Бесстрашный (СИ)
Балий не раздумывал ни секунды:
— Понятно, мессир. Сделаю, что вы сказали. Это мой долг перед вами и перед городом…
Когда он умчался выполнять полученные задания, я почесал за ухом.
Похоже, мне стоило потребовать больше. А впрочем, неважно. Олигархом я здесь становиться не собирался.
* * *Эта ночь у нас с Рейной выдалась бурная. После десятидневной разлуки иначе и быть не могло. Утро в итоге наступило для нас на пару часов позднее, чем для остальных. Ведь как ни крути, настоящая страсть, пусть чертовски приятная, временами изводит так, что если потом не выспаться, весь день будешь еле ноги таскать, не говоря уже о работе.
А работы на нас на следующие сутки навалилось невпроворот.
Первым, кого я встретил в приёмной, был мастер Балий.
— Вот, мессир! Я всё принёс, — протянул он мне мешок с серебром и пластину того же металла заявленного размера и формы.
— Жди здесь, — приказал я ему, забирая мешок и пластину.
Серебро в мешке оказалось не в виде монет, как мне поначалу подумалось, а в виде гранул, достаточно мелких, почти порошка. Для моих целей это вполне подходило.
Руны на пластинку наносил минут двадцать. Специальная краска и набор кисточек хранились теперь у меня в кабинете. К процессу нанесения рунных записей я не допускал никого, даже Рейну. Не потому что не доверял, а потому что боялся, что от чужого присутствия могут «сбиться настройки». Механизм наполнения записей маг-энергией до сих пор оставался для меня не слишком понятным.
Иероглифы «дорога» и «нефритовый стержень» для руны оставил теми же самыми, добавив к ним ещё запись «для особо отпетых». А на другую сторону серебряного прямоугольника нанёс уже ставшие привычными руны «неоднократно»…
— Пользуйся, — вернул я главе магсовета активированную пластину. — Но учти. Это более сильная форма и называется «ди ты на». Действует только на наших врагов. Если попробуешь применить её по своим, эффект может быть… неожиданным. Понял?
— Понял, мессир.
— Прекрасно. Что у нас, кстати, с пленными магами?
— С пленными всё в порядке, — отрапортовал Балий. — Всех провели через камень Баат. Тридцать отреагировали положительно. Их… эээ… отправили на перековку.
— На перековку?
— Маг-дознаватель Ри́мек предложил называть так процесс гипнотического обучения и дополнительной проверки лояльности, — пояснил маг. — Только вы ничего не подумайте. Там всё добровольно. Разум бывшие пленные не потеряют.
— Ладно. Я понял. Но пленных, как помнится, было не тридцать, а тридцать два.
— Вы правы, мессир. Их было действительно больше, — вздохнул мастер Балий. — Двое, к несчастью, покончили с собой после испытания.
— Какого ещё испытания? — нахмурил я брови.
— Прикосновения к камню Баат, — снова вздохнул глава магсовета. — Вероятней всего, они не смогли принять то, что узнали. Видимо, верность Конклаву сидела в них чересчур глубоко… А возможно, им просто не захотелось меняться, — развёл он руками…
* * *За время, пока я отсутствовал на полигоне, Хруст сотоварищи успел приготовить ещё четыре оборудованные под «вагенбурги» телеги. К моему появлению они уже находились рядом с шестью вчерашними, запряжённые лошадьми и выстроенные в колонну.
Увидев меня, бывший молотобоец сразу же отчитался:
— Монсьор, у нас всё готово! Прикажете начинать?
— Давай! — махнул я рукой.
В качестве зрителей, а заодно и «приёмной комиссии», на испытаниях присутствовали Тур, Рейна и Лика. «Охотник», по-моему, до сих пор не верил, что новшество окажется сто́ящим, а вот дамы, похоже, придерживались иного мнения. По крайней мере, азарт в глазах у обеих я разглядел, сто процентов.
Две колонны повозок (в первой четыре, во второй шесть) двинулись по стерне параллельными курсами. В каждой, кроме возницы, сидели по шестеро воинов. Ещё два десятка шли шагом рядом с телегами. Когда последние начинали вязнуть и притормаживать, «ходоки» вцеплялись в борта и помогали лошадям вытянуть нагруженные повозки.
— А те, кто внутри, что, спрыгнуть не могут? — поморщился Тур.
— Могут, конечно. Но в боевой обстановке, — пожал я плечами. — В походном режиме лучшие бойцы должны отдыхать.
«Герцог-охотник» хмыкнул, но комментировать дальше не стал.
От головы правой (большей) колонны зазвучали громкие трели. Ничтоже сумняшеся, Хруст предложил использовать для команд морские свистки.
Бойцы принялись выпрыгивать из повозок и вместе с пешими начали быстро распрягать лошадей и вручную выставлять телеги в полукольцо.
— Чем они их сцепляют? — поинтересовался Тур.
— Цепями, — указал я рукой. — Там даже крюки есть для этого.
— А если цепей не будет? Потеряются или порвутся, или ещё что-нибудь.
— Слеги станут укладывать. Или доски. Или просто поставят впритык, борт к борту.
— Понятно, — кивнул «охотник».
Из-за холма тем временем вынеслись конники, должные изображать противника.
— Не успеют, — покачал головой Тур, глядя, как суетятся бойцы у повозок, запрыгивая на те, на которых уже успели поднять-опустить щиты, и прилаживаясь к бойницам с взведёнными арбалетами.
Конные частью спешились и бросились к выставленным в ряд телегам, явно намереваясь взять их одним решительным штурмом. Другая часть кавалерии понеслась вдоль повозок, обтекая их с флангов.
— Не успели, — подтвердил очевидное наш военком, когда всадники вылетели тележникам в тыл и начали делать вид, что стреляют по ним из луков.
— Значит, надо быстрей разворачиваться, — резюмировал я, прикладывая руку ко лбу, чтобы закрыться от солнца. — Но конников они всё-таки проредили, и основательно.
— Да, — согласилась Рейна. — Минимум, половину всадников можно считать убитыми.
— Вышедшими из строя, — уточнила Лика. — Им бы повозок побольше, тогда и тылы бы прикрыли, даже не сцепленные.
— Всё верно, — согласился, к моему удивлению, Тур. — Телег нужно больше, тогда в центре круга можно ещё пару-тройку осадных машин поставить…
Тренировки со здешним аналогом «гуляй-города» продлились весь день. И столько же времени велось обсуждение тактики его применения. В итоге мои соратники все же пришли к общему знаменателю и целиком и полностью одобрили нововведение. Накидав, правда, множество замечаний, которые требовалось устранить в последующие дни.
Одно из них касалось защиты от магов. Заниматься защитой я решил лично, не возлагая её на ещё не имеющихся у нас в нужном количестве «противомагов» из Драарана…
В самом конце учений я попросил отойти всем подальше, выбрал одну из повозок (новую, ещё не участвовавшую в сегодняшних тренировках), вынул из ранца пузырёк с краской, кисточку и кисет с серебряной «пылью» — малой толикой платы мастера Балия за «ди ты на».
«Пыль» я смешал с краской в обычной глиняной чашке. Ровно столько, сколько могло потребоваться, чтобы изрисовать иероглифами одну повозку. Нанесение рун и их прочтение вслух отняло у меня минут десять. После чего я махнул рукой спутникам (мол, всё готово, можете подходить), а когда они подошли, поинтересовался с нарочитой небрежностью:
— Испытывать будем?
— Будем, — кивнула Рейна. — Я влезу внутрь, а вы попробуйте закидать меня чем-нибудь смертоносным.
— Светлейшая! А позвольте, я буду вместо вас? — шагнул вперёд Хруст. — Я ведь не маг, со мной результаты надёжнее.
— Уверен, что хочешь этого? — окинула его взглядом Рей. — Если защита не выдержит, ты можешь погибнуть.
— Уверен, монсьор не ошибся. Защита выдержит, — молодцевато вытянулся бывший молотобоец.
— На сколько она рассчитана? — повернулась ко мне «богиня».
— Ударов под тридцать выдержит, я обещаю.
— Так много⁈ — удивилась Лика.
Я не стал объяснять ей, что специально использовал для этого серебро и что мои руны, в отличие от драаранских и прочих созданных вне Империи, имеют здесь силу не меньшую, чем настоящие магические артефакты, изготовленные дипломированными имперскими чародеями высшего уровня. Вместо этого я просто указал на телегу, предлагая проверить мою защиту на практике.