Бойфренд для Цесаревны (СИ)

Они остановились метров в двадцати от нас. Двое на одном байке. Я следил за ними, пока все остальные расслаблялись. И это были не наши байкеры-жандармы. Я огляделся. Жандармов как раз не увидел. У меня совсем за зазнобило. Но я молчал, глядя на них. Мало ли кто на байках ездит. Оля стояла и смелась, глядя на Зою и на Фридриха. Саксонец пытался отжать мокрую футболку у Зои. Та была довольная и не отталкивала Фридриха. А я наблюдал за байкерами. Одновременно мой взгляд упал на мужчину. Он шёл по тротуару нам навстречу. В его руках был дипломат. Почему обратил на него внимание, сам не понял. Но у меня как-то так получилось, держать в поле зрения и мужика с дипломатом и байкеров. А потом, как то всё резко, понеслось вскачь. Увидел, как тот, кто сидел позади водителя байка, выхватил из-под куртки короткоствольный автомат. Всё, финиш. Сработал чисто на инстинктах. У меня, как обычно был ствол, который мне подогнал Берестин. ПСС — Пистолет Самарина Специальный. С патронами, пули которых имели вольфрамовый сердечник и со ста метров спокойно пробивали бронник 6-го класса защиты, причём на глушняк, то есть и первую броневую пластину на груди и вторую — на спине, не считая человеческой плоти между ними. Как только я увидел в его руках короткоствольный автомат, сработала команда — на землю!
  
— Падайте! — Закричал Ольге и всем остальным, выхватывая пистолет из кобуры скрытого ношения. Ольгу я закрыл собой. Принцесса среагировала сразу, умница-разумница. Она упала на асфальт, рядом с ней упала Зоя. Фридрих постарался их закрыть собой. Тоже моментально с ориентировался! Я шагнул на встречу убийцам. Пистолет держал обеими руками. Открыл огонь на поражение. В какой-то момент время словно застыло. Стало как вязкая смола. Я поднимаю оружие…Он смотрит на меня и поднимает автомат, целясь в меня. Я нажимаю на спусковой крючок. Из ствола моего пистолета вырывается огонь. Пуля летит с бешенной скоростью. Всё замедленно, словно в тоще воды или как на кадрах киноплёнки, когда идёт замедление. Я продолжаю жать на спусковой крючок. Затвор отскакивает назад, оголяя ствол пистолета и выбрасывая пустую гильзу. Возвращается назад, загоняя другой патрон в патронник.
Первым пулю словил байкер с автоматом. Она попала ему в шлем, в защитное стекло, прикрывавшее лицо. Прошла всю голову, разнесла затылочную часть черепа и тыльную сторону шлема. Одновременно с этой пулей он словил и две в грудь. Его снесло с байка. Водитель среагировал молниеносно, сам завалившись на бок. Отгораживаясь от меня мотоциклом. В его руке появился пистолет. Я не прекращал вести огонь. Затворная рамка пистолета ходила, как челнок у швейной машинки. Грохот выстрелов слился в одну не прекращающуюся какофонию. Я прострелил ногу водителю байка, разнося ему коленный сустав. Он закричал от дикой боли и выронил пистолет. Я продолжал стрелять. Пули пробили бензобак мотоцикла, сначала вспыхнуло пламя, а потом он взорвался. На меня дохнуло огненным жаром. Дикий вой байкера усилился. Он горел, пытался вскочить, но перебитая нога подломилась. Стреляя в байкеров, я не упускал из вида мужика с дипломатом. Как так у меня получалось, сам не знаю. Всё происходило на инстинктах. Тело работало, как боевая машина. Мозг — словно холодный, лишённый всяких эмоций компьютер. Сознание зафиксировало, как мужик, шедший нам на встречу, что-то сделал с дипломатом, тот раскрылся, а потом упал на тротуар. В руках у мужчины тоже, как и у байкера, оказался короткоствольный автомат. Я перенёс огонь на него. Немногочисленные прохожие, с самого начала стрельбы кинулись в рассыпную. Поднялся женский визг. Впрочем, визжали не только прохожие. Настя тоже завизжала, бросила свой байк и кинулась к лежавшей на мостовой сестре и Цесаревне. Пашка же завис. Он впал в ступор.
Раздалась автоматная очередь. Что-то сильно ужалило мне левое плечо. Но я не обратил на это внимание. Пистолет продолжал держать двумя руками, стрелял по мужику. В него попало две пули в грудь. Я видел, как плеснуло кровавыми фонтанчиками у него на рубашке и мужика отбросило к стене дома, вдоль которого проходил тротуар. В этот момент на проезжей части появился чёрный джип. Откуда он вывернул, я не понял. Он стал разгоняться, двигаясь прямо на меня. Я не мог отойти в сторону, или убежать. Позади меня на асфальте лежали Ольга с Зоей, которых пытался закрыть собой Фридрих. Да ещё подскочившая Настя.
— Фридрих, убирай девчонок отсюда! — закричал ему. Стал стрелять в надвигающийся джип. Но в этот момент затворная рама пистолета встала на задержку. Я даже не заметил, как расстрелял магазин на восемнадцать патронов. Палец нажал на кнопку. Магазин выскользнул из рукояти пистолета. Реальность вновь замедлилась. Видел, как медленно падает, кувыркаясь магазин. Как он ударился об асфальт, подскочил, перевернувшись и упал окончательно. В этот момент я уже вставлял запасной магазин в рукоять. Затворная рамка снялась с фиксатора, скользнула вперёд, закрывая ствол и загоняя патрон в патронник. И тут, позади меня, раздалась автоматная очередь. Но стреляли не в меня. Стреляли в джип. Лобовое стекло машины покрылось сеткой пулевых отверстий, а потом разлетелось. Стрелял байкер-жандарм. Они двое появились словно из неоткуда. Один открыл огонь сидя на байке из автомата. Второй бежал ко мне, на ходу стреляя тоже из короткоствольного автомата во внедорожник. Подбежав, толкнул меня.
— В сторону, Самарин. — Закричал он. От его сильного толчка я отлетел с проезжей части на тротуар. В этот момент джип проехался по тому месту, где я стоял, заскочил на тротуар и врезался в стену кирпичного двухэтажного дома. Как сам жандарм избежал столкновение с джипом, я не понял. Но они оба были уже у джипа. Открыли с двух сторон двери и стали вытаскивать на улицу тех, кто там находился. Увидел третьего байкера из ОКЖ. Тот контролировал проезжую часть, уперев приклад снайперской винтовки с интегрированным глушителем в плечо.
— Трое минус. Один живой. — Сказал тот, кто оттолкнул меня на тротуар. Он снял шлем. Это был капитан Осадчий. Он посмотрел на меня. Кивнул. — Молодец, Андрей. Мгновенно среагировал.
— А вы где были?
— Догоняли вас. Я вынужден доложить о нападении. Похоже, ваше путешествие закончилось.
Я оглянулся. Ольга, Зоя, Настя и Фридрих стояли на крылечке какого-то магазина. С ними был и Павел. Фридрих сумел утащить девчонок с проезжей части, молодец. Ко мне подбежала Ольга.
— Андрей! — Она была бледная.
— Всё закончилось, Оля. Всё нормально.
— Нормально? У тебя кровь, Андрей! На левом плече.
Я посмотрел на своё левое плечо. Точно, на нём расплывалось кровавое пятно. Футболка была порвана.
— А я думаю, что за злая оса меня укусила⁈ — Посмотрел на Ольгу и улыбнулся. — Ерунда, душа моя. Просто царапина. Он промазал, а я нет.
— Нет, не ерунда. Снимай футболку.
Пистолет засунул в кобуру. Закрыл правой ладонью плечо.
— Лёль, да ерунда. Не переживай. Бывает хуже, но реже! — Я попытался свести всё в шутку. Но не получилось.
— Пожалуйста, Андрей, сними футболку. — Она подошла ко мне совсем близко. Оглянулась на моих сестёр. — Зоя, аптечку принеси. Андрей пошли в магазин.
Зашли в магазин. В нём продавали чулочно-носочные изделия, нижнее бельё. Мне пришлось снять кобуру скрытого ношения. Потом уже футболку. Пуля прошла по касательной, но порвала кусок кожи и вырвала кусочек моей плоти. Кровь сильно бежала, вся рука была уже в крови. Настя хотела промыть мне плечо питьевой водой из бутылки, но Ольга забрала у неё.
— Я сама. — Промыла, потом обработала рану перекисью, после наложила тампон и стала бинтовать меня.
  
— Андрей, а ты чего улыбаешься? Разве тебе не больно? — Спросил меня Павел.
— Настоящий солдат никогда не плачет и стойко переносит боль ранений. — Ответил за меня Фридрих.
— Понял, Пашка. — Я усмехнулся, хотя мне было больно. — А почему улыбаюсь, так найди хоть одного человека, за которым так трепетно и с любовью ухаживает сама Цесаревна. Перевязывает сама, своими ручками. Это самая лучшая анестезия. — Фридрих кивнул, соглашаясь со мной.