Барсук

Тут в глубине выхода, возле которого я стоял, мелькнуло что-то чёрное с белым.
Я не понимаю, зачем барсукам этот их чёрно-белый полосатый нос. Маскироваться он им не помогает, наоборот, сразу бросается в глаза. Но, с другой стороны, может, в том-то и фишка: может быть, барсуки — страшно крутые твари, и полоски у них на морде предупреждают встречных, типа, «только тронь — я тебе башку откушу».
  
При встрече с диким животным — в смысле таким, которое не то чтобы очень часто видишь, — у меня всегда перехватывает дыхание. Вот и сейчас я на миг забыл о Джезбо с его приятелями.
Собственно, в этот миг на целом свете для меня существовали только я сам и эта чёрно-белая полосатая мордочка.
Я замер и боялся шелохнуться, чтобы не спугнуть её обладателя. Мордочка показалась было на свет, но тут же юркнула обратно в темноту.
— Чё, не видать барсуков? — донёсся до меня голос Джезбо.
Я поднял взгляд. Джезбо смотрел на меня в упор. Казалось, он что-то подозревает.
Я пожал плечами:
— Не-а. Может, там вообще пусто.
— Пусто? Ты чё, совсем тупой? Кто ж тогда прикончил Тину? Долбаные червяки-убийцы, что ли?
Рич с Робом залились шакальим смехом — как будто Джезбо говорил не про их собственную собаку, с которой они играли ещё каких-то полчаса назад.
Ответа от меня он не ждал, так что я промолчал. А сам Джезбо, сострив, похоже, сразу про меня забыл. Он спросил Кенни, не заметил ли тот чего. Кенни ответил, что нет, и Джезбо продолжил копать.
Я посмотрел на свой выход из норы. Я боялся, что шум напугал барсука — как бы он не решил до конца прятаться в норе, обрекая этим себя на верную гибель. Потому что Джезбо в конце концов докопается до него и насмерть затравит собаками. Мне этого не хотелось.
Но нет, полосатая морда показалась снова. На этот раз мне в ней почудилось что-то… лишнее. Потом я сообразил, что барсук что-то держит в пасти. Сначала я не понял, что именно, но потом рассмотрел, что это был детёныш!
Барсук с малышом в зубах пулей вылетел из норы. Сразу было видно, что он насмерть перепуган. Он… или правильнее, наверно, будет сказать «она», потому что это, скорее всего, была мама детёныша, — короче, она пробежала в паре метров от меня. Я успел хорошо рассмотреть серый мех у неё на спине.
Барсучиха шмыгнула в густые заросли папоротника и ежевики. А потом у меня на глазах произошло настоящее чудо: за ней по пятам неуклюже просеменил барсучонок, потом ещё один. У неё, общим счётом, было трое младенцев. Или, пожалуй, всё-таки не младенцев. Детёныши были подрощенные, размером со щенка. И все они вслед за матерью скрылись в зарослях.
Спасены, подумал я и широко улыбнулся.
— Чему ты там лыбишься? — раздался голос.
  
12
 
Это был Рич. Он двинулся ко мне с лопатой в руке. Перепачканный с ног до головы, он, судя по его виду, искал, кого бы убить.
Я метнулся к своему выходу из норы, присел на корточки и вернул на место сеть.
— Кажется, я что-то там видел, — сказал я, вглядываясь в черноту подземного хода.
— Он кого-то поймал? — крикнул Джезбо.
— Не-а, — отозвался Рич. — Ему чудится всякое.
Он сунул мне в руки лопату.
— Покопай немножко, — сказал Рич небрежно, но прозвучало это страшнее, чем если бы он на меня наорал. — А я пойду посторожу долбаные норы.
Я пошёл туда, где копали Джезбо и Роб, и с чистой совестью присоединился к ним, уверенный, что все барсуки сбежали. Мне даже нравилось, что я работаю быстрее их. Раскапывать барсучью нору было даже по-своему интересно. Да и напрягаться особо не приходилось.
Хотя я был бы не против. Мне всегда говорили, что я слишком тощий, вот я и подумал, что, махая лопатой, я смогу немного нарастить мышцы.
А потом мне стало не до физкультуры.
Сначала мы нашли Тину, про которую я вообще забыл. Она застряла в норе, практически сложившись пополам. При виде глубоченных ран и окровавленной шкуры я решил, что она мертва. Но нет, собака ещё дышала. Джезбо схватил её за шкирку, вытащил из норы и отбросил в сторону, как какой-нибудь мусор, как пустую банку из-под кока-колы.
Я посмотрел на Рича и Роба. Рич стоял с непроницаемым лицом, но было понятно, что внутри у него происходит борьба. Она закончилась тем, что он решил выкинуть Тину из головы. Её оставили лежать, дрожа и подёргиваясь, на сырой земле.
Всё началось, когда Джезбо с Робом вскрыли ещё пару метров норы.
До сих пор Сатана и Шалава мирно лежали, вылизывали свои задницы и разными другими способами лениво коротали время, но тут вдруг Шалава зарычала и бросилась к норе. Сатана за ней. Они оба сунули головы в раскопанный тоннель — ещё немного, и они бы там застряли.
— Вот это совсем другое дело, — сказал Джезбо. — Теперь не уйдут.
Джезбо с Робом заработали ожесточённее. Рич не захотел оставаться в стороне, подошёл ко мне и отобрал лопату.
Минуту спустя собаки пришли в неистовство.
— Вон он! Я его вижу! — закричал Роб.
Там, куда он показывал, было расширение подземного хода, выстланное сухими листьями и травой. Его почти целиком занимал внушительных размеров барсук. На вид ему было очень много лет — в пересчёте на барсучий возраст лет, наверно, сто.
Не успел я толком рассмотреть барсука, Джезбо ударил его плашмя лопатой по спине. В первый момент барсук немного съёжился, но потом огрызнулся и попытался схватить лопату зубами.
— Уберите собак, — скомандовал Джезбо.
Рич и Роб схватили собак за ошейники.
Чего у близнецов не отнять — трусами они не были. Обезумевшие от ярости собаки, чтобы освободиться, норовили их покусать, но Рич с Робом держали крепко.
Джезбо тем временем обошёл барсука сзади и попытался лопатой выковырять его из расширения тоннеля, которое, как я решил сначала, служило ему логовом.
Но потом мне пришло в голову, что это место было гнездом — или как оно правильно называется? — в котором самка растила своё потомство. И значит, старый барсук охранял её с детёнышами. Или, скорее, прикрывал их бегство.
Если бы логово было цело, старик, которому не грозило бы нападение со спины, справился бы с кем угодно. Да хоть со львом или с тигром. Но Джезбо вытолкал его на открытый, поросший травой пятачок, на котором он был уязвим со всех сторон.
— Спускайте, — велел Джезбо Ричу с Робом.
Сатана и Шалава бросились на барсука.
До сих пор Кенни, по-моему, был уверен, что мы только поиграем с барсуками, и всё. Ну, знаете, погладим их, поласкаем, ну и всякое такое. Когда началась драка, он далеко не сразу понял, что на самом деле происходит. Пару секунд он наблюдал за ней с улыбкой.
— Это собаки так играют с барсуком, да? — спросил Кенни, вытягивая шею, чтобы лучше видеть.
Но скоро даже до его невинного сознания дошло, почему звери так свирепо рычат и так пронзительно визжат от боли.
— Они что, дерутся? Из-за чего они дерутся? Зачем это всё? — испуганно спросил он и, весь в слезах, убежал в Зарошку.
Я должен был попытаться его догнать, но не мог отвести взгляда от схватки.
  
13
 
 
Барсук сильно подволакивал задние лапы — похоже, у него был повреждён позвоночник.
То ли Джезбо сломал ему спину лопатой, то ли это была старая травма. Возможно, из-за этого-то он и не попытался убежать.
Но сейчас это было не важно. Главное, он плохо двигался. И на него одновременно кидались две здоровенные злобные собаки.
  
Едва барсук, заваливаясь на непослушные задние лапы, начинал отбиваться от Сатаны, как на него наскакивала Шалава. Как только барсук отвлекался на Шалаву, в атаку бросался Сатана.
Смотреть на это было отвратно, и тут бы мне и уйти.
Но, как ни совестно мне за это было, я знал, что останусь до конца.