Время воина (СИ)

Лицо Константина Михайловича снова исказила гримаса. Не хотел он ругаться с Никитой в его доме, жалея дочь. Но позже выскажет все, что думает. Бестолковая охрана, невероятная беспечность в сопровождении, потакание женским желаниям работать и ежедневно находиться вдали от хорошо охраняемого имения (здесь вопросов никаких!), поездки из «Гнезда» в Вологду, что влечет за собой невероятный расход ресурсов техники и постоянное напряжение боевого сопровождения. Ведь сколько говорено, чтобы семья переселялась в Петербург — нет, постоянно проявляют упрямство и желание показывать, насколько они самостоятельны!
Чувствуя, что раздражение затапливает его приливной волной, Меньшиков встал из-за стола, дошел до двери, резко распахнул ее и выглянул в коридор. Стоящие в охране возле кабинета двое гвардейцев в черной униформе с отличительным шевроном на рукаве, на котором был оттиснут герб Меньшиковых, вытянулись при появлении Великого князя.
— Где капитан Келлер? — спросил Константин Михайлович ближайшего охранника.
— В гостиной, Ваше Высочество, — отчеканил боец.
— Найди его и передай, чтобы привел ко мне Бельского, — сухим голосом дал распоряжение Меньшиков. — И побыстрее.
К чести гвардейцев, действовали они весьма расторопно. Прошло чуть больше пяти минут, и бравый светловолосый гвардейский капитан самолично привел поникшего князя Ивана в кабинет, козырнул и собрался уходить.
— Останьтесь, господин капитан, — приказал Меньшиков. — Будет хорошо, если вы постоите в уголочке, приглядывая за гостеприимным хозяином.
— Слушаюсь, Ваше Высочество, — беспрекословно подчинился исполнительный потомок тевтонов и замер возле дверей.
Константин Михайлович разглядывал Бельского и еще больше распалял свое раздражение. Эти дурацкие бакенбарды, мода на которые прошла сто лет назад, эпатажная бородка и длинные волосы — неужели Ванька ни разу не посмотрел на себя в зеркало и не задумался, зачем ему вот это все? Кому интересен такой образ аристократа? Даже в Петербурге давно в моде иные образы. Этот же… фрик какой-то!
— Садись, Иван Юрьевич, — Меньшиков показал рукой на кресло, гася ненужные эмоции. — Надеюсь, у тебя нет претензий, что ты в своем доме оказался в роли подозреваемого?
Бельский одернул пиджак, излишне резко сел в кресло, повернутое спинкой к широкому окну, закинул ногу на ногу, показывая свое отношение к происходящему. Нервничал, проще говоря.
— Конечно, их у меня предостаточно, — ответил он с намеком на дерзость. — Хотелось бы внятных объяснений, почему я под следствием?
— Ну, это еще не под следствием, — добродушно откликнулся Меньшиков, удивительным образом погасивший флюиды раздражения. Он демонстративно уселся в хозяйское кресло. — Я пытаюсь выяснить, каким образом ты причастен к нападению на мою дочку. Как видишь, здесь нет государственных следователей, а только клановые. От тебя зависит, какой путь мы выберем: прощение или наказание.
— Я ни в чем не виноват, Ваше Высочество, — Бельский нервно сжал подлокотники, да так, что пальцы побелели. И осекся под насмешливым взглядом Меньшикова. — Да, конечно, виноват. Дьявол толкнул на плохую дорожку. Захотелось на широкую ногу жить, и не только на Руси. Да и сколько там золотишка-то ушло с Вычегды? Слезы! Но Тамаре Константиновне я даже в мыслях не хотел плохого!
— Дело не в количестве, Ваня, — покачал головой Константин Михайлович. — Ты живешь на землях империи, и все, что находится на ней и в ее недрах — казенное имущество. Чтобы оно стало твоим, надо очень и очень постараться, доказать свою полезность. А ты с братом нахально запустил руку в казну, решив пойти по короткому пути. Теперь понимаешь, почему здесь я, а не государевы следователи? Император дает вам шанс. Скажи, кто хотел гибели моей дочери?
— Да не знаю я, Ваше Высочество! — скривился Бельский. — Мои отношения с потайниками ограничивались контролем трафика золота и контрактами на устранение упрямых дворян.
— Убийства?
— Не всегда! — замотал головой князь Иван. — Я всегда старался донести до людей свою позицию, и самое большее, как наказывал — это разорял конкурентов.
 
— У князя не должно быть конкурентов среди безземельных и мелкопоместных дворян, — вздернул бровь Меньшиков. — Одно движение пальца — и проблема решена. Ты же устраивал показательные казни. Здесь…, — он похлопал по папке с допросными листами, — есть факты о нескольких случаях крайних мер. Среди них — организация нападения на Васильевых. Тоже история с душком, Ваня. Эта папочка — ваш приговор. Удивляюсь, как еще Назаров за свою невесту тебе голову не открутил.
— Юлия Николаевна не его жена, — решил атаковать Бельский. — И даже не невеста. Девица о себе возомнила…
Меньшиков на это лишь махнул рукой, призывая того заткнуться.
— Был заказ на Васильевых? Был. Причина мелкая, недостойная князя, Ваня. И это оказалось первой твоей ошибкой. Назарова разозлил. А мальчишка не из тех, кто оставляет на самотек подобные выпады в свою сторону. Он в одиночку угробил все семейство атамана Авинова и выяснил вашу связь с вычегодскими потайниками. Догадываюсь, какими методами. Это на виду Назаров — мягкая и плюшевая игрушка, и никто не знает, какая бездна прячется в его душе. Не учел ты, Ваня, этот фактор.
Бельский обмяк и бездумно уставился на носки туфель.
— Так кто организовал покушение? — вкрадчиво спросил Меньшиков.
— Я не знаю, — с надрывом ответил ответил князь Иван. — Дело в том, что вычегодские атаманы очень серьезно относятся к личным контрактам и никогда не раскрывают имена заказчиков, общаясь между собой. Авиновы были постоянными исполнителями моих заказов, а с кем работали Борецкий — не знаю. Но могу сказать, что сфера их интересов распространялась на Новохолмогорск. Там нужно искать следы, а не здесь.
— И ты ни разу не обращался к Борецкому? — недоверчиво посмотрел на хозяина дома Константин Михайлович. — Думаешь, я настолько наивный?
«Плохо, что беглецов не нашли, — подумал он, глядя на бесстрастное лицо Бельского. — Ванька знает об этом и ведет себя соответственно. Боится поскольку-постольку, что наказание все равно будет. Но не за покушение на члена императорского клана. Вещи несоизмеримо разные: золотишко на сторону сплавлять или девчонок невинных убить».
— Мне нечего сказать про Борецкого, — пожал плечами Иван. — Заказчика надо искать среди врагов Назарова.
— А ты знаешь его врагов?
— Откуда? — впервые засмеялся Бельский. — Он по другим дорожкам ходит. Может, кто-то из Бухары кровную месть решил устроить…
— Там всех зачистили, — уверенно ответил Великий князь, задумчиво рассматривая оживающего князя Ивана. Заказчиком выступали не Бельские, это несомненно. Перепроверив все факты по нескольку раз, проведя десятки допросов наемников, можно было делать вывод: налицо вмешательство третьей стороны, не связанной с устюжскими князьями. Кто-то хитро использует ситуацию, прикрываясь неразумными действиями младшего Бельского. Неужели опять инквизиторы из Ордо Маллеус? Тогда визиты Борецкого в Новохолмогорск вписываются в общую логику поведения вычегодских потайников, вернее, атаманской верхушки.
Странное и неожиданное шипение донеслось со стороны дверей. Капитан Келлер чуточку суетливо выдернул из кармашка куртки рацию и виновато взглянул на Великого князя. Константин Михайлович махнул рукой, разрешая гвардейцу выйти из кабинета. Нельзя, чтобы хозяин дома слушал не предназначенный ему разговор. Вдруг информация по Борецкому появилась…
Через пару минут Келлер вернулся и доложил с нужной интонацией:
— Ваше Высочество, появилась информация, о которой вы приказали докладывать в неотложном порядке.
Меньшиков жестом подозвал капитана к себе и показал на ухо. Поколебавшись, Келлер склонился над столом, но так, чтобы между ним и Великим князем оставалась дистанция, прошептал:
— Поймали Борецкого в пяти километрах от Новохолмогорска. Была перестрелка. Наемник, бывший с ним, уничтожен. Атаман схвачен. Коптер уже направляется в Устюг.