Проданная невеста. Наследник корпорации (СИ)
— Прости, у меня голова разболелась, — улыбнулась я Зверю. — Конечно… Мы с Коринной, наверное, пойдем. День был тяжелый.
— Хорошо, девочки.
Когда мы выходили, я заметила пристальный взгляд Руслана. Надеюсь, он комнату не прослушивал? Вряд ли, конечно. Они здесь и сами нехорошие дела обсуждали, им не нужны на самих себя компроматы. Коринна осталась в небольшой комнате напротив, а я ушла к себе. Думала, долго буду ворочаться, но быстро уснула. Даже не слышала, как Зверь вернулся в нашу постель.
Проснулась утром, с ощущением тяжести на боку и пригретой спины. Приподнялась и обернулась: позади спал Зверь, по-хозяйски забросив на меня руку. Я села, протерла лицо. После вчерашнего чувствовала себя разбитой… От Зверя разило алкоголем — напраздновались они вчера прилично. Руслан пил, наверное, потому что скоро ему придется вернуться в тюрьму дальше отбывать срок.
— Ты куда? — сонно пробормотал Кир.
— Хочу съездить в город.
— Зачем?
— Осмотрим с сестрой штаб-квартиру отца и пройдемся по магазинам, шмотки купим.
— Захватаю мою карту, — неразборчиво в подушку пробормотал он. — Купи себе подарок от меня.
Я улыбнулась и пригладила светлые волосы. Знал бы он, зачем я туда еду — не был бы таким любезным. Коринна уже встала — выглянула из комнаты, как только я, вышла в коридор, собравшись. У них принято рано вставать.
— Доброе утро, — она вопросительно улыбнулась, словно спрашивая, точно ли оно доброе.
— Позавтракаем в городе? — ответила я, мы спустились на первый этаж.
Руслан, судя по всему, тоже напраздновался ночью. В город мы ехали с охраной. Я немного нервничала, но Коринна выглядела безмятежной. Умеет держать лицо. Из машины мы вышли вместе с телохранителями. Интересно, нам удастся от них отвязаться?
Сегодня людей было не так и много, но на улице дежурили журналисты в поисках сенсации — а вдруг повезет? От меня их ловко отсекли. На этот раз мы поднимались не в зал совещаний, а в личный кабинет отца. Коринна, как выяснилось, отлично тут ориентировалась.
— Папин кабинет.
Он был просторным и шикарным — я ахнула. Дорогая мебель, антиквариат. Охрана осталась за дверью, и мы с сестрой переглянулись.
— Ты не успела договориться? Пригласи помощницу, — подсказала Коринна. — Через нее вызовем нотариуса.
Я поискала кнопку вызова персонала. Коринна показала, где — под столом. Можно коленкой нажать.
Через секунду заглянула вчерашняя помощница. Выглядела она так свежо и профессионально, что я позавидовала.
— Принесите нам кофе, — попросила я. — И вызовите нотариуса. Документы, которые врачи подписывал Маре, имеют копию? Мы подписывали три экземпляра.
— Да, они хранились в правлении, но… Теперь они больше не нужны, ведь так? — тактично намекнула она на смерть Маре.
— Принесите мне электронную копию. В известность никого не ставьте.
Та кивнула и вышла.
— Думаешь, не разболтает охране? — спросила я.
— Она? — Коринна с насмешкой подняла брови. — Она — точно нет. Поверь, эта девушка — могила. Тех, кто не умел держать язык за зубами, отец увольнял.
Через несколько минут кофе стоял на столе, рядом лежала флешка с документами. Я вставила ее в компьютер, и открыла документ, чтобы вычеркнуть Маре и вписать туда имя Коринны. Члены правления тоже полетели в корзину. Нотариус подошел даже быстрее, чем я закончила. Это был седовласый мужчина в костюме, похожий на гробовщика.
— Я хочу передать корпорацию сестре, — сказала я, — и полностью отказаться от своей доли с некоторыми условиями.
Я перечислила все, о чем мы договарились накануне. И через десять минут передо мной лежали исправленные и готовые документы, которые осталось лишь подписать.
— Исторический момент, — вздохнула Коринна.
Я была с ней полностью согласна.
Поставив подписи, одну стопку документов я отдала Коринне, другая досталась нотариусу, а третью я взяла себе, и мы разошлись, довольные собой. Перед тем, как попрощаться с сестрой, мы зашли позавтракать в кафе.
— Для них взяла? — спросила она про документы, стопкой лежавшие на столе.
Я уже расправилась с фаршированными блинчиками, и пила кофе. Руки дрожали, когда я представляла, как буду это им говорить… Вот это мандраж.
— Да. Покажу, чтобы убедились.
— А я допью и поеду в аэропорт. Улечу на папином джете в Лондон, после посадки позвоню.
— Спасибо, — я обняла сестру на прощание.
Мы тепло распрощались, я вызвала для нее такси. В «Авалон» возвращалась притихшая перед бурей. Я боялась даже не их эмоций. Я боялась правды.
Парней я нашла в приватной комнате, где и вчера. Вошла, прижимая к груди стопку документов. Сердце билось, как сумасшедшее. Руслан собирался уходить, мазнул по мне взглядом, допил коньяк из бокала и шумно поставил на стол. Зверь, развалившись, сидел на диване. Рассматривал меня на пару с Голди. Я впервые заметила, что у них с леопардом почти одинаковый взгляд.
— Как съездила? — спросил он.
— Займусь делами, — Руслан обошел меня и направился к двери.
— Я должна вам кое-что сказать, — я опустила глаза. — Останьтесь оба. Это важно.
Глава 29
Они смотрели на меня и ждали продолжения.
Оба настороженные, подозрительные. Братья знали, что разговор будет сложным. Первым паузу нарушил Руслан:
— Что ты хотела сказать?
Я по очереди смотрела на них и пыталась отгадать, как они отреагируют на новость.
Руслан… Сделает вид, что ничего не услышал? Разорется?
Зверь… Скажет — «Как ты могла, принцесса?»
Не знаю.
Это самая большая проблема.
Не знаю.
Я много раз думала об этом. Пыталась разобраться в своих запутанных чувствах.
Не знаю, что чувствую.
Не знаю, кого и как я люблю. Оба они оставили неизгладимый след в моей душе, в сердце и в жизни. Оба многое значили для меня. Я выбирала сердцем Зверя. Но при этом понимала, что сложись все хоть немного иначе, не факт, что я бы делала такой выбор.
Это самое ужасное.
Я вспоминала истоки чувств к нему. Он был силен, но при этом ласков, хотя я понимала, что это только маска, иллюзия, и Зверь — очень опасный человек с ножом и проблемной психикой. Я полюбила его за то, что он меня накормил досыта и ничего не попросил взамен, как поступил бы другой мужчина. Хотя мог. Он мог просто заставить меня. Но не сделал этого. Вот за что я его полюбила сначала. Но я хочу выбирать осознанно, а не моим искалеченным детством.
При этом Руслан — тоже не мой искренний выбор, я это понимаю. Наши чувства начались уже после рождения ребенка — после общего горя. И я сама толком не понимаю, откуда они взялись. Может быть, цементирующим звеном был наш первенец. Эти сильные чувства, которые сводили меня с ума после неудачных и тяжелых родов. И по иронии судьбы, никто не мог их со мной разделить во всем мире, кроме Руслана. Потому что он отец. Он испытывал то же самое, что и я.
Я люблю их обоих. Я ничего не могу сделать.
И навеки с обоими связана — через наших детей.
Это больно. Это трудно.
Это моя семья.
Приобретая одного, я теряю другого, и не хочу, чтобы так было. И это не постели касалось, а ощущения единства, общности, где мы вместе и понимаем друг друга. С постелью было бы легче…
Жаль, что все так сложилось: меня разрывает между обоими.
— Я отдала корпорацию сестре. Безвозвратно. Отказалась от своей доли и всех прав. У меня ничего нет.
Я сказала все, что могла, и протянула стопку документов.
Берите. Смотрите.
Меня снова охватил мандраж. Но я смотрела в глаза обоим. Я лишила их всего, ради чего они боролись последние полтора года.
— Ты шутишь? — Зверь спросил первым. Недоверчиво, с насмешкой, словно надеялся, что это правда шутка. — Какая-то дурацкая женская проверка, принцесса?
Он взял стопку бумаг, вчитался в строчки.
— Нет, это правда, — сказал Руслан. — В глаза ей посмотри.