Ее грешные избранники (ЛП)

Такое соглашение соответствовало нашему образу жизни. Он был занятым политиком, не стремившимся остепениться. Я могла уехать из города в любой момент, но сейчас я хотела повеселиться. Последний раз я ходила на свидание в колледже.
Ресторан, который он выбрал сегодня, был новым в городе. Романтичный, дорогой, в нем было все, о чем я и не мечтала побаловать себя за все эти годы. Кабинка была расположена в темном углу, по большей части скрытая от посторонних глаз. Прийдя сюда, я почувствовала себя в большей безопасности — менее беззащитной. На заднем плане заиграла мелодичная итальянская музыка, и я счастливо вздохнула.
Таймер моего телефона сработал, и я потянулась за пузырьком с таблетками в сумочке. Достав одну, я запила ее водой.
— От чего эта таблетка? — Спросил Гаррет, изучая мое лицо.
— О, у меня редкое магическое расстройство. — Я посмотрела вниз. — Это развилось, когда мне было тринадцать, после смерти моего отца. Вероятно, это было вызвано травмой.
— Мне очень жаль. Что именно? Возможно, я мог бы найти специалиста, который поможет.
Мой взгляд метнулся к нему. — Правда? Это проблема с поддержанием энергии. Мои резервы истощаются без поддерживающего их лекарства, и теоретически у меня не хватило бы сил творить заклинания.
— Какой ужас. Но ты говоришь теоретически.… разве ты не знаешь наверняка? — спросил он.
— Нет. Я всегда принимаю таблетки. Ведьма без магии… — было бы моим кошмаром наяву. В конце концов, я все еще была в бегах.
Мерцающий взгляд голубых глаз Гаррета задержался на моем лице, и медленная чувственная улыбка тронула его губы. Как и все ведьмаки, он был привлекателен и мощно сложен.
— Что? — Спросила я, делая глоток дорогого вина, которое он купил. Недопитая бутылка стояла открытой на нашем столе рядом с корзинкой с недоеденным хлебом.
— Ты прекрасна, — сказал он, наклоняясь ко мне. В его дыхании чувствовались нотки мяты и фруктового алкоголя.
Румянец коснулся моих щек.
По крайней мере, он предупредил меня, что сегодня вечером мы собираемся в шикарное место. Я нашла это маленькое черное платье, спрятанное глубоко на полке в комиссионном магазине. Час причесок и макияжа, на которые я немного потратилась, сделали свое дело. Я выглядела так, словно принадлежала этому месту.
— Тебе не обязательно делать мне комплименты. — Я пренебрежительно махнула рукой. — Черт возьми, тебе даже не нужно меня кормить, но ты и так это знаешь. — Втайне я действительно ценила наши свидания перед тем, как прыгнуть вместе в постель. Они были… милыми. Бесплатные блюда, подобные этому, были замечательными, и я наслаждалась каждым кусочком. Кто знал, когда мне снова доведется так поесть? Кроме того, эти свидания помогли мне почувствовать себя не такой уж одинокой в мире и кем-то оцененной. На одну ночь в неделю мне казалось, что я живу нормальной жизнью.
Гаррет выпрямился, нахмурившись. — Я знаю, что мне не нужно тебя кормить. Хотя мне это нравится. — Его взгляд метнулся к моему. — Эмма, тебе нужно начать позволять людям относиться к тебе лучше. Ты того стоишь. На самом деле, это начнется с того, что с сегодняшнего вечера я буду относиться к тебе лучше.
— О чем ты говоришь? — Я отпила вина из своего бокала, чувствуя себя неловко. Люди относились ко мне хорошо. У меня не было никаких жалоб; эти свидания с ним превзошли все мои ожидания. Я была бы довольна едой на вынос в теплой машине.
Он сунул руку в один из карманов брюк, достал маленький черно-золотой предмет и зажал его между своими большими ладонями. Цвет коробки заставил мое сердце учащенно биться. Я покосилась на Гаррета. Он не был моим преследователем, игравшим со мной в какую-то дурацкую игру последние три месяца, не так ли? Нет, рисунок на коробке был другим. Просто совпадение цветов.
— Я знаю, что это скоро, но я также знаю, что это правильно, — сказал он. Он поднял крышку, и она со щелчком открылась, когда он спросил: — Ты выйдешь за меня замуж?
Я уставилась на сверкающий бриллиант в великолепной золотой оправе. У меня пересохло во рту. Оторвав взгляд от коробочки, я уставилась на Гаррета. — Прошу прощения?
 
— Выходи за меня замуж, Эмма. — Он поставил между нами на стол черно-золотую бархатную коробочку. — Нам обоим по двадцать девять лет. Пора остепениться. Мы знаем друг друга недолго, но ты меня очаровала. Я никогда не встречал никого, похожего на тебя. Я скоро стану мэром, и мне нужна жена. А тебе нужен муж, который заботился бы о тебе.
Я разинула рот, моя челюсть отвисала все дальше и дальше. Скоро потекут слюни. Пока он говорил, мой разум кружился от неверия и ужаса. Я не была уверена, на что реагировать в первую очередь. В двадцать девять лет, моя жизнь, наконец, стала немного легче. Орион поступил в академию три месяца назад, где он, наконец, был в безопасности. Теперь мне нужно было заботиться только о себе.
Но это не гарантировало, что я всегда буду здесь в безопасности. В конце концов, мой преследователь догонял меня, и я снова исчезала. Гаррет не понимал, потому что я не рассказывала ему о своей жизни в бегах, и у меня не было намерения этого делать. В самом начале я совершала ошибки, доверяя свою историю людям, которым не следовало доверять. Больше никогда так не поступлю.
Нет. Следующие пару лет моя жизнь будет путешествием в одиночку, пока Орион учится в обязательной школе для всех сверхъестественных существ. После этого мы, вероятно, снова будем в бегах. Мое будущее представляло собой непредсказуемый беспорядок. Даже если это было бы не так, Гаррет, безусловно, не был любовью всей моей жизни. Как я смогла произвести на него такое впечатление? Все это было так неправильно.
Наконец я сказала: — Нет. Я не могу. — Это было все, что я смогла выдавить.
— Нет? — Его глаза вспыхнули гневом. — Что значит «нет»?
— Именно это и значит. Я не выйду за тебя замуж. Мы едва знаем друг друга и…
— Тебе действительно нужно подумать еще раз. — Он понизил голос. — Ты хорошо это скрываешь, но ты ужасно бедная, Эмма. Я богат. Я дам тебе все, о чем ты можешь мечтать, но не сделаю этого без кольца на твоем пальце. Мне нужно, чтобы ты принадлежала мне, и только мне.
Я пробормотала: — Да, это твердое «нет».
Он проигнорировал мой отказ. — У тебя абсолютно нет друзей. Ты все время работаешь, а когда не работаешь, прячешься в этом ветхом фермерском доме. Я мог бы все это изменить ради тебя. — Он наклонился ко мне. — Если тебя предоставить самой себе, то в конечном итоге ты станешь не более чем захудалой, легкодоступной любовницей.
Вау. Он назвал меня шлюхой? Я покачала головой, не в силах поверить, что он ведет себя как последний придурок. Очевидно, он не мог великодушно принять «нет» в качестве ответа.
— Думаю, мне пора идти, — отрезала я. Я начала подниматься, когда в руке Гаррета появилась ониксовая палочка.
— Сядь. Немедленно.
Я замерла, затем резко сделала, как он приказал. Я посмотрела на ресторан, проверяя, нет ли новых угроз. Посетители ели и болтали в полумраке, никто не обращал на нас внимания. Никто не выглядел как не в своей тарелке.
Я снова сосредоточилась на Гаррете. Он пугал меня. Под столом, из сумочки, я медленно достала свою собственную цитриновую палочку. Если он хотел быть несносным, пусть будет. Я тоже могу быть несносной.
— Это последний раз, когда я прошу тебя, Эмма, — сказал он, небрежно направив на меня палочку. — Выходи за меня замуж. Или же столкнешься с последствиями. — Его угроза прозвучала недвусмысленно.
Я посмотрела на него и пробормотала парализующее заклинание, поднимая палочку. Магия выстрелила из кончика, дотянувшись до него. Он отреагировал быстрее, чем я ожидала, и заблокировал заклинание. Вспышка оранжевой магии ужалила мою руку, и я с воплем выронила палочку. Пара голов повернулась в нашу сторону. Официант подошел, нахмурившись, но Гарретт отмахнулся от него ободряющим кивком.
Он призвал к себе мою палочку, поймав ее в воздухе. — Я просто придержу ее, — сказал он. Его голубые глаза сверкнули торжеством.