Ее грешные избранники (ЛП)

У меня пересохло во рту. — Это не так. Это был несчастный случай, Лукас.
Он моргнул, глядя на меня. — Что? Нет. Я убил ее собственными когтями. — Он посмотрел на свои руки. — Я никогда не должен был нападать на своего брата. Я должен был принять ее отказ как мужчина — или, по крайней мере, с достоинством. Если бы ее сестра не встала у меня на пути.… Я мог бы убить их обоих. — Он заметно вздрогнул.
Я изучала его, и мне в голову пришла неприятная мысль. — Ты же знаешь, что я не отвергаю тебя, верно? Мне просто нужно немного времени.
Он посмотрел на меня. — Я знаю это. Я бы никогда не причинил тебе боль, Эмма. Я уже думал, что ты отвергла меня, когда ушла от нас. На этот раз я просто не собирался позволить этому случиться. Я пошел за тобой, чтобы вернуть тебя домой.
Я покачала головой, затем замерла. — Ты знаешь, что Зейн и я… — мой голос затих, превратившись в едва слышный шепот.
— Да. Я знаю. То, что у нас здесь, совершенно другое. Мы все согласились с этим. Это открыто. Никто из вас не предал моего доверия. Кроме того, я теперь старше. Мудрее. Лучше контролирую своего зверя.
Я попыталась скрыть сомнение во взгляде и потерпела неудачу. Его волк всегда был здесь, на поверхности, ожидая освобождения.
— Ладно, может не больше контроля, но мы понимаем друг друга. Мы одно целое. — Его челюсти напряглись. — Я все еще монстр. Я никогда не смогу исправить то, что сделал в тот день. Это было эгоистично и неправильно. Она была невинной.
Он не был монстром. Того факта, что он чувствовал себя виноватым из-за этого, было достаточно, чтобы подтвердить, что он был мужчиной, его человечность осталась нетронутой.
То, что он рассказал мне об этой части своего прошлого, обрадовало меня. То, что он доверил мне правду о таком ужасном несчастном случае, заставило меня захотеть довериться ему в ответ.
Встав, я подошла к нему, пока он настороженно наблюдал за мной. Я села рядом с ним. — Ты не недостойный партнер.
— Я убийца.
Я потянулась к его руке. — Мы оба такие, — прошептала я.
Мы напряженно смотрели друг на друга, затем он посадил меня к себе на колени. — Скажи мне, когда будешь готова. Я подожду, — сказал он хриплым голосом. Он поцеловал меня. — Я бы никогда не причинил тебе боли.
— Я знаю. — Я поцеловала его в ответ.
— Я так рада, что ты снова с нами, дорогая, — сказала миссис Холт. Женщина-викинг, медведь-перевертыш, сидела рядом со мной на диване в светлой, просторной гостиной. На ней были темные джинсы и зеленая шелковая блузка, подчеркивающая цвет ее глаз. — Мальчикам было плохо без тебя. Надеюсь, они хорошо относились к тебе с момента твоего возвращения.
Я потягивала чай, отчаянно пытаясь скрыть жар, разливающийся по моим щекам, когда мой мозг немедленно вызвал образы моего недавнего… свидания с Зейном. Это было… черт возьми. Сначала я сопротивлялась, боясь, что снова переживу то время, когда была игрушкой для пыток Форреста, но его злобные черты ни разу не пришли мне в голову.
Зейн завладел всем моим вниманием. Я полностью сосредоточилась на нем и на том, что он делал с моим телом, как он заставлял меня чувствовать себя такой уязвимой, но в то же время желанной. Я ни разу не подумала, что он злоупотребит своей властью. Он брал то, что хотел, но также отдавал мне все. То, что он сказал, все еще крутилось у меня в голове. Объятия после этого были неожиданными. Кто бы мог подумать, что мужчина, возбуждающийся от того, что сажает на цепь и шлепает женщин, может быть таким заботливым? Даже нежным?
Если он обманывал меня — говорил и делал то, что считал нужным, чтобы получить то, что хотел, — считайте, что я обманута. Страсть, которая зажгла огонь внутри нас обоих, невозможно было подделать. Ему было не все равно. Я видела это в его глазах. Слышала это в его словах.
Я сделала еще глоток. — Хм, да, по большей части с ними все было в порядке.
 
— Я так рада это слышать. — Улыбка миссис Холт была совершенно греховной. — Итак, — посерьезнела она, — каковы твои планы на будущее?
— Что ж… Я сказала боссам, что останусь и сниму их проклятие. Взамен я надеюсь, что они помогут мне найти ответы и убить Форреста Найтлинга. Есть некоторые вещи, которые я услышала, пока меня удерживал «5-й Круг», и которые, кажется, не сходятся. — Или, по крайней мере, я надеялась, что это не так. Но то, что я была монстром, было отдельной проблемой от того, что Форрест делал со мной. Он был мерзким. Он должен был заплатить.
— Мм, понятно. Деловое соглашение. — Она взяла свою чашку, казавшуюся маленькой в ее больших руках с тонкими пальцами. — Ты говоришь как Зейн, когда так выражаешься. — Она слегка наклонилась вперед. — Я не верю, что ты такая холодная и расчетливая, как он.
— Эм… — Я покраснела. Я приехала сюда, намереваясь как можно больше беречь свое сердце. За несколько коротких дней стены, которые я возвела вокруг него, уже начали рушиться. Как я и подозревала, в тот момент, когда я сказала Зейну «да», я отдалась своим самым темным желаниям. Мы соединились на уровне, о существовании которого я и не подозревала — уровне боли и удовольствия, отдачи и принятия, контроля и подчинения. Моя душа жаждала того, что он предлагал.
История Лукаса, то, как он раскрылся, только заставило меня почувствовать себя ближе и к нему. Я хотела оставить на себе его метку. Я хотела заявить на него права как на своего. Не только из-за этого ноющего, первобытного импульса глубоко внутри меня. Нет, было нечто большее. Он был безопасностью, покровительством и домом. Я знала это нутром.
Я прочистила горло. — Нет. Я не такая, как Зейн, но я должна была выразить это так, чтобы они поняли. Они разбираются в деловых сделках.
— Да, это так. Я не сомневаюсь, что ты пробьешься сквозь их жесткую внешность и выйдешь с другой стороны победителем. — Миссис Холт подмигнула. — Что касается мести этому Форресту, боюсь, с этим придется подождать, пока мы не закончим с «Затмением».
— Что происходит с «Затмением»? — Я изложила свои условия в тот первый день, когда вернулась сюда, но с тех пор мы об этом не говорили. Они официально не согласились помочь мне, и это был первый раз, когда я услышала о том, что они сосредоточились на банде оборотней, которые правили половиной Сиэтла.
Миссис Холт цокнула языком. — Этим мальчикам нужно лучше общаться. — Она покачала головой и вздохнула. — Они сказали тебе, что Лукас был убит?
У меня отвисла челюсть. — Что? Нет! Он жив… — я указала на дверь. — Мы разговаривали в библиотеке полчаса назад.
— Я просто поражаюсь этим троим. Как бы то ни было, несколько волков «Затмения» напали на Лукаса и убили его, когда он отправился на поиски тебя в твоем старом доме в Олимпии. Они бросили его тело в Сиэтле, вероятно, желая, чтобы мы нашли его. — Ее бледно-зеленые глаза вспыхнули гневом. — Никому не сойдет с рук отнять жизнь у одного из моих мальчиков.
Боже мой, я была так чертовски сбита с толку. — Но он жив. Я была на девяносто девять процентов уверена, что он не призрак.
— Да, он жив. Как ни странно, ведьма, проклявшая нас, вернула его к жизни. — Ее губы скривились. — Очень странно. Подозрительно, если хочешь знать мое мнение.
— Подожди. Подожди. — Я подняла руку. — Чародейка вернула Лукаса?
— Мм, да. Очевидно, она с ним еще не закончила. Но не в этом дело. «Затмение» заплатит. Я обращалась за помощью по всей стране. Незадолго до полнолуния в этом доме будет достаточно наших союзников, чтобы вселить страх в хитрое маленькое сердце Дэмиена Гарсии. Мы разработаем план. Тогда мы вырежем «Затмение» из Сиэтла, как раковую опухоль, которой они и являются. — Ее тон заставил меня вздрогнуть. Впервые я увидела в ней безжалостную основательницу Синдиката «Пенумбра».
— В любом случае, — улыбнулась она, и все ее поведение изменилось, — я подумала, что тебе следует знать, поскольку, по-видимому, мои мальчики такие молчаливые.