Завтра же поезжай. Я попрошу Мэг сопровождать тебя.
— Она будет шокирована.
— Смотрю, ты не слишком хорошо знаешь моих сестер, верно?
Кассандра прислонилась лбом к его подбородку.
— Касс!
Ужас вновь охватил его.
— Я уберегу тебя от всех бед. Клянусь.
Глупые слова, когда ей и только ей придется пройти через беременность и, он надеялся, через роды. Чем он сможет помочь? Неудивительно, что многие женщины считали мужчин беспомощными, совершенно ни к чему не пригодными созданиями.
— Знаю, — кивнула она, обняв его. — О, Стивен, я не хотела, чтобы все так вышло. Но я люблю тебя. Очень. И сделаю все, чтобы ты никогда не пожалел о том, что женился на мне.
Стивен снова поцеловал ее.
У него слегка кружилась голова. Он добился своего! Вовсе не так, как было задумано. И ему не пришлось долго и упорно ухаживать за ней. Просто как-то вечером, чуть больше месяца назад, он позволил ей соблазнить его, а потом согласился стать ее покровителем. Потому что был сердит, а она оказалась в отчаянном положении.
Весьма неудачное начало.
Начало, которое привело к зарождению новой жизни.
Злополучное начало, которое каким-то образом разожгло взаимную любовь и страсть.
Жизнь — странная штука. А любовь — еще более странная.
Касс будет его женой, потому что любит его. И потому что она ждет от него ребенка.
Они обвенчаются!
Стивен рассмеялся, схватил Кассандру за талию и закружил по комнате, пока она не рассмеялась в ответ.
  
Глава 22
 
Кассандра приехала в Уоррен-Холл, родовое поместье графов Мертонов, в солнечный ветреный июльский день. До свадьбы ей предстояло жить в Финчли-Парке, одном из владений герцога Морленда, находившемся в нескольких милях от Уоррен-Парка. Но Стивен сначала привез ее именно сюда, желая показать новый дом.
Едва экипаж проехал между двумя высокими каменными столбами, обозначавшими границу парка, Кассандра влюбилась в это место с первого взгляда. Подъездная аллея вилась между густыми зарослями деревьев, и на душу немедленно снисходили мир, покой и, как ни странно, ощущение принадлежности к этому месту. Может, потому, что Стивен держал ее за руку и выглядел абсолютно счастливым?
— Уоррен-Холл был моим домом всего восемь лет, — сказал он. — И я рос не здесь. Но почему-то немедленно почувствовал себя в привычной обстановке. Словно это место ждало меня всю жизнь.
— Ты прав, — улыбнулась Кассандра. — Думаю… и надеюсь… что оно ждало и меня тоже. Наверное, я все считала, что моя жизнь еще не началась, и вот теперь, в почтенном двадцативосьмилетнем возрасте, меня посетило странное ощущение того, что это происходит именно сейчас. В настоящем. Не в будущем. Ты заметил, Стивен, что мы постоянно ждем чего-то от будущего и почти не живем реальной жизнью?
Только со Стивеном она могла говорить на эти темы и быть уверенной, что ее поймут. Будущее всегда было той частью ее жизни, которая казалась вполне сносной. Но временами даже будущее казалось мрачным и абсолютно безнадежным, и она тонула в отчаянии. Но больше этому не бывать. Впервые в жизни Кассандра жила настоящим и наслаждалась каждой минутой.
Стивен стиснул ее руку.
— К сожалению, очень часто все хорошее случается за чей-то счет, — вздохнул он. — Для того чтобы я получил титул, Джонатан Хакстебл должен был умереть в шестнадцать лет, а Кону выпало родиться вне брака.
 
— Джонатан был его братом? — спросила Кассандра.
— Да. Он был… болен. Кон однажды сказал, что его отец всегда называл мальчика идиотом. Но сам Кон считал, что Джон был воплощением любви. Не просто любящим и добрым, а самой любовью. Жаль, что я его не знал.
— Мне тоже жаль, — вздохнула Кассандра, в свою очередь, пожимая руку Стивена. — Как он умер?
— Во сне. В ночь своего шестнадцатилетия. Очевидно, он и без того пережил все сроки, которые отпустили ему врачи. Кон утверждает, что Джонатан полюбил бы меня. Того, кто занял его место, когда он умер. Ну разве не странно?
— Кажется, я уже начинаю понимать, что любовь, как правило, — очень странная вещь.
Но разговор прервался сам собой: экипаж выехал на открытое пространство, и Кассандра, прильнув к окну, увидела дом, большое квадратное здание из светло-серого камня с куполом, колоннами и мраморными ступенями, ведущими на первый этаж. Каменная балюстрада окружала широкую террасу перед домом. Идущие от нее ступеньки вели в большой цветник с клумбами, низкими кустами и вьющимися дорожками.
— Он прекрасен! — ахнула Кассандра.
Возможно ли, что теперь это ее дом? Она вдруг вспомнила о величественной роскоши Кармела, которую всегда считала унылой и угнетающей даже в первые полгода своего замужества. Но она тут же выбросила из головы мрачные мысли. Теперь они для нее не важны. Потому что были прошлым. А это — ее настоящее.
— Правда? — обрадовался Стивен. — И через две недели в нем появится новая графиня.
Он купил специальное разрешение, вместо того чтобы ждать, пока будут сделаны церковные оглашения. Но все равно предложил подождать две недели. Конечно, учитывая обстоятельства, им следовало бы пожениться немедленно, но он хотел, чтобы их свадьба запомнилась на всю жизнь. И чтобы их окружали ближайшие родственники и друзья. И он хотел бы, если она не слишком возражает, обвенчаться в маленькой часовне, находившейся в самом Уоррен-Холле, а не в Лондоне и даже не в деревенской церкви.
Уэсли уже приехал в Финчли-Парк вместе с герцогом и Ванессой, и они встретятся сегодня вечером. Элис, мистер Голдинг и Мэри с Уильямом и Белиндой собирались приехать за день до свадьбы.
Соберутся также все родственники Стивена, мать герцога и его младшая сестра, сэр Грэм и леди Карлинг и сестра лорда Монтфорда, тоже с мужем. И конечно, мистер Хакстебл. А также сэр Хамфри и леди Дью из Рандл-Парка, близ Троксбриджа в Шропшире, с дочерьми и их супругами, и викарий Троксбриджа, бывший наставником Стивена до его семнадцатилетия.
Супруги Дью, как узнала Кассандра, были едва ли не членами семьи Хакстеблов, пока те жили в Троксбридже. Они позволяли Стивену кататься на лошадях из их конюшни. Ванесса год была замужем за их младшим сыном, но тот умер от воспаления легких. Они считали детей Ванессы своими внуками.
— Новая графиня, — повторила Кассандра. — Графиня Мертон. Я буду очень рада избавиться от прежней фамилии. Это, разумеется, единственная причина, по которой я за тебя выхожу. — Она взглянула в глаза Стивена и рассмеялась.
Стивен улыбнулся.
— Какие чудесные звуки! — воскликнул он.
Кассандра вопросительно подняла брови.
— Твой смех, — пояснил Стивен. — И то волшебство, которое он творит с твоими губами и глазами и всем лицом. Думаю, Касс, в твоей прежней жизни было очень мало смеха. И если я подарил его тебе, значит, он куда более ценен, чем имя или титул.
Кассандра снова рассмеялась, но из глаз брызнули слезы.
— Возможно, — пробормотала она, когда экипаж стал сворачивать к террасе и сбоку показался каменный фонтан, — это твой молодой кузен придал парку ауру любви и покоя. И возможно благодаря тебе оно выглядит обителью счастья. И возможно, какой-то добрый ангел или просто судьба заставили меня ждать все эти годы, чтобы потом прийти сюда и исцелиться. И исцелять всякого, кто когда-нибудь разделит с нами этот дом. Я передам мир, покой, любовь и счастье всем, кто придет сюда. И нашим детям тоже. — Она тут же прикусила язык, жалея, что произнесла эти последние слова. На нее снова надвинулся ужас, ужас, который всегда ждал за углом.