Война сердец. Магия Тьмы (СИ)

Дворец Фонтанарес де Арнау разрезал нечеловеческий вопль — от яркой вспышки Эстелла проснулась и обнаружила Данте на полу без сознания. Он дышал, но был каменный, будто впал в летаргию. За окном висела луна, похожая на медный поднос из антикварной лавки, а на столе дымились рубиново-алые страницы Книги Прошлого.
========== Глава 2. Город Сущностей ==========
От яркого света глазам было больно, и Данте щурился, чтобы удержать колючие слёзы. Когда губ его коснулась последняя капля зелья, в горло словно хлынула ключевая вода, а тело заледенело — ощущение не новое. Однажды во время казни на Пласа де Пьедрас, когда Эстелла через поцелуй передала ему капсулу с Зельем Сущностей, он испытал подобное.
Данте слышал надрывные крики Эстеллы: «Он не шевелится, не шевелится!», и взволнованный голос Ламберто: «Похоже на летаргию». Про себя подумал: жаль, что Эстелла вмешалась рано; ему следовало уйти из комнаты в библиотеку и экспериментировать с книгой там. Эстелла тогда бы спокойно прочла записку и осмыслила её прежде, чем увидеть его полумёртвым. Но теперь поздно — Книга Прошлого настойчиво тянула Данте в свой омут. Странное чувство — ты выходишь из тела, оно лежит, окаменев, и вокруг причитают близкие, а ты вне реальности, глядишь сверху. Подобное, верно, испытывает умирающий. Но ведь он не умирал!
— Данте, Данте! Любовь моя, что с тобой?! — Эстелла рыдала целуя неподвижного Данте в губы, в щёки, в глаза, и на миг он пожалел о своей авантюре.
«Прости, Эсте… Девочка моя, не плачь. Я вернусь к тебе, обещаю. Я только хочу понять, зачем некие люди преследуют нас. Книги, зелья, артефакты-убийцы… Я думал, всё закончилось со смертью Кларисы и Салазара. Если они умерли… Ведь эту Книгу нам подсунули неспроста…».
Хныканье Эстеллы потихоньку замолкало — Данте куда-то летел. Перед глазами всё рябило, кружилось, мерцали всполохи огня. «Но света в конце тоннеля нет, — ухмыльнулся он про себя. — Значит, не умер».
Хлоп! Силуэты и тени обрели ясность. Данте очутился в тёмной комнате — лежал на ковре в форме паутины. Как только он поднялся на ноги, ковёр поехал вверх. Ещё одна комната — цепи, пауки, скелеты. «Меня этой атрибутикой не напугаешь, и не такое видел» — фыркнул Данте.
Однако ковёр возобновил перемещение — теперь он двигался вперёд, сквозь густой зелёный туман. Новая комната была заставлена прозрачными стеллажами с аквариумами, в которых что-то плавало. Ковёр остановился и Данте обошёл, вернее облетел помещение. Он наступал на пол ногами, но те, как невесомые пёрышки, еле-еле касались его.
Данте боязливо себя ощупал — рука прошла через тело. Получается, он нематериален, но взаимодействовать с объектами может. Он потрогал соседний стеллаж — холодный и твёрдый хрусталь; взял с полки книгу без единой надписи на ней — рука предметы держала. Странно… Дневник и коробочка с пыльцой фей в кармане тоже сохранились.
Наконец Данте обратил внимание на содержимое аквариумов, и у него челюсть отпала. Человеческие головы! Много! Целая стена! Некоторые люди были знакомы ему: Либертад, Каролина, Маурисио Рейес, Сильвио и Рене, Хорхелина, Ханна, Сантана, Луис. Матильде Рейес, вернее женщина с её лицом, ведь настоящая (по рассказам Эстеллы) — другой человек и находится в Жёлтом доме. Амарилис… Амарилис? Данте пригляделся внимательней. Она, только юная, совсем девочка.
Данте затошнило, и он отвернулся от голов. Но едва опомнился, как другой стеллаж, за спиной, открылся. В проходе стоял пожилой мужчина с бородой и длинными седыми волосами. Тибурон!
— Здравствуй, Данте. Я давно тебя жду, — громоподобно молвил старик.
— Вы?! Вы… вы настоящий? — обомлел Данте — со дня их свадьбы с Эстеллой колдун нисколько не изменился.
— И да, и нет. Мы с тобой оба нематериальны, Данте. Я воспользовался этой ситуацией, чтобы ты не попал в новую ловушку Салазара.
— Значит, он жив и не успокоился?
— Успокоит его только смерть. А умирать он не собирается. Думаешь, почему все эти жертвы находятся здесь? — ткнул пальцем Тибурон в стеллаж с головами. — Вот она — жизнь Салазара. Ни у тебя, ни у меня нет шанса покончить с ней. Сферу Сущностей охраняют мощные чары, придуманные самим Салазаром. Сфера исчезнет только вместе с её хозяином, а хозяин не умирает, потому что существует эта Сфера. Одно завязано на другом. Это очень хитрое колдовство.
  
— А от меня вы чего хотите? — Данте смерил деда таким яростным взглядом, что тот поёжился.
— Салазар не оставит тебя в покое. Он ненавидит всех членов своей семьи, и предков, и потомков. Он не даёт жить роду Фонтанарес де Арнау почти целое столетие. Я долго подбирался к нему. Даже когда он убил меня и запечатал в Сферу Сущностей, я искал способ уничтожить Салазара. И нашёл! Но мне нужна твоя помощь.
— И что я должен делать?
— Идём со мной, — Тибурон пригласительным жестом указал на дыру — проход за своей спиной.
— Куда? — Данте не торопился верить колдуну — не единожды люди обманывали его и предавали.
— В Город Сущностей. Там живут Сущности людей, которые по своим причинам не захотели умирать до конца. Они остались между двумя мирами — миром живых и миром мёртвых. А некоторые из них были заключены в Сферу Сущностей, но выбрались оттуда. Я, например.
— А я тоже умер? — в лоб спросил Данте, пройдя через стеллаж за Тибуроном следом. — Я пытался прочитать Книгу Прошлого и упал сюда. Но это непохоже на путешествие во времени.
— Ты не умер. Ты спишь. Магический сон — так думают все, кто видит сейчас твоё тело. Но твоя Сущность нематериальна и способна перемещаться между любыми мирами. Это моё колдовство. Книга сработала иначе, чем должна была, ты разве не понял? Она переместила тебя не в прошлое. Мы в настоящем, и Книга была порталом, чтобы мы встретились здесь. Как я сказал, мне нужна твоя помощь. Идём, я всё расскажу подробно.
Когда Данте и Тибурон вошли в проход за стеллажом, тот исчез, и они оказались в тёмном коридоре-тоннеле без единого источника света. Данте подумал: а очнётся ли он от магического сна, вернётся ли к Эстелле? Но, когда в конце тоннеля возникла дверь и перед Данте раскинулся, как на ладони, новый мир — волшебный Город Сущностей — он осознал, что отступать некуда.
Увиденное очаровало Данте: маленький городок, все здания которого, жилые дома, жандармерия, лавки торговцев и даже собор были хрустальными. Но при ближайшем рассмотрении стали дымкой, сгустками тумана, нематериальными, как и местное население.
— Добро пожаловать в Город Сущностей! — Тибурон широким жестом обвёл округу: прозрачно-зелёные кусты и деревья; мостовую — перевёрнутое вверх ногами небо.
— А куда мы идём? — не переставал спрашивать Данте, чувствуя себя надоедливым любопытным попугаем.
— В мою нынешнюю обитель.
Они миновали несколько улиц с причудливыми названиями: «Улица счастливых воспоминаний», «Улица скорбящих ангелов», «Бульвар снов». На каждом шагу встречались дома-фантасмагории и парили в воздухе Сущности людей и животных. Пару раз они увидели экипажи — цветные облака, где на козлах сидели прозрачные кучера, управляя прозрачными лошадьми. Данте только головой успевал крутить, а Тибурон скользил впереди него по тротуару, выложенному камнями-облачками.
Дед остановился у мудрёного строения в форме перевернутой половинки яйца. Данте узнал его — дом целиком повторял жилище Тибурона в «Лас Бестиас». Но сейчас он утопал в красноватой дымке.
— Заходи, — пригласил Тибурон, шагнув в туман. Данте последовал за ним.
Внутри дом остался прежним: узкий тёмный коридор, стены, обитые бархатом. Их встретила краснокожая Эу, полная и хмурая. Время будто повернуло вспять, и у Данте сердце затрепыхалось. Дни свадьбы с Эстеллой… Какой он тогда был юный! Уже успел хлебнуть горя, но не испил его до дна; ещё не видел ни тюрьмы, ни Жёлтого дома, не терял память и рассудок от вселения в него коварного Салазара. Прекрасное время! И не сказать, что нынче судьба к нему неблагосклонна. Жизнь стала легче — обеспеченность, Эстелла рядом, любовь, больше не запретная, вне страха разлуки. Но ветряная душа его чахла без приключений. И эти мгновения счастья, раньше вырываемые у фортуны зубами, он вспоминал с нежностью. Нежностью, вызывающей слёзы.